Часть V. Охотники на вампиров — КиберПедия 

Поперечные профили набережных и береговой полосы: На городских территориях берегоукрепление проектируют с учетом технических и экономических требований, но особое значение придают эстетическим...

Механическое удерживание земляных масс: Механическое удерживание земляных масс на склоне обеспечивают контрфорсными сооружениями различных конструкций...

Часть V. Охотники на вампиров



Первые охотники на вампиров

Древность

Подлинная история охотников на вампиров еще не написана, и вряд ли кто-нибудь осмелится раскрыть все секреты их тайных организаций, существующих уже около двух тысяч лет. История сохранила множество имен вампиров и людей, выдававших себя за таковых, однако мы практически ничего не знаем о тех, кто взял на себя трудную задачу истребления этих хитрых и коварных существ. В мире, где предательство сделалось основой личного благополучия, излишняя болтливость может стоить слишком дорого.

Охотники на вампиров бережно хранят свои секреты, и лишь изредка выходят из тени на свет, от которого отреклись во имя защиты людей и спасения всего человечества. Оттого перед всяким исследователем данного вопроса стоят две нелегкие задачи: во-первых, он должен научиться отличать правду от вымысла, а, во-вторых, ему следует воспитать в себе умение молчать о том, чего не следует знать слишком многим. Только при соблюдении двух этих правил работа исследователя будет считаться успешной и не принесет вреда тем, кто сделался объектом его пристального внимания.

По всей вероятности, убийцы вампиров появились уже в доисторическую эпоху, когда вернувшиеся из сонного небытия вампиры вновь проявили интерес к одичавшему человечеству. Предположительно первыми убийцами вампиров были шаманы[101], чьей прямой обязанностью была защита племени от темных враждебных человеку сил. К великому сожалению у нас нет письменных свидетельств той эпохи, и лишь некоторые наскальные рисунки позволяют строить предположения методах борьбы шаманов с вампирами.

В частности, изображение «раненного человека» в пещере Пеш-Мерль и похожие рисунки утыканных копьями или стрелами антропоморфных фигур из провинции Фри Стейт (Южная Африка) и в округе Макони (Зимбабве) указывают на то, что в убийстве вампира, как правило, принимало участие все племя. Схожие мотивы можно обнаружить в истории святого Себастьяна, пронзенного стрелами по приказу императора Диоклетиана и чудесным образом воскресшего. Казненный вторично через побивание камнями он продолжал являться некоторым жителям Рима, что может указывать на его изначально нечеловеческую сущность или на факт преображения в вампира незадолго до первой казни, либо непосредственно после нее[102].

В более поздний период истреблением ночного народа занимались уже в основном одиночки или тщательно законспирированные группы. Такой переход от коллективной самообороны к тайной защите связан с возникновением первых цивилизаций, где вампиры обладали большой политической и экономической властью.



В доисторические времена вампир был прямой и непосредственной угрозой, с которой можно было сойтись в бою лицом к лицу. Он являлся чем-то вроде хищника из потустороннего мира, опасным зверем, принявшим человеческое отличие, то есть опасным нарушением естественного хода вещей, несущим угрозу благополучию племени. Усложнение структуры человеческого общества привело к тому, что постепенно дети ночи проникли в государственные структуры, спрятавшись под масками добропорядочных граждан и неприкасаемых правителей. Благодаря этой уловке вампиры получили возможность мстить своим убийцам руками людей, которых они издревле натравливали на охотников под разными надуманными предлогами.

В подобных неблагоприятных условиях убийцы вампиров быстро погибали, не успев передать свой опыт другим. Так было и в Древнем Египте, где истребление упырей носило бессистемный и спорадический характер, и в Элладе, которая до определенного момента была обделена вниманием ночного народа. Ситуация коренным образом изменилась с возникновением римского государства. Именно на Апеннинском полуострове и начинается официальная история охотников на вампиров.

