Новый, «западнический», то есть неслужилый статус

Искушение глобализмом 387

Дворянства, которому позволено было вести вольную част- ную жизнь, обессмыслил, в глазах крестьянства, всю систему крепостничества, ибо одно дело обслуживать дворянина — воина и слугу государства, другое — обслуживать безответст- венного сибарита и р'асточителя.

Реформы 1991—1992 годов таким же образом нарушили у нас систему гражданского консенсуса, установленную при сталинском режиме. Бывшие партийные верхи рвали со своим служилым статусом, приватизировали государствен- ную собственность и стали на особицу вести «западный» об- раз жизни. Словом, они воспользовались постсоветской ли- берализацией вполне профессионально, качественно улуч- шив свой общественный статус и насытив все новые свободы весомым (для себя) социальным содержанием. На долю ни- зов осталась символическая удовлетворенность формальны- ми свободами, никак не затрагивающими их изнуряющую повседневность.

Сегодня на повестку дня встал вопрос о восстановлении гражданского консенсуса в каких-то новых социальных и политических формах.

По моему мнению, этот консенсус не может быть достиг- нут в форме простого реванша обманутых низов над деятеля- ми номенклатурной приватизации. Поэтому ни коммунис- тическая, ни социал-демократическая идеи здесь не годятся — не говоря уже о том, что первая из них скомпрометирована то- талитарным режимом.

В самом деле, если уж в обществе (как и в современной культуре в целом) сложился консенсус по поводу того, что рыночной экономике нет альтернативы, то ясно, что настоя- щая альтернатива лежит за пределами таких старых дихото- мий, как план—рынок, коммунизм—либерализм, социал-де- мократия — монетаризм. Истинная дилемма лежит в иной плоскости и касается выбора между паразиторной культурой виртуальной экономики и аскетически-мобилизованной культурой реальной продуктивной экономики, способной на реальные инвестиционные накопления и долгосрочную хо- зяйственную ответственность.

А. С. Панарии

В рамках такой дилеммы перед всеми постсоветскими государствами встает трудная задача: привлечь к делу нацио- нального возрождения национальный капитал, решительно оторвав его от компрадорского капитала со всеми его спеку- лятивно-виртуальными «играми». Речь идет об опоре на на- циональную среду упрямых трудоголиков, неутомимых, тре- бовательных к себе и другим предпринимателей, созна- тельно противостоящих давлению растленной субкультуры гедонизма, богемной и криминальной вседозволенности. Все это указывает на нечто значительно более консерватив- ное, монологичное и внутренне мобилизованное, чем соци- ал-демократический комплекс, объединяющий либеральных социалистов, социальных либералов, адептов эмансипации, вечного мира и иных разновидностей социального утопизма.

Обратимся к другим цветам современного идейно-поли- тического спектра. Как сказал поэт, «новому времени новый костюм нужен для нового дела». Это означает, что нам следу- ет ожидать появления либо какой-то новой жесткой идеоло- гии — наследницы монотеистического архетипа, либо соот- ветствующей реконструкции уже известных идеологий. Со- временному обществу предстоит заново переистолковать важнейшие ценности модернистской эпохи — такие, как де- мократия, гуманизм, справедливость, равенство, самоопре- деление и др.

В предшествующий период расслабленного, декаденст- вующего модерна перечисленные ценности были истолкова- ны в общем попустительски-гедонистическом ключе, в кон- тексте тенденции к демобилизации духа, разбалансирован- ности и расслабленности. Поздний модерн стал формировать человека, не способного на длительное планетарное сосуще- ствование в силу дефицита социальной, моральной и эколо- гической ответственности. Подобную тенденцию необходи- мо прервать, если человечество желает выжить на планете, уже истощенной и перегруженной безответственными прак- тикантами школы перезревшего модерна.

Инициаторы давно назревшей альтернативы вскорости обратятся к тем текстам и заветам культуры, в которых смо-

Искушение глобализмом 389

гут найти противоядие от безответственности и попуститель- ства во всех его формах. Их главной мишенью станет ны- нешняя идеология либерализма, с ее скандальными призы- вами «не стесняться». Классические ценности демократичес- кого модерна, по-прежнему воодушевляющие умы и сердца, предстоит отбить у либералов и насытить новым содержани- ем. Важнейшие из ценностей демократической класси- ки — автономия, самоопределение, самореализация. По большому счету, они требуют не расслабленности в духе ге- донистического «эмансипе», а предельной внутренней со- средоточенности, самодисциплины и самообладания. Равен- ство в самодисциплине, в профессиональной и гражданской ответственности, в готовности выносить бремя нашего жест- кого евразийского пространства — вот основания нового гражданского консенсуса.

Сегодня он нарушен монадами мондиализма — теми, кто готов менять отечество, если оно слишком много требует. Одни, привязанные к родине, к евразийскому «месторазви- тию», несут свое бремя, другие позволяют себе выбирать, где лучше; одни живут едиными стандартами, другие позволяют себе двойные.

В современном идейном спектре есть особая ниша, се- годня активно заполняемая сторонниками экологической идеи. Идея эта стоит того, чтобы к ней присмотреться вни- мательнее. В нынешнем своем виде она страдает амбива- лентностью. С одной стороны, она выражает оправданную самокритику западной технической цивилизации и постро- енного на ее основе потребительского общества со всей его алчностью и безответственностью.

С другой стороны, на формирование экологической идеи на Западе повлияла молодежная контркультура, задумавшая с помощью этой идеи обосновать свое бегство от трудовых и воинских повинностей, от всего того, что попахивает моби- лизацией и дисциплиной. «Зеленые» критикуют индустри- альное общество не только за его экологическое расточи- тельство, но и за спрятанный в нем дисциплинарный дух на- копления. В этом пункте «зеленые» являются союзниками

А. С. Панарин