ГЛАВА XI. НАЧАЛЬНИК ГЕНЕРАЛЬНОГО ШТАБА — КиберПедия


Кормораздатчик мобильный электрифицированный: схема и процесс работы устройства...

Общие условия выбора системы дренажа: Система дренажа выбирается в зависимости от характера защищаемого...

ГЛАВА XI. НАЧАЛЬНИК ГЕНЕРАЛЬНОГО ШТАБА



Вернемся к происходившим в то время военным событиям. После того, какгенеральный штаб главного командования сухопутных войск был сделанработоспособным, выяснилось, что он действует с чрезвычайноймедлительностью. Это было связано с тем, что Гитлер сохранил за собой правоутверждать все мелкие вопросы и не желал предоставить начальникугенерального штаба самых минимальных полномочий в области отдачи приказов.Поэтому в направленной Гитлеру докладной записке я просил предоставить мнеправо отдавать указания группам армий Восточного фронта по всемпринципиальным вопросам и решать все вопросы, касающиеся генерального штабав целом. Гитлер отклонил обе мои просьбы. Против моих предложенийпротестовали Кейтель и Иодль. Отказ был написан собственноручно Кейтелем. Намои возражения Иодль ответил: "Генеральный штаб вообще надо разогнать"!Впрочем, если самые влиятельные представители "корпорации", носящиемалиновый кант, сами рубили сук, на котором они сидели, то и всемуучреждению ничем уже нельзя было помочь. Последствия этого сразу жепроявились в ряде грубых нарушений дисциплины, \482\ вынудивших меняперевести виновников в штаб главного командования сухопутных войск -единственный орган, по отношению к которому я обладал ограниченнымидисциплинарными правами. Там я заставил этих слишком самоуверенных молодыхгоспод в течение нескольких недель поразмыслить над своим поведением.Воспользовавшись удобным случаем, я доложил Гитлеру о принятых мною мерах.Он удивленно посмотрел на меня, но не проронил ни одного слова. Как-то в один из первых дней моей деятельности на новом посту я сказалГитлеру, что хочу побеседовать с ним наедине. Он спросил: "Что вы имеете ввиду -служебные или личные дела?" Конечно, речь шла о служебных вопросах,которые с надлежащей ясностью можно было обсудить только с глазу на глаз.Каждый третий при обсуждении таких вопросов был уже лишним. Это Гитлер самхорошо знал, однако отклонил мою просьбу, заявив, что может обсуждать сомной служебные вопросы только в присутствии фельдмаршала Кейтеля и двухстенографисток. Вследствие такого распоряжения мне редко представлялсяслучай откровенно высказывать свое мнение верховному главнокомандующему, таккак сделать это, не создавая опасности умаления его авторитета, можно былотолько в личной беседе. И этот весьма неудобный порядок моих встреч сГитлером был также внушен фельдмаршалом Кейтелем, который боялся, что будетнесвоевременно осведомлен о важных вопросах и постепенно отойдет на заднийплан. Я должен был руководить штабом в тех же условиях, от которых страдалмой предшественник. Естественно, что это не способствовало смягчению общеготона и существующих разногласий. Обстановка на Восточном фронте на 21 июля 1944 г. (в тот день, когда ябыл вынужден принять дела начальника генерального штаба) была весьманеблагоприятной. Наиболее устойчивой казалась обстановка на фронте группы армий "ЮжнаяУкраина", в которую входили \483\ 6-я и 8-я немецкие армии, румынские частии часть венгерской армии. Фронт этой группы армий проходил от устья р.Днестр вверх по течению до района восточнее Кишинева, затем севернее Яссы,южнее Фэлтиче-ни, затем, пересекая pp. Прут и Серет, до района истоков р.Серет. Группа армий "Южная Украина" в весенних боях (март-апрель) отразилаатаки противника севернее Яссы, а затем смогла выделить несколько дивизий врезерв. Командовал ею генерал Шернер, пользовавшийся особым довериемГитлера. К группе армий "Южная Украина" примыкала группа армий "СевернаяУкраина". До 12 июля 1944 г. она успешно оборонялась на фронте, проходившему Рэдауц на Верхнем Серете, восточное Делятин, через Бучач, Тарнополь,Езерна, Берестечко и к району южнее Ковель. 