Рим

К началу первого тысячелетия нашей эры в Римской империи между вампирами и людьми сложились симбиотические отношения, более похожие на взаимовыгодное сотрудничество, нежели на открытую вражду. Вампиры обладали всеми правами римских граждан и питались в основном отбросами общества, преступниками, приговоренными к смертной казни и, изредка, рабами. В случае, если вампир был застигнут на месте преступления, его должны были судить по общим для всех правилам — закон был един для всех. Руководители государства знали об их присутствии, однако по вполне понятным причинам не спешили делиться данной информацией с народными массами. Проще говоря, исстари существование вампиров было скрыто от простолюдинов за непроницаемой стеной молчания и дезинформации.



Обнаруженными жертвами вампиров, как правило, занимались архиатры, то есть государственные врачи[103], которые действовали по разработанному специально для подобных случаев протоколу[4][104]. В основном их задача сводилась к тому, чтобы успокоить родственников жертвы или саму жертву в случае, если ей посчастливилось остаться в живых, придумав подходящий диагноз, не связанный с деятельностью вампиров. При этом следовало проявлять особого рода осторожность, поскольку в те времена люди в большей степени опасались эпидемий загадочных болезней, нежели упырей и прочих хищников. Подчас архиатры сами не знали, с чем имеют дело, особенно в глухой провинции, где вампиры были нечастыми гостями.

В редких случаях, когда жертва вампира оставалась жива или находилась в стадии трансформации, пребывающие в неведении родственники приглашали архиатра для ее исцеления, однако со временем выяснилось, что единственным лекарством для новообращенного вампира является смерть. Упорное нежелание властей заниматься этой проблемой и всякое ее замалчивание заставляло некоторых излишне любопытных врачей предпринимать собственные расследования, а затем делиться добытой информацией с другими ослушниками.

Так в среде медицинских работников постепенно выкристаллизовалось подпольное общество, участники которого не только обнаружили незримое присутствие вампиров во всех слоях римского общества, но и задались целью очистить Империю от этой «скверны». В более поздних источниках, относящихся к эпохе Средневековья, эту организацию называют иногда «Тайной Коллегией»[105], а истории о «врачах-убийцах» станут неотъемлемой частью фольклора вплоть до середины XX века.

Архиатры были вхожи в дома римской знати и формально находились под защитой государства. Даже простое оскорбление врачей строго каралось по закону[106]. Для обмена информацией они пользовались иносказаниями и шифрами, поэтому до определенного момента вампирские кланы не подозревали об их деятельности. Ситуация коренным образом изменилась, когда члены «Тайной Коллегии» поняли, что убийство рядовых вампиров никаким образом не влияет на общую ситуацию. Тогда они объявили охоту на высших иерархов вампирского племени, а те, в свою очередь, предприняли ряд ответных мер, в частности ужесточили государственный контроль над медицинскими школами и их выпускниками, получавшими звание “Medicus a Republica probatus” («Врач, утвержденный государством») лишь после тщательной проверки на лояльность.

Было уничтожено несколько подпольных медицинских школ, в которых опытные охотники на вампиров обучали своих преемников, и казалось, что чаша весов склонилась в пользу вампиров, однако с усилением христианства могущество вампиров стало постепенно ослабевать, и уже в правление императора Константина Великого (306 — 337 гг) была учреждена должность archiatri populares[107], чьей негласной обязанностью была борьба с вампирами, скрывавшимися от гонений в среде простолюдинов, в том числе первых христиан. С той же целью Константин перенес столицу Империи из облюбованного вампирскими кланами Рима в новый город Константинополь.

Плиний Старший и Гален

Известными врачами той эпохи были Авл Корнелий Цельс, Диоскорид, Плиний Старший и Гален, однако в связи с вампирами нас интересуют лишь два последних имени. Строго говоря, Плиний Старший (23 — 79 гг н.э.) являлся не врачом, а писателем и исследователем с потрясающей для своего времени эрудицией. К тому же в связи с галльской войной и походами в земли германцев, в которых он предпринял личное участие, его в большей степени интересовали оборотни[108], нежели упыри. Вместе с тем он, подобно вампирам-магам из общества Девяти Невидимых, проявлял интерес к Гиперборее[109] и давал весьма подробное описание тех земель, что дает определенную пищу для размышлений относительно степени его посвященности.

