Эпизод 17 Текущая жизнь Базы.

 

Андрей нашел Максара недалеко от главной обсерватории. Тот, как всегда, куда-то торопился, поэтому сразу поинтересовался:

– Как дела с высадкой?

– Нормально. Я только не пойму, зачем весь этот маскарад. Хватило бы меня и одного пилота.

– Распоряжение руководства. Считай это тренировкой в условиях, приближенных к экстремальным. Никогда не знаешь, что может пойти не так. И потом, надо оказать помощь земному посланнику для составления отчета.

– Я и так ему много рассказал. Даже то, чего и сам не знал.

– В каком смысле? А, шутка… хорошо. Пусть видят, что мы здесь работаем.

– Уж не думаешь ли ты, что это какой-то особый агент-куратор? – Андрей придал своему голосу столько ироничности, сколько смог.

– Я думаю обо всем, работа такая. Если хочешь знать мое мнение, то лучше отработать программу по максимуму, не задаваясь подобными вопросами. – Максар шутки не понял. Или просто решил остаться серьезным.

– Хорошо. По максимуму значит, по максимуму. Погоди, я хотел спросить, ты меня в список внес?

– Нет, извини. Забыл. В следующий раз. Спешу.

 

Андрей остался наедине со своими мыслями. "Жаль, что на совете опять выступить не получится. Но это не к спеху. По максимуму… что ж, а это даже хорошо. И ребята развлекутся, и я вместе с ними. Ресурсов у нас хватает. Пойду, порадую Пьера."

 

* * *

(из дневника Пьера):

«План всей операции вкратце сводится к следующему. Сначала нам предстоит совершить поверхностный облет планеты с целью выявления побочных источников. Затем второй облет для рекогносцировки основного района действий. И уже потом непосредственно должны высадиться на поверхность.

 

Для подобных целей здесь используются специальные антигравитационные катера системы "Стелс". В операции должны принимать участие еще пять человек. Меня прикрывают Андрей Семиреченский и Джафар Неёлин по кличке "Малыш". Пилота катера и группу страховки я еще не знаю. Их определят в последний момент. Таков протокол взаимодействия для особых ситуаций на планете.

 

И вот эта заключительная часть моего приключения никак не влезает в мою бедную голову. Пока разговор идет в общем, все более-менее хорошо, но как только начинаются частности, становится худо.

 

Дело в том, что, как я неоднократно замечал, я способен переваривать подобную информацию в качестве интересного фильма или для того, чтобы рассказать кому-то. Но вот чтобы оперативно пользоваться ей – в этом моих способностей не хватает. Я до сих пор не могу запомнить название племени, которое там самое главное, что ли. Или известное. А уж местные имена – сущая пытка. Их суть просто не проникает в мой мозг. Ума не приложу, как я буду работать на Планете. Андрей явно огорчен, но успокаивает меня. Возможно, никаких контактов не будет, все обойдется тихо, в крайнем случае просто надо молчать, а уж он сам ответит за обоих. Вообще, мне кажется, мы с ним неплохо сдружились. Не знаю, как он относится ко мне, но я ему доверяю полностью.

 

Итак, самое главное – успокоится. Начало операции скоро. В конце концов, это ведь нужно не только мне. Успех операции двинет вперед земную науку. И я почти уверен в успехе. Не может же мне не повезти за все мои страдания в самый распоследний момент?! И предварительный прогноз положительный. Единственное, что меня смущает — это возраст планеты. Будем надеяться, что он не имеет решающего значения.

 

Так-так, надо еще раз повторить названия местных племен и места их обитания. Пока это самое главное на данные момент. Так сказал Андрей.»

 

* * *

В помещении для пилотов было шумно. Решался вопрос, кто примет участие в очередном спуске на Клад. Полетов последнее время было мало. Тренировочные начальство не одобряло, а тренажеры всем давно надоели.

 

– Предполагается транзитный маршрут по классу А-ноль. – Говорил невысокий плотный мужчина в возрасте.

– Ого! Неужели все-таки решили перейти на третью стадию?

– Пока нет. Насколько я понимаю, это всего лишь тренировка. Собираются использовать тяжелый десантный катер с полной экипировкой и защитой. Поэтому участвовать смогут не все.

– Да сколько можно ждать? Неужели нет других вариантов? Почему раньше спуски были чаще? – Раздалось сразу несколько голосов.

– Спокойнее, коллеги. Все знают, что ваша оплата не зависит от количества полетов. А что до частоты, то в ближайшее время планируется три научных спуска. Еще должен быть заказ на несколько полетов по системе. И стандартный грузовой рейс до станции передового слежения. Кроме того, мне стало известно, что прямо на Базу должен прибыть частный лайнер. Нужно будет организовать обзорную экскурсию для команды.

– Везет же некоторым, – заметил один пилот, – мне вот за всю жизнь не накопить на свой корабль.

– Это потому, что не в том месте контракты берешь. – Ответил собеседник.

– Ты так на Бора намекаешь? Нет уж, на такой риск я не пойду. Мне стабильность важнее. Да и когда третья стадия начнется, полеты будет чаще. Там и контракт пересмотреть можно.

– Ну, жди. А я вот собираюсь податься в грузовой флот. Там, говорят, несколько ходок сделаешь – и можешь о будущем не думать.

– Тут как посмотреть! Может случиться, что и полжизни пройдет. И к чему тебе тогда все заработанные "эники". Мне так и здесь неплохо живется.

 

Они еще немного поспорили о смысле жизни, скорее по привычке, не особенно слушая, о чем говорят в помещении. Работа в любом случае предполагалась простая, можно даже сказать рутинная. Но это было всяко лучше, чем просто находиться на Базе.