13 июля русские перешли внаступление и прорвали фронт группы армий в трех местах, захватив 21 июляЛьвов, излучину р. Сан севернее Перемышля, Томашув, Холм и Люблин. Русскиеосуществили глубокое вклинение, выйдя почти на линию Пулавы на Висле,Брест-Литовск (Брест) на Западном Буге. Уже эта картина внушала серьезные опасения, но положение группы армий"Центр" после 22 июля 1944 г. было просто катастрофическим; худшего ничего ине придумаешь. В период с 22 июня по 3 июля 1944 г. русские началинаступление и прорвали немецкий фронт между реками Припять и Березина, уРогачева, Чауссы, севернее Орши и по обе стороны Витебска. Понеся огромныепотери (около двадцати пяти дивизий), фронт откатился на линиюДавид-городок, Барановичи, Молодечно, Козяны, Западная Двина севернееПолоцка. В последующие дни русские, энергично развивая успешное наступление,овладели Пинском, а также районом Пружаны, Волковыск, Неман, восточноеГродно, Ков-но (Каунас), Двинск (Даугавпилс), восточное Двинска(Даугавпилс), Идрица. Этим ударом в крайне тяжелое положение была поставленане только группа армий "Центр", но и группа армий "Север". До 21 июля \484\русские, казалось, неудержимым потоком хлынули к р. Висла от Сандомира доВаршавы, а также через Седлец, Бельск-Подляски, Белосток, Гродно, Ковно(Каунас) и, что самое неприятное, через Паневежис на Шауляй и Митаву(Елгаву). Севернее Митавы противник вышел на побережье Рижского залива,отрезав группу армий "Север" от других фронтов. Группа армий "Север", правый фланг которой находился севернее Полоцка,обороняла фронт по линии севернее Полоцка, Идрица, Остров, Псков, Чудскоеозеро, Нарва и далее до побережья Финского залива. В результате катастрофы группы армий "Центр" группа армий "Север"должна была до 21 июля 1944 г. оттянуть свой правый фланг на линию Митава(Елгава), Двинск (Даугавпилс), Псков. Но это была, конечно, не последняяостановка. От своего предшественника я принял не только дезорганизованный штаб, нои совершенно разваливающийся фронт. Резервов главное командование сухопутныхвойск не имело. Единственные имевшиеся в нашем распоряжении силы находилисьв Румынии, в тылу группы армий "Южная Украина". Уже одного взгляда на картужелезных дорог было достаточно, чтобы понять, что переброска этих резервовзаймет много времени. Небольшие силы, которые можно было взять из армиирезерва, уже направлялись в группу армий "Центр", которая понесла большевсего потерь. Договорившись с командующим группой армий "Южная Украина", гденачальником штаба был генерал Венк, знавший обстановку в Румынии, япредложил Гитлеру вывести из Румынии все дивизии, которые можно снять сфронта, и использовать их для восстановления связи между группами армий"Центр" и "Север". Незамедлительно началась переброска этих сил. Кроме того,Гитлер распорядился поменять местами командующих группами армий "ЮжнаяУкраина" (Шернер) и "Север" (Фриснер). Группе армий "Южная Украина" былиданы инструкции, предоставлявшие \485\ командующему группойсамостоятельность, необычную для гитлеровской системы руководства. Врезультате этих энергично принятых мер удалось приостановить продвижениерусских в районе Добеле, Тукум (Тукумс), Митава. Теперь я планировал нетолько соединение обеих групп армий, но и эвакуацию немецких войск изПрибалтики с тем, чтобы значительно сократить линию фронта. Эвакуация немецких войск из Прибалтики и без того была необходима, таккак это была единственная возможность спасти от уничтожения группу армий"Север", оборонявшуюся на чрезвычайно растянутом фронте. Генерал Шернерполучил приказ прислать свои предложения относительно эвакуации войск изПрибалтики. Он хотел выполнить эту задачу в 3-4 недели. Но обстановка непозволяла этого. Мы должны были действовать быстро, чтобы опередитьпротивника и оттянуть в Восточную Пруссию основные силы группы армий,сохранив их боеспособность. Поэтому я распорядился провести эвакуациюнемецких войск из Эстонии и Литвы в течение одной недели, создатьпредмостное укрепление в районе Риги и немедленно сосредоточить всемоторизованные и танковые войска в районе западнее Шауляй. В этом районе яожидал очередного удара русских. Здесь нужно было приостановить ихнаступление, чтобы дать возможность группе армий "Север" в Прибалтике сноваустановить связь с группой армий "Центр". В результате контрудара немецких войск в период с 16 по 26 сентября1944 г. была установлена связь между обеими группами армий. В этом большаязаслуга храброго полковника графа Штрахвитца и его сводной танковой дивизии.Теперь нужно было немедленно использовать создавшееся выгодное положение. Ногруппа армий "Север" не сумела сделать этого. Шернер не верил в новоенаступление русских западнее Шауляй, он думал, что оно начнется у Митавы(Елгавы). Поэтому вопреки директиве, подписанной Гитлером, \486 - Схема 29\\487\ он задержал свои танковые части у Митавы. Мои просьбы о выполнениидирективы не были приняты во внимание. Я не могу утверждать, но вполневозможно, что Шернер действовал с разрешения Гитлера, с которым онподдерживал прямую связь. В результате растянутый немецкий фронт западнееШауляй в октябре был снова прорван. Между Мемелем (Клайпеда) и Либавой(Лиепая) русские вышли к Балтийскому морю. Группа армий "Север" после второйнеудачной попытки установить