Сословная монархия и сословное общество — КиберПедия 

Папиллярные узоры пальцев рук - маркер спортивных способностей: дерматоглифические признаки формируются на 3-5 месяце беременности, не изменяются в течение жизни...

Кормораздатчик мобильный электрифицированный: схема и процесс работы устройства...

Сословная монархия и сословное общество

2021-01-29 117
Сословная монархия и сословное общество 0.00 из 5.00 0 оценок
Заказать работу

 

В момент прихода к власти Людовика XIV королевство Франция является самой густонаселенной, самой разнообразной в географическом и климатическом плане европейской страной (приблизительно 21 миллион жителей на территории современной Франции), в хозяйственной сфере которой наиболее прочное положение занимает крестьянский труд – крестьяне составляют более 80% населения. То, что налоговая система, несмотря на кричащие недостатки, ежегодно получает от провинций более тысячи тонн серебра, свидетельствует об основательности и устойчивости финансового фундамента королевства. Однако страна еще далека от того, чтобы стать унифицированной.

«Разнородное» королевство

Французским языком пользуются в основном буржуа и дворяне – в деревнях же общаются на диалекте родной местности или на местном говоре. В стране отсутствуют единые правовые законы: на севере превалирует «обычное право» – причем парижское «обычное право» отнюдь не похоже на нормандское или бретонское; на юге господствует «писаное право», ведущее начало от римского. В административном плане следует различать «области штатов», или провинции, обладающие самоуправлением (представители трех сословий сами устанавливают размер прямого налога), и «выборные области», в которых размер налога определяет королевская администрация. Ставка габели – знаменитого и крайне непопулярного налога на соль – меняется в зависимости от региона, в целом же известно о существовании не менее шести типов этого налога. Государственные границы, не определенные с надлежащей точностью, обременены анклавами и ненадежны, с восточной и южной сторон стране угрожают вторжения. Франция, площадь которой составляет примерно 470 000 квадратных километров, еще не включает в себя Артуа, морскую Фландрию, Эльзас, Лотарингию (кроме трех епископств – Меца, Туля и Вердена), Франш‑Конте, Савойю, Ниццское графство и Руссильон…

Сословное общество

Общество в королевстве выстроено по принципу родовой, клановой организации: человек входит в различные сообщества, первое место среди которых занимает его семья – семья в широком смысле, практически в римском понимании этого термина, то есть «род», огромная фратрия, включающая в свои ряды даже самых дальних кузенов и племянников. Помимо этого «клана», человек входит в некое число сообществ, выстроенных в иерархическом порядке, – корпорации и профессии, светское общество, религиозная община, сообщества капитулов, университетов и академий, провинции, страны, города… Если же он не входит в какое‑либо отдельное сословие, то он, по меньшей мере, включен в одно из трех основных сословий, структурирующих общество, – духовенство, дворянство и третье сословие.

Господство дворянства

В первой половине XVII века Франция по‑прежнему находится в сильной зависимости от высшего слоя дворянства, от герцогов и пэров, являющихся потомками и наследниками прежних королевских вассалов, владеющих несметными богатствами, фьефами, званиями и должностями. Чаще всего дворяне управляют провинциями на правах представителей королевской власти. Их персональная власть в этих «фьефах», которые порой передаются ими по наследству, довольно велика. Изначально дворяне обладали исключительно военными полномочиями, однако впоследствии их власть распространилась и на множество других областей, вопреки стараниям кардинала Ришелье, старавшегося ее ограничить. Так, в 1643 году губернаторство в Нормандии «принадлежало» Генриху II Орлеанскому, герцогу де Лонгвилю, Бургундией «владел» принц Генриха II де Конде, Иль‑де‑Франсом – Эркюль де Роган, герцог де Монбазон, а Дофине – Франсуа де Креки, герцог де Ледигьер… Эти правители оказывают ощутимое воздействие на «принадлежащие» им области сообразно величию и значимости их рода, кровного родства, окружения, клиентелы, челяди и т. д.

Система клиентелы

Небогатые сеньоры оказываются на службе у титулованной знати – у баронов, маркизов или графов, которые, в свою очередь, находятся в подчинении у вельмож. Посредством таких дружественных связей, уз верности, или клиентелы, один сеньор «передает себя» другому, становится его «ставленником». Клиентела – этот молчаливый уговор между двумя людьми, уравновешивающий их права и обязанности, – досталась в наследство XVII веку от феодальных времен, когда «клиент» верой и правдой служил «патрону» в обмен на его покровительство и благодеяния.

