Позднее творчество (конец 1820-х — 30-е годы).

1. Меняется пафос дружеской лирики: все больше потерь в тесном дружеском кругу, трансформируются основные мотивы, например такой любимый Пушкиным мотив, как мотив пира:

 

Теперь не то: разгульный праздник наш

С приходом лет, как мы, перебесился,

Он присмирел, утих, остепенился,

Стал глуше звон его заздравных чаш...

(«Была пора: наш праздник молодой...», 1836)

 

Шесть мест упраздненных стоят,

Шести друзей не узрим боле,

Они разбросанные спят —

Кто здесь, кто там на ратном поле,

Кто дома, кто в земле чужой,

Кого недуг, кого печали

Свели во мрак земли сырой,

И надо всеми мы рыдали.

(«Чем чаще празднует Лицей», 1831)

 

2. Индивидуальные характеристики, как правило, появляются в раннем творчестве («Пирующие студент», 1814). Со временем индивидуальные образы сливаются в обобщенный образ семьи друзей. Семья друзей противопоставлена свету.

 

Тесней, о милые друзья,

Тесней наш верный круг составим...

(«Чем чаще празднует Лицей», 1831)

 

Семья друзей выступает и как антитеза скитанию, дорогам, неприкаянности:

 

Усердно помолившись Богу,

Лицею прокричав ура,

Прощайте, братцы: мне в дорогу,

А вам в постель уже пора.

(«19 октября 1828»)

 

3. Гражданские мотивы в дружеской лирике присутствуют как о раннем творчестве, так и в зрелом творчестве. «Во глубине сибирских руд...» по форме гражданское послание, выдержанное в традициях декабристской эстетики, но по сути является дружеским посланием: стремясь подчеркнуть свое сочувствие положению декабристов, поэт говорит с друзьями на их языке. Тема памяти о дружбе, надежды — основная в этом стихотворении, способствует появлению в нем гражданских мотивов:

 

Любовь и дружество до вас

Дойдут сквозь мрачные затворы,

Как в ваши каторжные норы

Доходит мой свободный глас.

 

Домашнее задание

Наизусть выучить стихотворение «Пущину» (1826), чтение — поэма «Цыганы».

Информация для учителя

Многие стихотворения, написанные, как правило, в жанре дружеского стихотворного послания, посвящены самым близким по духу людям: лицеистам («первому другу» И. И. Пущину, «муз возвышенному пророку» и «парнасскому брату» А. А. Дельвигу, «брату родному по музе, по судьбам» В. К. Кюхельбекеру), «неизменному другу» П. Я. Чаадаеву, поэтам П. А. Вяземскому, Н. М. Языкову, Е. А. Баратынскому. Но дружбу Пушкин понимал не только как отношения, возникающие между двумя людьми. «Дружество» для него — это целый круг людей, близких «по судьбе», это «братство», «наш союз», сложившийся еще в лицее. Манифест дружбы — седьмая строфа стихотворения «19 октября», написанного в 1825 г. в Михайловском:

 

Друзья мои, прекрасен наш союз!

Он, как душа, неразделим и вечен —

Неколебим, свободен и беспечен,

Срастался он под сенью дружных муз...

Поэт подчеркивает гармонию, красоту, свободу, беспечность лежащие в основе дружеского союза, сравнивает его с душой, утверждая прочность связей между друзьями. Дружба лицеистов не зависит ни от прихотей «судьбины», ни от переменчивого счастья, «Родина» лицейского братства — Царское Село, место, где «под сенью дружных муз» лицеистов свела сама судьба.

Дружбу Пушкин понимал и как «сладостный союз», связывающий между собой поэтов. В послании «К Языкову» (1824) указана основа этого союза — творчество, вдохновение:

Они жрецы единых муз;

Единый пламень их волнует;

Друг другу чужды по судьбе,

Они родня по вдохновенью.

 

В пушкинских стихотворениях о дружбе и друзьях неизменно возникает философский мотив судьбы. В «19 октября» размышления о дружбе и друзьях сопровождаются симфонией образов, в основе которых — представления поэта о судьбе. Это «блуждающая судьба» моряка Ф. Ф. Матюшкина (тот же образ возникал и тогда, когда Пушкин думал о своей жизни изгнанника и скитальца), «сети судьбы суровой», «судьбины гнев», «фортуны блеск холодный», «строгая судьба», «тайный рок». Жизнь друзей определяется судьбой: «судьба глядит, мы вянем; дни бегут». Судьба может быть гневной или милостивой, но, по мысли Пушкина, она всегда держит человека в своей власти, препятствует осуществлению его заветных желаний. Именно в дружбе поэт на опору в своем противостоянии «рока самовластью». В стихотворении «Была пора: наш праздник молодой...», прочитанном 19 октября 1836 г. поэт вновь подчеркнул общий закон жизни друзей — закон судьбы:

 

Недаром — нет! — промчалась четверть века!

Не сетуйте: таков судьбы закон:

Вращается весь мир вкруг человека —

Ужель один недвижим будет он?

Каждый из лицеистов первого выпуска, несмотря на различия в общественном положении, в интересах, воспринимался Пушкиным как человек, связанный с ним незримыми нитями. Размышления о друзьях не ограничивались только воспоминаниями о лицейской молодости, о наставниках, о юношеских мечтах и проказах. Они подталкивали поэта к анализу собственной судьбы, создавали психологический и философский фон многих его стихотворений. Он помнил всех лицеистов, радовался их успехам, жил их огорчениями. Разбросанные по свету, друзья как бы соединялись в лирическом мире Пушкина. Силой поэтического воображения он охватывал и тех, кто наслаждается жизнью, и тех, кто одинок и несчастлив «и в бурях, и в житейском горе, / В краю чужом, в пустынном море, / в мрачных пропастях земли!» («19 октября 1827»). Всем он желал блага, радуясь за одних и огорчаясь невзгодам других.

Дружеское участие, дружеская поддержка для Пушкина — высшие проявления человечности, требующие мужества, воли, готовности исполнить свой долг. В послании «И. И. Пущину» («Мой первый друг, мой друг бесценный!..»), отправленном в 1827 г. в Сибирь, поэт словно возвращает другу-декабристу святой долг дружбы, напоминая ему о том «утешенье», которое он когда-то даровал ему, посетив Михайловское. Теперь сам поэт молит «святое провиденье», чтобы слова его дружеского привета дали Пущину то же «утешенье», а вместе с ними в «заточенье» дошел и луч «лицейских ясных дней». В коротком стихотворении Пушкин обнаружил глубину связей, соединивших двух людей: это и дружба, возникшая еще в лицее, и судьба, которая может быть зла или благосклонна к каждому из них, и время, которое не властно над ними: настоящие окликает прошлое, ход времени только подчеркивает неизменность дружбы. Сила дружбы прочнее тюремных целей, луч лицейского братства способен рассеять мрак заточения.

 

Вариант урока 30.