связь вдоль побережья была окончательноотрезана от всего Восточного фронта и снабжалась боеприпасами ипродовольствием по морю. Я отстаивал перед Гитлером необходимость вывода этих ценных войск,совершенно необходимых для обороны Германии. Эта борьба только отравлялаатмосферу, но оставалась безуспешной. В то время как на левом фланге обширного фронта осуществлялись важныеперегруппировки и велись упорные бои, в то время как фельдмаршал Модель,проявив личную храбрость, остановил открывающийся фронт группы армий "Центр"восточное Варшавы, 1 августа 1944 г. в Варшаве вспыхнуло восстание поляковпод руководством генерала Бур-Комаровского. Это восстание непосредственно втылу наших войск явилось чрезвычайно опасной угрозой. Связь с частями 9-йармии генерала фон Формана, действовавшими на фронте, была нарушена. Нельзябыло не считаться с возможностью быстрого установления взаимодействия междурусскими и восставшими поляками. Я возбудил ходатайство о включении Варшавыв зону боевых действий сухопутных войск. Однако тщеславиегенерал-губернатора. Франка и рейхсфюрера СС Гиммлера вынудило их повлиятьна Гитлера и заставить его объявить, что Варшава (несмотря на то, что онанаходилась непосредственно за линией фронта и даже примыкала к нему) неотносится к зоне боевых действий, а остается в подчинениигенерал-губернатора. Подавление восстания было поручено рейхсфюреру СС.Последний в \488 - Схема 30\ \489\ свою очередь возложил эту задачу нагруппенфюрера СС фон дем Бах-Селевского, которому для этой цели былоподчинено несколько эсэсовских и полицейских частей. Бои, длившиеся неделями, носили ожесточенный характер. Соединения СС,участвовавшие в подавлении восстания, только в оперативном отношенииподчинялись войскам СС, но не принадлежали к их составу; они не отличалисьбезупречной дисциплиной. Бригада Каминского состояла из бывшихвоеннопленных, главным образом русских, враждебно относившихся к полякам;бригада Дирлевангера состояла из немецких штрафников, которые должны былиискупить свою вину. Когда эти сомнительные элементы вынуждены были не нажизнь, а на смерть вести ожесточенные бои за каждую улицу, за каждый домгорода, их моральный дух оказался недостаточно стойким. Сам фон дем Баходнажды, докладывая о наличии вооружения в его частях, сообщил мне обесчинствах своих подчиненных, пресечь которые он не в состоянии. От егосообщений волосы становились дыбом, поэтому я был вынужден в тот же вечердоложить обо всем Гитлеру и требовать удаления обеих бригад с Восточногофронта. Вначале Гитлер не согласился удовлетворить мои требования. Но дажеофицер связи Гиммлера с Гитлером бригаденфюрер СС Фегелейн вынужден былзаявить в подтверждение моих слов: "Так точно, мой фюрер, они действительнобосяки!" Гитлеру не оставалось ничего другого, как принять мое предложение.Фон дем Бах позаботился о том, чтобы Каминского расстреляли; этим онизбавился от нежелательного свидетеля. Только 2 октября 1944 г. восстание было подавлено. Учитывая, чтовосставшие склонны капитулировать, я посоветовал Гитлеру придерживатьсяпринципов международного права и обращаться с ними как с военнопленными,чтобы быстрее закончить бессмысленную бойню. Гитлер согласился также и сэтим предложением. Генерал-полковник Рейнгардт, ставший 15 \490\ августавместо Моделя командующим группой армий "Центр", получил соответствующуюдирективу; согласно этой директиве войска и действовали. В борьбе с повстанцами всегда бывает трудно отличать организованныхбойцов от гражданского населения. Об этом пишет сам генерал Бур-Комаровский:"В боях наши командиры с трудом отличали солдат от гражданских лиц. Нашилюди не носили военной формы, и мы не могли воспрепятствовать гражданскомунаселению носить на руках бело-красные повязки. Гражданское население, как исолдаты национальной армии, пользовались трофейным (немецким) оружием, чтомешало бережно относиться к боеприпасам. На одного немецкого солдатаповстанцы из гражданского населения тратили несколько снарядов и ручныхгранат. В каждом поступившем ко мне донесении содержались жалобы набесцельное расходование боеприпасов"[45] . Так как поляки, кроме того,носили немецкую военную форму, взятую из захваченных у нас складов, тосложность положения немцев, а тем самым и склонность их к беспощадномууничтожению противника все больше увеличивались. Поэтому неудивительно, чтои Гитлер, которому Фегелейн и Гиммлер регулярно докладывали о варшавскихсобытиях, часто разражался гневом, отдавая строгие приказы, касавшиесятактики боевых действий и отношения к жителям Варшавы. Этот гнев нашел своевыражение в инструкции верховного комиссара войск СС и полиции восточнойзоны генерал-губернатору Кракова доктору Франку от 11 октября 1944 г.:"Новая политика в отношении Польши. Обер-группенфюрер фон дем Бах получилприказ умиротворить Варшаву, т. е. еще до окончания войны сравнять Варшаву сземлей, поскольку это не помешает выполнению военных планов по сооружениюукреплений. До начала разрушений из Варшавы должны быть \491\ вывезены всевиды сырья, текстиль и мебель. Это является основной задачей гражданскойадминистрации"[46] . Об этом приказе, который был отдан по линии СС, я в товремя ничего не знал. Впервые я прочел его в 1946 г. в нюрнбергской тюрьме.