Не располагая достаточным количеством королевских служащих, нужным для того, чтобы охватить их деятельностью всю страну; король вынужден опираться: на дворянства. Он доверяет им правительственные посты и командование войсками; знати дозволено распределять должности, звания и пенсии. Однако недостаток, подобной системы в том, что государство легко, может оказаться во власти новых феодальных отношений, в которых верность «клиента» «патрону» будет сильнее, нежели преданность королю.

«Чиновники»

В силу этой причины короле Франции, жаждущие политической и административной унификации государства, с XVI века стремятся увеличить число королевских чиновников, или «оффисье». Так, наряду с уже имеющимся «дворянством шпаги» – этим «старинным» заносчивым, дворянством, часто непокорным монарху, – на свет появляется «дворянство мантии», преданное королевской власти. В XVI и XVII веках количества должностей резко возрастает: в 1515 году в королевстве насчитывается 4000 владельцев должностей, а в 1665 году – 46 000, среди которых 9000 судейских и 5000 финансовых служащих. Государству этот ажиотаж лишь на руку: оно разделяет, умножает и продает должностные патенты, тем самым увеличивая налоговые поступления в казну. Благодаря такой государственной практике некоторые семейства в ходе нескольких поколений совершают молниеносное восхождение по социальной лестнице, что раздражает представителей мелкой аристократии, лишенных права местного управления. Наиболее яркий пример подобного успеха – канцлер Пьер Сегье. Однако и система должностей, в; свою очередь, понемногу уходит из‑под контроля государства, начиная, в частности, с «полетты» (1604), знаменитого «ежегодного сбора», который облегчил передачу должностей по наследству. Жадные до привилегий и почестей, чиновники стремятся создать кастовую замкнутую структуру и примкнуть к «дворянству шлаги».

 

Пьер Сегье (1588‑1672)  

Его первый, известный нам предок – Блез Сегье, лавочник, – умер в 1510 году. Как и все богатые буржуазные семьи, Сегье стремятся стать дворянами, покупая фьефы, финансовые и судейские должности. Внук Блеза, Пьер, уже владеющий поместьями, в 1555 году приобретает должность президента в кассационном суде. Его богатство растет благодаря миссиям, доверенным ему королем, и займам, которые он предоставляет разорившейся знати под проценты. Его сын Жан получает должность гражданского должностного лица в Париже, а его внук Пьер, будущий канцлер, женится на Мадлене Фабри, дочери казначея, в чьем ведении находится касса, обслуживающая военные расходы, – супруга Мадлена принесет мужу 90 000 ливров приданого. Пьер, будучи советником Парижского парламента, становится докладчиком («мастером прошений»). В 1624 году, оказавшись на посту государственного советника, он получает наследственную должность президента парламента. Далее, в 1633 году его ждет должность хранителя печати, а в 1635 году он покоряет вершину судейской иерархии, став канцлером. Продолжая наращивать свой капитал, Пьер Сегье прибавляет к своему имени титул барона де Сен‑Бриссона, графа Жена, а затем титул барона де Сен‑Льебо. Титул герцога де Вильмора, полученный в 1650 году, позволяет ему оказаться в кругах высшей знати. Его богатство оценивается приблизительно тремя миллионами ливров. Одна из его дочерей станет женой племянника Ришелье, а другая – супругой герцога де Вернея, внебрачного сына Генриха IV.

 

Министерский абсолютизм

Не в силах бороться с изменениями в обществе, королевская власть оказывается под угрозой двух центробежных сил, дворянства шпаги и дворянства мантии. Как с ними справиться? Не имея возможности отладить весь механизм административной инфраструктуры, не имея аппарата, в котором работали бы честные и преданные королю служащие, власть прибегает к системе клиентелы. Так поступал Сюлли, так поступают Ришелье и Мазарини. Оба кардинала раздают звания, должности, средства и пенсии членам своих семей, друзьям и своим протеже. Таким образом они создают цепь из преданных им «ставленников», занимающихся как своими личными делами, так и делами государства. «Ставленники» проникают в круги региональной элиты – в провинциальные штаты, парламенты, муниципалитеты – ив армию, лишая дворянство монополии королевского покровительства. Разве можно в таком случае удержаться от ненависти к «людям министерства»? Подобная система предоставляет правителю административный аппарат, состоящий из преданных слуг. Однако кардиналы‑министры устраняют всех тех, кто не подчиняется им, стараясь оградить от чужого влияния и Людовика XIII, и Анну Австрийскую: это не столько абсолютная монархия, сколько министерский абсолютизм.