Плиний поспособствовал распространению мифа о том, что чеснок может служить защитой от вампиров. Он вообще считал чеснок едва ли не панацеей и предлагал его в качестве лекарства от 61 болезни. Вероятнее всего его ввели в заблуждение исторические свидетельства об одном из основателей Римской республики Луции Юнии Бруте (VI век до н.э.), который ненадолго отменил жертвоприношения детей вампирам и заменил их на головки чеснока[110]. По вполне очевидным причинам чеснок не заинтересовал вампиров, что положило начало легенде об их страхе перед этим растением.

В отличие от скрытного теоретика Плиния Гален был неутомимым практиком. В первую очередь его интересовало строение человеческого тела, в особенности — система кровообращения, что неудивительно, учитывая круг его знакомств. В Риме он врачевал знать, среди которой иногда попадались как вампиры, так и их жертвы. Видимо тогда он и примкнул к «Тайной Коллегии», а может даже стал одним из ее основателей. Талант охотника на вампиров проявился в нем не в меньшей степени, чем дар врача. Вскоре вампиры объявили на него охоту, и он был вынужден бежать из Рима.

Во время страшной эпидемии 165 — 168 годов, унесшей около половины жителей Империи, Гален снова столкнулся с вампирами в окружении Марка Аврелия, который имел счастье работать с легендарным вампирским Кодексом. Возможно Гален продолжил свою деятельность по истреблению вампиров в германском походе, поскольку вскоре Марк Аврелий по надуманной причине отослал его обратно в Рим, где он продолжил бороться не только с вампирами, но и со страшными эпидемиями, обрушившимся на Империю в конце 2-го века.

Некоторые исследователи выдвигают гипотезу, согласно которой эти эпидемии стали ответом вампиров на действия «Тайной Коллегии», нарушившей негласное соглашение между людьми и ночным народом. Издревле страх, террор и геноцид считались едва ли не лучшими средствами для управления народными массами, однако в данном случае предположения подобного рода неуместны. Римская империя находилась не в том положении, чтобы позволить себе столь ужасающие человеческие потери. Зарождающаяся христианская религия, варварские племена на севере, внутренние противоречия и упадок общественных институтов — все это несло прямую угрозу могуществу вампирских кланов, прочно связавших свою судьбу с римским государством, и, в конце концов, завершилось неизбежной катастрофой, положившей конец не только Империи, но и самой возможности мирного сосуществования людей и вампиров.

Есть все основания предположить, что «Тайная Коллегия» пережила падение Рима и продолжила свою деятельность по истреблению вампиров в Средневековой Европе под прикрытием «охоты на ведьм». Также позволительно будет предположить, что Коллегия была не единственной организацией подобного рода, хотя, быть может, и самой первой. Скорее всего, некоторые из этих обществ дожили и до наших дней, однако они, как и в прежние времена, не афишируют свою деятельность и действуют под плотным покровом тайны и искусной дезинформации.

Вампиры и ведьмы

Двуликие инквизиторы

В Средние века вампиры оказались загнаны в глубокое подполье. На протяжении всей своей истории христианская Церковь с переменным успехом вела борьбу против ночного народа. Созданная для этой цели Инквизиция действовала под предлогом охоты на ведьм и колдунов, хотя порой в ее архивах можно обнаружить недвусмысленные указания на истинные мотивы цепных псов Церкви.

К 15 веку, когда большинство вампиров в Европе было уничтожено, стало казаться, будто победа не за горами, и инквизиторы опрометчиво ослабили хватку. В результате вампирам удалось проникнуть в окружение папы Александра VI и подчинить его своей воле. Именно тогда на исторической сцене появляется пожалуй самый известный охотник на вампиров Джироламо Савонарола, чья деятельность во Флоренции вызвала большое неудовольствие патриархов вампирских кланов, которые поспешили расправиться с неугодным доминиканским монахом руками церковников.