Слухи о намерении полностью разрушить Варшаву, которые ходили в главнойставке, а также вспышка гнева Гитлера в моем присутствии в связи с событиямив Варшаве побудили меня указать в очередном докладе на необходимостьсохранения города, объявленного по приказу Гитлера крепостью, в которойдолжны укрыться немецкие войска. Тем более важно было сохранить зданияпотому, что Висла в то время стала уже передним краем, который проходилчерез город. Во время неоднократных восстаний в 1943-1944 гг. Варшава и без тогобыла сильно разрушена, а в результате боев с осени 1944 г. и до началанаступления русских в январе 1945 г. были уничтожены ранее уцелевшие зданияэтого несчастного города. После капитуляции пленные повстанцы были переданы эсэсовцам.Бур-Комаровский был знакомым Фегелейна, они неоднократно встречались намеждународных турнирах. Фегелейн о нем позаботился. 25 июля 1944 г. попытка 16-го танкового корпуса русских переправитьсячерез Вислу по железнодорожному мосту у Демблина провалилась. Потерипротивника составили 30 танков. Мост удалось своевременно взорвать. Другиечасти бронетанковых войск русских были задержаны севернее Варшавы. У нас,немцев, в то время создалось впечатление, что наша оборона заставилапротивника приостановить наступление. 2 августа 1-я польская армия "Польских Свободных ДемократическихВооруженных Сил" перешла тремя дивизиями в наступление через Вислу научастке Пулавы, Демблин. Несмотря на тяжелые потери, ей все же \492\ удалосьзахватить одно предмостное укрепление и удержать его до подхода советскихподкреплений. Под Магнушевом на Висле противнику также удалось создать предмостноеукрепление. Войска, форсировавшие Вислу на этом участке, имели задачупродвигаться вдоль берега на Варшаву, однако были остановлены на р. Пилица. Тем не менее 8 августа у командования 9-й немецкой армии создалосьвпечатление, что попытка русских захватить Варшаву внезапным ударом с ходаразбилась о стойкость немецкой обороны, несмотря на восстание поляков,которое, с точки зрения противника, началось преждевременно. Штаб армиидоложил, что за период с 26 июля по 8 августа 1944 г. захвачено 603военнопленных, имеется 41 перебежчик, за этот период части армии подбили 337танков и взяли следующие трофеи: 70 орудий, 80 противотанковых пушек, 27минометов и 116 пулеметов. Это были внушительные цифры после месяцанепрерывных отступательных боев. До сих пор как на востоке, так и на западе никаких оборонительныхукреплений не строилось. Гитлер считал, что на западе можно положиться наАтлантический вал, а в отношении востока заявлял, что если построитьукрепления, то генералы с меньшей энергией будут обороняться на своихучастках и будут склонны к преждевременному отходу на тыловые оборонительныерубежи. Однако теперь, после неудач, лишивших нас почти всех захваченных навостоке территорий, после того как Восточный фронт продвинулся угрожающеблизко к границам Германии, нужно было при любых условиях что-топредпринять, чтобы какая-нибудь небольшая неудача не повлияла сразу на общееположение. По моему убеждению, о котором я докладывал Гитлеру еще в январе,нужно было в первую очередь восстановить наши старые укрепленные районы навостоке. Затем следовало восстановить оборонительные рубежи между этимиукрепленными районами и важнейшие линии электропередачи. \493\ Я разработал вместе с генерал-инспектором инженерных войск при главномкомандовании сухопутных войск Якобом план строительных работ. Для разработкипланов строительства укреплений я приказал восстановить отдел укрепленийгенерального штаба, распущенный моим предшественником, и назначитьначальником этого отдела подполковника Тило. Разработанный нами план подсвою личную ответственность я направил в качестве приказа в соответствующиеинстанции, а затем представил его Гитлеру, доложив, что ввиду крайнейважности и срочности этого вопроса должен просить одобрить план заднимчислом. Гитлер с большой неохотой согласился это сделать; часто прибегать кподобному методу я не мог. Во всяком случае, строительство укреплений началось. Земляные работывелись, как правило, добровольцами - женщинами, детьми и стариками, в нихучаствовала вся рабочая сила, которую еще могла выделить наша страна.