Заявления Теуво о предыдущей жизни

В этом разделе я передаю рассказ Лусы для Риты Кастрен в 1976 году и для меня в 1978 году. В обеих беседах Луса рассказала практически одно и то же, не считая мелких расхождений, но в каждом из её рассказов было то, чего не было в другом.

Луса помнила, как Теуво сказал ей, что он уже жил прежде. Тогда он упомянул «большую печь». Он подробно описал эту печь и добавил, что люди в ней лежали слоями, наваленные друг на друга как придётся. Он сказал, что его отвели в «ванную», где у людей отняли последнее – например, очки и золотые зубы. Затем людей раздели и затолкали в печь. Из отверстий в стенах сочился газ. Он не мог дышать. Теуво заявил, что он «знал» о том, что и его отправят в печь, но не сказал, что его действительно препроводили туда. По его словам, он пришёл к матери после того, как увидел, что в печь затолкали других людей. Теуво также описал «духовку», в которой были дети.

Сделав эти заявления, Теуво добавил: «Тогда я пришёл к тебе. Меня прислали сюда. Мама, ты рада тому, что я пришёл к тебе?»

Спустя какое-то время Теуво сделал свои первые заявления о предыдущей жизни своей матери. Он сказал: «Я запутался в колючей проволоке. Приди и вытащи меня!» В тот момент он казался подавленным.

Особенности поведения Теуво, связанные с прошлой жизнью

Обстоятельства и манера повествования Теуво о предыдущей жизни. Первые свои заявления о предыдущей жизни Теуво сделал однажды утром после пробуждения. Хотя тогда, приблизительно в возрасте трёх лет, он только начинал свободно говорить, в тот раз он удивил мать своим словарным запасом, использованным им для описания переживаний, которые он, надо полагать, вспомнил. А когда у него не было подходящих слов, он жестами показывал форму печей.

Луса рассказывала, что Теуво был «ошарашен» и «до смерти перепуган», когда он описывал эти переживания. Он был до того взволнован, что она попыталась отвлечь его, рассказав ему сказку.

В 1976 году Луса сообщила Рите Кастрен, что Теуво часто повторял свои первые заявления, и всякий раз утром после пробуждения. Она сказала, что он продолжал говорить о своих воспоминаниях в течение примерно полугода. В 1978 году Луса забыла самые поздние заявления Теуво и помнила только первые, сделанные им приблизительно в трёхлетнем возрасте. Она не помнила тогда, чтобы он повторял свои заявления или некоторых из них.

Боязнь темноты у Теуво. Теуво продолжал бояться темноты до семилетнего возраста. Потом этот навязчивый страх пропал.

Скрытность Теуво. В раннем детстве Теуво часто теряли, потому что он прятался. Иногда он пробивал перегородки, разделявшие комнаты. В том доме, где в то время жила его семья, стены были чрезвычайно тонкими, поэтому подросший ребёнок мог пробить их.

Другие важные особенности поведения Теуво

Иногда Теуво играл в солдата. Луса полагала, что в этой игре он подражал старшему брату, который был на восемь лет старше Теуво.

До двухлетнего возраста Теуво не хотел носить одежду, даже когда он выходил из дома в холодную погоду.

В отличие от Дэвида Льювелина, в поведении Теуво не было ничего из того, что можно было бы счесть типично еврейским.

Одышка Теуво. В то время, когда Теуво впервые описал свои воспоминания, ему стало трудно дышать. Казалось, что ему не хватало воздуха и было больно дышать. Одышка возникала у него нерегулярно, иногда два раза в неделю, а потом не повторялась три месяца. Приступы продолжались 10–15 минут. Врач, к которому обратилась Луса, сказал, что астмы у Теуво нет. Этот симптом ещё присутствовал в 1978 году, когда я беседовал с Лусой.

Если не считать эти возникавшие время от времени одышки, у Теуво было отменное здоровье.

Вероятность того, что Теуво мог узнать о концентрационных лагерях обычным способом

Луса уверенно заявила о том, что Теуво никак не мог приобрести имевшиеся у него знания о немецких концентрационных лагерях обычным способом. Ему редко позволяли смотреть телевизор; все фильмы, содержащие сцены насилия, исключались. Его родители и старшие братья никогда не говорили в присутствии Теуво на такие темы, как концентрационные лагеря и газовые камеры. В то время, когда Теуво заговорил о предыдущей жизни, его семья жила в собственном доме. У них были соседи, но они не поддерживали отношения с ними. Теуво тогда был застенчив и никогда не разговаривал с соседями. Дедушки или бабушки не жили в его семье.