Пример Савонаролы наглядно продемонстрировал охотникам на вампиров, какими опасностями чревато их разоблачение. Настоящий охотник на вампиров не может доверять никому, в противном случае он рискует превратиться мертвого охотника. И тем не менее подпольные общества истребителей вампиров продолжали свою тайную деятельность к великому неудовольствию вампирских патриархов и предателей из числа рода человеческого. При определенных условиях охотники могли надеяться на помощь Инквизиции, однако им пришлось изменить стратегию, перейдя от точечных ударов к идеологическому террору, направленному в первую очередь на людей, желающих стать вампирами или приобщиться к их мудрости.

Трудно сказать, насколько новая стратегия оказалась успешной, однако некоторые ее результаты знакомы сегодня практически каждому по легендам о «кровавой графине» Елизавете Батори и сказкам о Синей бороде, родившимся из слухов о нечеловеческих злодеяниях Жиля де Рэ. Не будучи вампирами, они тем не менее навсегда остались в памяти людей как назидательный пример упадка человеческого духа, поверившего в лживые обещания детей ночи. Охотники на вампиров не только приняли непосредственное участие в их судьбах, но и постарались, чтобы их злодеяния не канули в лету, продолжая служить напоминанием всем, кто по своей глупости ищет вампиров с иной целью, нежели их убийство.

Двуликие вампиры

Тот факт, что под прикрытием охоты на ведьм Инквизиторы занимались истреблением вампиров, можно считать практически доказанным. В официальных исторических документах, как и в народных мифах, практически не делается никакого различия между ведьмой и вампиров: они обладают схожими признаками и демонстрируют схожие модели поведения. От Древнего Рима до современной Африки ведьма и вампир идут рука об руку, с той лишь разницей, что простолюдины привыкли называть ведьмой женщину, а слово «вампир» ассоциируется у многих с мужским полом. По сути же мы имеем дело с одним и тем же видом существ, по разному отразившихся в зеркалах народной мифологии.

Согласно верованиям народа якё в Нигерии ведьмы нападали на людей во время сна и высасывали их кровь, в результате чего на теле жертвы оставались язвы. Обанфо, колдунья народности ашанти, так же пила кровь детей, забирая их жизненную силу[111]. На Шри-Ланке существовали поверья о демоницах, питавшихся кровью слонов[112]. В Испании вампиризм ведьм был засвидетельствован на судебном процессе в Логроно осенью 1610 года.

На Балканах кровососущих ведьм называли вьештицами — они проникали в дома своих соседей и пили их кровь[113]. В «Молоте ведьм» описывается аналогичный случай с похищением мальчика в графстве графства Барби[114]. На Филиппинах ведьмы заманивали молодых людей в уединенное место, пили их кровь и поедали сердце и печень. С той же целью ведьмы похищали младенцев во Франции, Турции, Румынии, Португалии и других странах[115]. В 1494 году в Торнау состоялся суд над двенадцатью вампирами, которые поймали мальчика и пили его кровь, пока он оставался живым[116].

Латиняне поклонялись богине Кардее, которая охраняла младенцев от ведьм, жаждущих насытиться их кровью[117]. Впрочем, на богов всегда было мало надежды. У Петрония можно найти описание случая, когда вампиры похитили сердце и все внутренние органы ребенка[118]. В своей «Истории магии и оккультизма» К. Зелигманн ссылается на Филострата, подробно описавшего встречу Аполлония Тианского с ламией-вампиром в Коринфе.

А. Афанасьев отмечал родство ведьм и вампиров: «Очевидно, высасывание крови вампирами есть то же самое, что высасывание ведьмами и вовкулаками молока из небесных кобылиц и коров…»[119] Ему вторит М. Орлов, писавший в «Истории сношения человека с дьяволом», что ведьмы «сосут кровь у людей, и в этом отношении сходятся, следовательно, с упырями». Само слово «ламия» может означать и вампира и ведьму, а порой и то и другое одновременно[120][121].

Новая тактика вампиров

В эпоху Возрождения на волне всеобщего интереса к магии и оккультизму оставшиеся в живых европейские вампиры изобрели новый способ кормления, гарантирующий им относительную безопасность. Путешествуя под видом колдунов или алхимиков, они втирались в доверие к аристократам, интересующимся тайными науками, и селились в их замках, требуя для своих «магических» опытов все что угодно, в том числе и человеческих жертвоприношений.