Организация "Гитлеровская молодежь" оказала нам большую помощь. Все этимужественные немцы, несмотря на плохую погоду, трудились с большим усердиеми чувством долга в надежде создать хотя бы какое-нибудь прикрытие для своейгорячо любимой родины, обеспечить оборонительными рубежами солдат, ведущихтяжелые боевые действия. Правда, впоследствии их труд не оправдал всехнадежд, которые возлагали на него и они, и я. Однако этого нельзя ни ставитьв вину людям, строившим укрепления, ни объяснять ошибочностью самогопринципа. Укрепления не были обеспечены гарнизонами и вооружением, потомучто Западный фронт в силу неизбежной необходимости потребовал и получил все,что было заготовлено для Восточного фронта, и последнему достались лишьжалкие остатки, которые не могли быть использованы на западе. Здесь уместновыразить сердечную благодарность людям, строившим укрепления, за ихсамоотверженную и добросовестную помощь. Кроме того, многие построенные имиоборонительные \494\ сооружения в течение длительного времени выполняли своеназначение. Мы надеемся, что придет время, когда оборона Кенигсберга(Калининграда), Данцига (Гданьска), Глогау (Глогув) и Бреслау (Бреславля)будет изучена со всей беспристрастностью. Никто не может сказать, в какомтемпе протекало бы наступление русских и какие еще территории Германиипоразило бы их губительное влияние, если бы не были построены немецкиеоборонительные сооружения. Мне было совершенно ясно, что сооружаемые укрепления могут выдержатьосаду только в том случае, если они будут обеспечены гарнизонами, оружием иразными запасами. Поэтому я отдал приказ о формировании крепостных частей извоеннообязанных, которые были признаны не полностью годными для боевыхдействий в полевых условиях, но при правильной организации питания имедицинского обслуживания могли нести службу в укрепленных районах. Вначалебыло сформировано сто таких крепостных пехотных батальонов и сто батарей.Вслед за ними должны были быть сформированы пулеметные, противотанковые,танковые подразделения и подразделения связи. Но мы еще не успели какследует обучить эти первые части, как 80% из них было отправлено на Западныйфронт. Мои решительные протесты не были приняты во внимание; я узнал обо всем слишком поздно и уже не мог ничего изменить. На западеэти еще не обученные подразделения попали в водоворот поражения и погибли,не принеся пользы. На востоке превосходные оборонительные позиции иукрепления оказались незанятыми и впоследствии не смогли стать настоящимиопорными пунктами для отходивших с фронта войск. То же самое получилось и с вооружением. Первое мое предложение -предоставить в мое распоряжение склады трофейных орудий - было почтииздевательски отклонено Кейтелем и Иодлем. Они полагали, что в Германии ужене осталось неиспользованных трофейных пушек. Однако начальник оперативногоотдела \495\ верховного командования вооруженных сил генерал Буле сообщил,что на складах имеется еще множество артиллерийских орудий и другоготяжелого оружия. Всю эту технику уже несколько лет подряд понемногусмазывают, но не используют. Я приказал установить эти орудия на восточныхукреплениях и важнейших оборонительных позициях и подготовить для нихрасчеты. Но Иодль добился передачи Западному фронту всех орудий калибромболее 50 мм, а также орудий, из которых было произведено свыше 50 выстрелов.Но на Западный фронт эти орудия прибыли уже слишком поздно, в то время какВосточному фронту они могли бы еще оказать неоценимую помощь. 50-мм и 37-ммпротивотанковые пушки в 1941 г. уже не были эффективными против русскихтанков Т-34, и поэтому именно на востоке нужны были пушки крупного калибра. Что касается запасов, то было отдано распоряжение обеспечить укреплениявсем необходимым на три месяца. Были установлены радиостанции, созданызапасы горючего. Я использовал каждую свою поездку для того, чтобыконтролировать ход работ на местах. В моих стремлениях меня поддерживалидрузья, особенно генерал-полковник Штраус. Они снова предоставили себя в моераспоряжение, невзирая на свои прежние должности, с которых их вытеснилиболезнь или безапелляционное решение Гитлера. Энергично помогали также инекоторые гаулейтеры, и если иногда вследствие их чрезмерного усердиявозникали трения, то, несмотря на это, надо признать их добрую волю ижелание оказать нам помощь. После того как большая часть крепостных войск была выведена из моегоподчинения, я пришел к мысли о создании