 

Богатство первых министров  

Пользуясь королевским доверием, первые министры приобретают колоссальное богатство: капитал Ришелье оценивается в 22,4 миллиона ливров, тогда как Генрих II де Кон‑де владеет лишь 14 миллионами. Мазарини, еще более алчный кардинал, имеет в своем распоряжении самый большой капитал во всей истории французского королевского строя: от 35 до 38 миллионов актива (быть может, даже больше) и 1,4 миллиона пассива. Эти огромные суммы накоплены им путем разного рода мошенничества. Раздробив государство, Мазарини, назначив себя интендантом, забирает себе остатки военного жалованья, расхищает доходы королевского домена, – иными словами, привлекает к себе все богатство страны. На той зачаточной стадии, на которой находится в тот момент бюрократический аппарат, грань между государственным и частным имуществом, между службой королю и личной выгодой довольно часто отсутствует. И все же, несмотря на то что кардиналы‑министры ведут себя хищническим образом, пользуясь верховной властью ради удовлетворения личных нужд, они поддерживают государство, поставив ему на службу свой ум и богатство, используя личные капиталы, дабы укрепить доверие общества, и порой оплачивая бюджетные расходы из своего кармана. Их усилия направлены на то, чтобы помочь королевской власти укрепить ее господство над обществом, что с 1797 года будет названо двусмысленным термином «абсолютизм».

 

Власть, могущество и деньги

Ришелье и Мазарини накапливают огромный капитал путем приобретения губернаторств, судейских должностей, поместий, фьефов, аббатств, замков, частных особняков, произведений искусства, драгоценностей… Великий кардинал, родившийся в небогатой пуатевинской аристократической семье, воспользуется своим высоким положением и карьерой, дабы поставить свою семью в один ряд с самыми знатными родами королевства. Его богатство и могущество позволит ему выдать замуж свою племянницу, Клару‑Клементину де Майе‑Брезе, за герцога Энгиенского, будущего Великого Конде, выдающегося члена королевской семьи, который не сможет отказаться от этого в некотором роде навязанного ему союза.

Семья Мазарини

У Мазарини нет наследника, но есть масса племянников и племянниц, которые с его помощью составят прекрасные партии. Лаура (1636‑1657), дочь Лоренцо Манчини и Джироламы Мазарини, выходит замуж за герцога де Меркёра, сына Цезаря Вандомского, внука Генриха IV и Габриэль д'Эстре. Олимпия (1638‑1708), сочетавшись браком с Эженом‑Морисом Савойским, принцем Кариньяно, графом де Суасеоном, станет матерью принца Евгения. Анна‑Мария Мартиноцци (1637‑1672), дочь Джеронимо Мартиноцци и Маргарит Мазарини, становится супругой принца Армана де Конти, брата Великого Конде. Второе семейство родственников Мазарини также может похвалиться выгодными партиями: Лаура Мартиноцци (1640‑1687) – и наследный принц Моденский Альфонс д'Эсте, Мария Манчини (1639‑1706), первая любовь Людовика XIV, – и. принц Онофрио Колонна, будущий неаполитанский и арагонский вице‑король. За очаровательной Гортензией Манчини (1646‑1699) будут ухаживать Карл II Английский, Тюренн, Педро Брагансский, будущий король Португалии, и герцог Савойский, но Мазарини отдаст предпочтение браку с подданным французского королевства: Гортензия станет женой маркиза де Лапорта де Ламейере, сына Марии де Косее, племянницы Ришелье, и маршала де Ламейере. Марианна Манчини (1649‑1714) в 1662 году сочетается браком с Морисом Годефруа де Латур д'Овернем, герцогом де Буйоном. Филипп Жульен Манчини (1641‑1707), племянник Мазариниг унаследует герцогство Невер и женится на Диане де Дама‑Тианж.

 


Поделиться с друзьями:

Механическое удерживание земляных масс: Механическое удерживание земляных масс на склоне обеспечивают контрфорсными сооружениями различных конструкций...

Поперечные профили набережных и береговой полосы: На городских территориях берегоукрепление проектируют с учетом технических и экономических требований, но особое значение придают эстетическим...

Своеобразие русской архитектуры: Основной материал – дерево – быстрота постройки, но недолговечность и необходимость деления...

Двойное оплодотворение у цветковых растений: Оплодотворение - это процесс слияния мужской и женской половых клеток с образованием зиготы...



© cyberpedia.su 2017-2024 - Не является автором материалов. Исключительное право сохранено за автором текста.
Если вы не хотите, чтобы данный материал был у нас на сайте, перейдите по ссылке: Нарушение авторских прав. Мы поможем в написании вашей работы!

0.018 с.