Как правило вампир находил себе спутника из числа людей, которому отводилась роль всемогущего колдуна, а сам изображал его подручного демона, требующего определенной платы за свои потусторонние услуги. Впервые подобная тактика была применена во времена Сократа, общавшегося со своим даймоном, но особую популярность среди вампиров она приобрела в позднем Средневековье, когда по Европе странствовали десятки если не сотни оккультистов, якобы приручивших собственных демонов.

Будучи полновластными хозяевами на своих землях аристократы без зазрения совести отдавали вампирам крестьян в обмен на обещание сделать их бессмертными, всемогущими и всезнающими. Однако таковыми оставались только сами вампиры, разумеется если им удавалось вовремя унести ноги, когда слухи о зверствах очередного барона или графини доходили до властей и высокопоставленных представителей Церкви. Зачастую эту информацию им предоставляли охотники на вампиров, которые не могли штурмовать каждый замок, чтобы убить всего лишь одного вампира, но стремились к максимальной огласке и требовали сурового наказания для виновных.

Разумеется, они действовали под прикрытием, поскольку вампиры еще были способны отомстить убийцам своих сородичей. Однако в буре народного гнева найти охотника на вампира было не так-то просто, поэтому жертвами вампирской мести становились иногда судьи и следователи, умиравшие вскоре после оглашения приговора.

Практически ни одна книга о вампирах не обходится без упоминаний о Жиле де Рэ и Елизавете Батори по прозвищу «кровавая графиня». Причем в зависимости от установки автора оценка их исторической роли кардинальным образом меняется: одни называют их настоящими вампирами, другие думают, что они были обычными серийными убийцами, а третьи полагают, будто они стали жертвами клеветы и политических интриг.

Следует признать, что реальными вампирами они все-таки не были, хотя в их окружении мы без труда отыщем загадочную и демоническую фигуру, вполне подходящую на эту роль: некромант Франческо Прелати привел к Жилю де Рэ «демона» по имени Баррон, который поселился в одной из комнат его замка, уставленной сосудами с кровью[122], а Элизабет Батори имела регулярные встречи с загадочной незнакомкой в маске, которого иногда видели на кладбище во время похорон ее жертв[123]. И хотя о Жиле де Рэ и Элизабет Батори сегодня известно практически все, судьба Баррона и незнакомки в маске до сих пор остается невыясненной.

Жиль де Рэ

Барон Жиль де Рэ родился в 1404 году в аристократической семье, получил превосходное образование, в молодости прославился как участник Столетней войны и ближайший сподвижник Жанны д'Арк. В 1433 году он ушел в отставку, поселился поместном замке Тиффож в Вандее и увлекся алхимией. Постепенно в его свите начали появляться толкователи снов, маги и чародеи, а библиотека пополняется оккультными рукописями и книгами. В замке действовала лаборатория, где проводились опыты по созданию философского камня и эликсира вечной молодости.

Местные вампиры стали проявлять к нему осторожный интерес, однако в Тиффож не спешили, поскольку там имелась своя церковь, а среди подручных барона было немало священников. Благодаря безупречной репутации барон напоминал скорее плохо замаскированного охотника на вампиров, нежели подходящую для обмана жертву.

В 1439 году один из сподручных барона, священник Эсташ Бланш, вернулся из Италии с флорентийским монахом Франческо Прелати, оказавшимся по совместительству черным магом, некромантом и алхимиком. Вместе с ним в замок проник вампир, которого Прелати представил как своего личного демона. С этого момента жизнь де Рэ кардинальным образом изменилась. Прелати требовал человеческих жертвоприношений для своего демона и заставил барона подписать с ним договор: демон обещал де Рэ всеведение, богатство и могущество в обмен на кровь.