ландштурма (ополчения) в находящихсяпод угрозой восточных провинциях. Это решение давно уже предлагалось оперативным отделом главногокомандования сухопутных войск, начальником которого был генерал Хойзингер,но в свое время было отклонено Гитлером. Мне казалось, \496\ что извоеннообязанных, пригодных к военной службе, но не призванных в армиювследствие занятости на важных военных предприятиях, в восточных районахможно создать под командованием офицеров части ландштурма, которые подлежалиформированию только в случае прорыва русскими фронта. С этим проектом япошел к Гитлеру и предложил возложить эту задачу на штурмовые отряды,состоящие из вполне надежных людей. Я заранее заручился поддержкойначальника штаба штурмовых отрядов (СА) Шепмака, человека разумного идружественно настроенного по отношению к армии. Сначала Гитлер одобрил моепредложение, но на следующий день сообщил мне, что принял другое решение. Онхотел поручить эту задачу не штурмовым отрядам (СА), анационал-социалистской партии, т. е. рейхслейтеру Борману. Ополченцы должныбыли называться "фольксштурмом" (народным ополчением). Вначале Борман ничегоне делал, но после моих неоднократных напоминаний он обязал всех гаулейтеров(а не только гаулейтеров пограничных районов) приступить к формированию"фольксштурма". В результате "фольксштурм" был непомерно раздут, не хватало ниобученных командиров, ни оружия, не говоря уже о том, что руководствонационал-социалистской партии выдвигало на руководящие посты не опытныхкомандиров, а партийных фанатиков. Мой старый боевой товарищ генерал фонВитерсгейм был рядовым, в то время как его ротой командовал никогда неслуживший в армии партийный деятель. В таких условиях бравые солдаты,готовые на самопожертвование, больше занимались совершенно бессмысленнымразучиванием германского приветствия вместо изучения и овладения оружием. Врядах "фольксштурма" высокий идеализм и полная готовность ксамопожертвованию не находили ни вознаграждения, ни благодарности. И я хотелбы сейчас выразить благодарность бойцам "фольксштурма". Все эти меры, кажущиеся безнадежными, были \497\ необходимы потому, чтобоевые части последнего призыва, сформированные в Германии армией резерва,должны были использоваться не для обороны востока, а для наступления назападе. В августе и сентябре устойчивость Западного фронта была нарушена, ион из-за отсутствия оборудованных тыловых рубежей и укрепленных районов былотведен к Западному валу. Но Западный вал не являлся уже полноценнымоборонительным рубежом, так как боевая техника с его укреплений былапереброшена для усиления Атлантического вала и большей частью потеряна.Отход был начат внезапно, и западные союзники настолько осмелели, чтонеоднократно создавалась обстановка, позволявшая наносить успешныеконтрудары при наличии резервов. Каждый раз, когда появлялась такаявозможность, Гитлер впадал в неистовство, ему хотелось использоватьблагоприятную обстановку, но для этого у него не было войск. Наконец, в сентябре он решил собрать все силы страны для последнегомощного удара. Во главе армии резерва после покушения 20 июля 1944 г. былпоставлен рейхсфюрер СС Гиммлер. Он присвоил себе титул "главнокомандующего"и приступил к созданию "политических солдат" (как они представлялись ему иГитлеру) и в первую очередь "политических офицеров". Вновь сформированныесоединения получили название "народной" гренадерской дивизии, "народного"артиллерийского корпуса и т. д. Их офицерский состав был подобрануправлением личного состава сухопутных войск, во главе которого стоялгенерал Бургдорф, отнюдь не идеалистически настроенный преемник идеалистаШмундта. Этих офицеров не имели права переводить в другие обычные войсковыечасти. На военную службу были призваны руководящие деятелинационал-социалистской партии. Но когда некоторые из этих господ сочлинеобходимым докладывать с Восточного фронта непосредственно Борману, а этотярый противник армии начал бегать к Гитлеру со своими \498\ предложениями, ярешил, что дело заходит слишком далеко, и отказался от такого вмешательства.Виновники были наказаны. Конечно, этот скандал вместе с затягиваниемвыполнения планов формирования "фольксштурма" не способствовал оздоровлениюатмосферы в главной ставке фюрера. С помощью последнего призыва активных бойцов Гитлер хотел подготовитьнаступление, выбрав для него подходящий момент в ноябре месяце. Он хотелразбить войска западных держав и сбросить их в Атлантический океан. Длявыполнения этого гигантского плана должны были быть использованы новыевоинские формирования, созданные последними усилиями нашей родины. Но кэтому мы еще вернемся. 