Первой жертвой барона стал мальчик, которого обманом заманили в замок. В потайной комнате де Рэ вместе с Прелати принесли его в жертву демону. Барон вырезал ребенку сердце и преподнес его Баррону в хрустальном кубке вместе со собственной кровью. С тех пор в комнате всегда имелся запас свежей крови в стеклянных бутылках, а в окрестностях замка бродила старуха с багровым лицом под черным капюшоном, разыскивающая новых детей для своего хозяина. Всего жертвами «демона» Баррона стало около 800 детей, что позволяет считать его одним из самых удачливых вампиров той эпохи.

Слухи о зверствах де Рэ привлекли внимание охотников на вампиров, которые решили убрать барона руками церковников. В июле 1440 года некие супруги Эйсе подали в канцелярию епископа Нантского Жана де Малеструа (Jean de Malestroit) заявление о пропаже ребенка в одном из замков барона. У епископа и главы инквизиционного трибунала Бретани Жана Блуэна ушло полтора месяца на сбор доказательств. 14 сентября 1440 года Жиль де Рэ вместе с его сообщниками были арестованы в замке Машкуль и посажены в тюрьму. В Тиффож направился отряд солдат, в числе которых были охотники на вампиров. По одной версии им удалось убить «демона» Баррона, по другой ему каким-то чудом посчастливилось спастись.

26 октября 1440 года после публичного покаяния Жиля де Рэ казнили приговором светского суда, однако расследование продолжалось еще полтора месяца в суде епископальном. Всего через полгода после смерти де Рэ некромант и убийца Франческо Прелати оказался на свободе — его выпустили из церковной тюрьмы по постановлению герцога Анжуйского. Расследования в отношении других сподручных де Рэ были вовсе прекращены. В сентябре 1413 года умер епископ Жан де Малеструа, а двумя столетиями позднее скоропостижная смерть настигнет палатина Венгрии Дьёрдя Турзо, занимавшегося расследованием дела Елизаветы Батори, вошедшей в историю под прозвищем «кровавая графиня».

Елизавета Батори

Венгерская графиня Елизавета Батори (1560 — 1614) прославилась жестокими убийствами молодых девушек и по сию пору остается одним из самых массовых серийных убийц. Подробности ее биографии можно найти в специальной литературе и в Википедии, поэтому достаточно будет ограничиться лишь некоторыми фактами. Первые убийства графиня совершила где-то между 1585 и 1610 годами. Уже тогда в ее обществе начали появляться странные личности, присутствие которых раздражало ее мужа[124]. В 1604 году Елизавета овдовела и сделалась полновластной хозяйкой в своей вотчине, превратив ее в арену кровавых оргий и невиданных зверств.

Внимание исследователей привлекают три фигуры в окружении графини: ее слуга горбун Янош Ужвари (János Újváry) известный также под именем Фиско (Fickó), местная ведьма Анна Дарвулия и таинственная незнакомка в маске, принимавшая участие в истязании девушек[125]. Подкидыш Ужвари, выросший в семье местного пастуха, был одним из главных исполнителей приказов графини. Он заманивал девушек в замок, обещая им работу служанок, и сообщил на суде о 37 известных ему убийствах. Всего же на счету Батори числится более 600 жертв. По приговору суда Ужвари был обезглавлен и сожжен.

Анна Дарвулия была лесной ведьмой и, скорее всего, вампиром. Именно она пообещала графине вечную молодость в обмен на кровавые жертвоприношения и на протяжении пяти лет исправно получала причитающуюся ей плату. Возможно, Батори была не единственной жертвой ее обмана. На суде слуги дали показания, что неоднократно видели свою хозяйку в обществе загадочной женщины в маске, вместе с которой они предавались садистским развлечениям. Женщина эта, судя по всему, принадлежала к высшим кругам общества и проживала где-то неподалеку, однако не имела возможности безнаказанно убивать девушек у себя дома.