5 августа 1944 г., когда такие события, как покушение на Гитлера ипровал на Восточном фронте, еще были сильны в памяти людей, к Гитлеру вВосточную Пруссию приехал премьер Румынии маршал Антонеску. Я получилзадание проинформировать маршала о положении на Восточном фронте.Присутствовали Гитлер, Кейтель, некоторые офицеры, обычно участвовавшие вобсуждении обстановки, а также Риббентроп и его помощники из министерстваиностранных дел. Занимавший должность старшего переводчика министерстваиностранных дел Шмидт (в ранге посланника) должен был переводить мой докладна французский язык. Шмидт был не только милым человеком и приятнымсобеседником, но и самым лучшим переводчиком из тех, с которыми мнеприходилось встречаться. Он обладал особым чувством проникновения в ходмыслей, которые он должен был передавать. Вот уже несколько десятилетий онпринимал участие во многих ответственных переговорах по самым разнообразнымвопросам из всех областей жизни. Одного ему никогда не приходилось делать -переводить доклады о военной обстановке. Уже после нескольких первых фразвыяснилось, что он не владеет военной терминологией. Мне казалось, что будетпроще, если я сделаю доклад \499\ на французском языке. Я начал говоритьпо-французски, и мне было приятно, что Антонеску меня хорошо понимает. В ходе доклада выяснилось, что Антонеску полностью понимает нашетяжелое положение и необходимость сначала восстановить фронт групп армий"Центр" и "Север", а затем уже установить связь между ними. Со своей стороныон предложил эвакуировать Молдавию и отойти на линию Галац, Фокшаны и далееКарпаты, если это потребуется в общих интересах. Я немедленно перевел этовеликодушное предложение Гитлеру и впоследствии напомнил ему о нем. Гитлер сблагодарностью принял предложение Антонеску и, как мы увидим далее, сделализ него свои выводы. На следующий день Антонеску сказал мне, что хочет побеседовать со мнойс глазу на глаз. Беседа состоялась в штаб-квартире Антонеску в "Вольфсшанце"и была для меня весьма поучительной. Румынский маршал оказался не толькохорошим солдатом, но и большим знатоком своей страны, ее транспорта,экономики и политических вопросов. Все, о чем он говорил, было обосновано ив то же время выражено в любезной и вежливой форме. Такое сочетание редкоможно было встретить в Германии в то время. Вскоре он начал говорить опокушении на Гитлера, не скрывая своего возмущения: "Поверьте мне, я могудоверить свою жизнь любому своему генералу. У нас немыслимо участие офицеровв таком государственном перевороте!" В то время я ничего не мог ответить наего тяжелые упреки. Но две недели спустя Антонеску, а вместе с ним и мыоказались совсем в другом положении. Маршала сопровождал министр иностранных дел Румынии Михай Антонеску. Онпроизводил впечатление ловкого, но отнюдь не симпатичного человека. В еголюбезности было что-то липкое. С немецкой стороны вместе со мной прибылипосланник фон Киллингер и представитель немецких вооруженных сил в РумынииГанзен. С обоими я имел обстоятельную беседу \500 - Схема 31\ \501\относительно их взглядов на положение в Румынии. Они не возлагали большихнадежд на Антонеску, а придерживались мнения, что мы, немцы, должныопереться на молодого короля. Это заблуждение привело к очень тяжелымпоследствиям, оно в значительной степени способствовало тому, что германскиевоенные инстанции убаюкивали себя ложными надеждами на безопасность и неверили скупым известиям о грозящем предательстве. Вновь назначенный командующий группой армий "Южная Украина"генерал-полковник Фриснер (сменивший генерала Шернера), разделяя мнениеАнтонеску, вскоре после посещения последним главной ставки фюрера, в концеиюля 1944 г., предложил Гитлеру перенести фронт на линию Галац, Фокшаны,Карпаты. Фюрер в виде исключения согласился с этим предложением, но отдачуокончательного приказа и выполнение своего решения поставил в зависимость отпоступления донесений, подтверждающих возможность наступления противника. Доэтого все фронты должны оставаться на прежних рубежах. Сведения, поступавшиев главную ставку фюрера о положении в Румынии в последующие дни, были весьмапротиворечивы; большей частью они отражали точку зрения германскихофициальных представителей и были утешительными для нас. Однако министриностранных дел фон Риббентроп настолько не доверял донесениям своегопосланника, что считал необходимым перебросить в Бухарест одну танковуюдивизию и просил об этом Гитлера. Я присутствовал на докладе РиббентропаГитлеру и поддерживал его мнение. Сам я не мог выделить для этой цели ниодной дивизии с Восточного фронта, слишком уж напряженной была там