Шли годы. Несмотря на обильные жертвоприношения, графиня Батори отнюдь не молодела. В 1609 году охотники на вампиров наконец добрались до Дарвулии и убили ее. Оказавшись в трудном положении, Батори обратилась к Эрцзи Майоровой, которую местные жители также считали ведьмой. Стареющая графиня потребовала от нее объяснений, почему кровавые ванны не помогают ей сохранить молодость. Майорова ответила, что кровь простолюдинов не годится для этих целей, а требуется голубая кровь аристократов. Это был чрезвычайно глупый совет, но графиня к тому времени зашла слишком далеко и похоже уже не могла остановиться.

Убийства женщин благородного происхождения привлекло внимание властей. В 1610 году император Матвей отправил палатина Венгрии графа Дьёрди Турзо расследовать это дело, и 29 декабря 1610 года графиня была арестована. Через четыре дня состоялся суд над ее подручными, закончившийся казнью. Графиню до суда заперли в ее собственном замке, однако она так и не была осуждена. Три года она прожила в замурованной камере и умерла в ночь на 21 августа 1614 г. Дьёрдь Турзо пережил ее всего на два года.

Охотники за знанием

I. В поисках Иных

На протяжении всей своей истории человечество жило с ощущением незримого присутствия разумных сил, оказывающих влияние на повседневную жизнь людей. Это чувство питало веру в духов, демонов и богов, придумывая которых мудрецы пытались объяснить странные события, не укладывающиеся в рамки привычной картины мира. Люди боялись этих существ и пытались договориться с ними, однако чаще всего ответом на их молитвы и заклинания было молчание.

К концу 19-го столетия многие разочаровались в метафизических концепциях и обратились к атеистическому материализму как к единственной истине, доступной человеческому разуму. Лишь небольшая группа исследователей предприняла отчаянную попытку прорваться в неведомое и встретиться лицом к лицу с Иными, чьи знания и могущество делало их равными богам в глазах людей. Однако боги эти оказались отнюдь не благодетелями человечества, а скорее его палачами — безжалостными обитателями запредельного мрака, тщательно скрывающими свои секреты от посторонних глаз.

Возжелавшие приобщиться к тайнам потустороннего мира исследователи были обманом втянуты в жесткую борьбу могучих сил, для которых их жизни не стоили ничего, и один за другим погибали, оставляя после себя больше вопросов, нежели ответов. Они поверили на слово тем, кому верить было нельзя ни при каких обстоятельствах. Они поверили в собственное высокое предназначение и, желая облагодетельствовать человечество, превратились в пособников его главных врагов.

Возомнив себя пророками новой эры всеобщего счастья они бросили человечество в пучину мировых войн, невиданных зверств и тотального рабства. К середине 20-го века многие из них погибли, и возможно лишь один их них удостоился чести присоединиться к своим темным хозяевам. Каждый получил по заслугам, хотя и не то, что желал получить.

 

Люди не всегда охотятся на вампиров для того, чтобы их убить. Настоящий охотник на вампиров понимает, что дети ночи — это в первую очередь враги, которые не питают к человечеству никаких добрых чувств. Вампиры убивают людей, поэтому никакие переговоры здесь в принципе невозможны. Охотники ищут вампиров не для того, чтобы слушать их оправдания, но с единственной целью уничтожить как можно больше этих тварей.

С другой стороны, в обществе всегда существовали отступники, которых мало интересовала судьба людей, погибших от рук кровопийц. Они охотились на вампиров с иными целями: одни жаждали бессмертия, другие знаний, третьи — власти. По мнению большинства вампиры обладают всеми этими качествами и отчего-то желают ими поделиться со всяким, кто предпринял усилия, чтобы их разыскать. Как правило, человек, сумевший найти вампира, понимал ошибочность своих ожиданий незадолго до смерти, хотя бывали и исключения.

В редких случаях вампиры сами находили тех, кто был им нужен, и предлагали свою помощь в обмен на беззаветное служение. Они не всегда раскрывали свою подлинную сущность, предпочитая скрываться под масками магов, алхимиков или просветленных махатм из Шамбалы. А поскольку многие люди хотят считать себя избранными, они охотно верили рассказам странных незнакомцев о договорах с Дьяволом, философском камне и великих учителях человечества из астральных сфер. Не вампир обманывает человека, но человек сам желает быть обманутым и изо всех сил цепляется за свои иллюзии даже если они противоречат реальности и здравому смыслу.