общаяобстановка. Поэтому я предложил вывести из Сербии 4-ю полицейскую дивизиюСС, которая вела там бои с партизанами, и направить ее в Румынию. Этадивизия была моторизованной, следовательно, могла достаточно быстро достичьрумынской столицы. \502\ Однако Иодль выступил против моего предложения, хотя Валахия считаласьтогда так называемым театром военных действий верховного командованиявооруженных сил, следовательно, была в ведении Иодля и не относилась кВосточному фронту. Гитлер не принял никакого решения. И все осталосьпо-прежнему. Кризис надвигался не только в Румынии, но и в Болгарии. Я получилдонесение от полковника фон Юнгенфельдта, который обучал болгарскихтанкистов владению немецкой техникой. В донесении давалась мрачная, но, ксожалению, весьма справедливая оценка положения в стране, а именно,указывались вредные настроения и ненадежность болгарских войск. Я сообщилГитлеру эти сведения, но он не поверил им, более того, он выразилуверенность, что болгары никогда не будут добровольно сражаться на сторонерусских, так как они ненавидят большевизм. Я предложил не посылать больше вБолгарию германскую технику и вернуть немецкую материальную часть, котораятам находится, но моя просьба была отклонена. Попытка сделать это помиморазрешения была сорвана Иодлем. 20 августа 1944 г. началось наступление русских на фронте группы армий"Южная Украина". Оно имело успех на тех участках, которые оборонялисьрумынскими частями. Но этим дело не ограничилось. Румынские части перешли насторону противника и повернули оружие против своих вчерашних союзников.Немецкое командование и немецкие войска не ожидали такого предательства.Хотя Гитлер сразу дал разрешение на отход группы армий, на некоторыхучастках наши войска пытались удерживать фронт и медленно, с боямиотступали. Чтобы избежать полного разгрома и уничтожения, необходимо былобыстро отступить и удержать мосты на Дунае. Но этого не было сделано. Врезультате румыны опередили немцев, блокировали переправы и этим отдалинемецкие части в руки русских. Мы полностью потеряли 16 немецких дивизий -невозместимые потери в нашем и без того тяжелом положении. \503\ Эти германские части мужественно сражались до конца; их боевая честьосталась незапятнанной. Они не виновны в своей тяжелой судьбе. Это несчастьеможно было бы смягчить, если бы было принято решение отойти на линию Галац,Фокшаны, Карпаты еще до начала наступления русских и нарушить тем самымпланы русских, укоротив фронт настолько, чтобы его можно было удержать безрумын. Но для этого нужно было ясное понимание политического положения иморальных качеств главы румынского государства. Антонеску сильно в этом заблуждался и должен был поплатиться смертью засвою ошибку. Его заверение относительно надежности румынских генералов иофицеров было, к сожалению, необоснованным, но оно произвело известноевпечатление на германское командование и также ввело его в заблуждение. Втечение нескольких недель была потеряна вся Румыния. 1 сентября русскиевступили в Бухарест. Болгария, король которой (Борис) умер 28 августа 1943г. при довольно странных обстоятельствах, выпала из нашей коалиции и 8сентября перешла на сторону противника. Мы потеряли 88 наших танков T-IV и50 штурмовых орудий, которые мы в свое время отправили в Болгарию. Рухнулинадежды Гитлера получить, по крайней мере, две болгарские антибольшевистскиедивизии. Немецкие солдаты, находившиеся в Болгарии, были разоружены и взятыв плен. Болгары перешли на сторону русских и начали сражаться против нас. Теперь и Гитлеру стало ясно, что Балканы оборонять уже нет смысла. Былапризнана необходимость постепенной сдерживающей эвакуации. Однако отходвойск осуществлялся слишком медленно и не позволял высвободить силы,необходимые для обороны Германии. 19 сентября 1944 г. Финляндия заклю









Механическое удерживание земляных масс: Механическое удерживание земляных масс на склоне обеспечивают контрфорсными сооружениями различных конструкций...

Индивидуальные и групповые автопоилки: для животных. Схемы и конструкции...

Папиллярные узоры пальцев рук - маркер спортивных способностей: дерматоглифические признаки формируются на 3-5 месяце беременности, не изменяются в течение жизни...

Опора деревянной одностоечной и способы укрепление угловых опор: Опоры ВЛ - конструкции, предназначен­ные для поддерживания проводов на необходимой высоте над землей, водой...





© cyberpedia.su 2017-2020 - Не является автором материалов. Исключительное право сохранено за автором текста.
Если вы не хотите, чтобы данный материал был у нас на сайте, перейдите по ссылке: Нарушение авторских прав

0.016 с.