Различные группировки вампиров использовали разные тактики обольщения искателей высшей мудрости. Кому-то они демонстрировали свои нечеловеческие способности и обещали поделиться с человеком своим могуществом, другим хватало красивых сказок о божественном плане насильственного осчастливливания всех людей с помощью нового учения или тайной доктрины. Иные осознанно шли на контакт с вампирами, желая увидеть крах цивилизации и всемирное торжество Тьмы. Конец всегда был одинаков: добившись желаемого вампиры без колебаний избавлялись от людей, которые узнали больше, чем следовало.

 

Девятнадцатый век стал переломным в отношении людей и вампиров. Пережившие Средневековье вампиры так и не смогли оправиться от ран, нанесенных Церковью и Инквизицией по их сообществам. Древние кланы вампиров канули в лету, разметав остатки ночного народа по странам и континентам. Мелкие сообщества вампиров и вампирские секты не имели никакой реальной власти, а их участники предпочитали тешить свое самолюбие воспоминаниями о былом величии.

Вместе с тем начало 20-го века ознаменовалось небывалым по своим масштабам противостоянием между двумя двумя вампирскими группировками, схлестнувшимися за право определять дальнейшую судьбу человечества. Одной из этих группировок было тайное общество Девяти Невидимых, возникшее задолго до человеческой цивилизации и во многом определившее ход ее развития. Их врагами стали вампиры-ренегаты, бежавшие после первой войны между людьми и вампирами на север в страну, названную позднее Гипербореей.

Там они сумели эволюционировать в бессмертные энергетические сущности, неуязвимые для любого вида оружия, кроме ядерного. А поскольку двух хозяев у Земли быть не может, открытое столкновение Невидимых и гиперборейцев стало лишь вопросом времени. Вторая мировая война стала моментом истины, однако ему предшествовала долгая и кропотливая подготовка, во время которой противоборствующие стороны увлеклись тактической борьбой за обладание необходимыми ресурсами. Именно тогда вампирам и понадобились люди — лидеры, способные увлечь остальных под своими знаменами: энергетические батарейки для гиперборейцев и ходячие бурдюки с кровью для Невидимых.

Согласно общепринятой версии Девять Невидимых проиграли в этой борьбе, и после войны избранники вампиров начали погибать один за другим. В 1946-ом году умирает Дион Форчун, в 1947-ом уходят из жизни ее бывшие собратья по Ордену Золотой Зари Алистер Кроули и Артур Мейчен, а также соратник Гурджиева Петр Успенский, в 1948-ом закончился земной путь Монтегю Саммерса, прославленного исследователя вампирского наследия, а еще через год погибли Георгий Гурджиев и Алиса Бейли из Теософского общества.

Все они так или иначе были связаны с вампирами, все они благополучно пережили Вторую мировую войну и скончались после нее всего за несколько лет. Словно мотыльки они летели к свету запретного Знания и погибали один за другим. Лишь один из них превратился в вампира и избежал смерти, уделом остальных стало небытие.

II. Танцы мотыльков

Пытливый читатель может найти биографии упомянутых личностей в Интернете, благо книг о них написано немало. Здесь же будет уместным сосредоточиться на странных и необъяснимых событиях, произошедших с охотниками за знанием, и попытаться увидеть всю картину целиком, не увязая в лишних подробностях и мелких деталях.

Год

Усомнившиеся в лояльности Елены Блаватской гиперборейцы создают в дополнение к Теософскому обществу еще и орден Золотой Зари, где проходят подготовку будущие пропагандисты идей общения с потусторонними силами. Как и в случае с теософией, учение ордена подразумевает существование неких «тайных владык» или «неведомых высших», которые руководят действиями адептов через духовную связь с их лидерами. Позднее гиперборейцы применят похожую схему при организации движения New Age.

Год

В мае умирает Блаватская.

Год

В Золотой Заре создается внутренний орден из проверенных и наиболее преданных гиперборейцам адептов.

Год

Артур Мейчен знакомится с вампиром из окружения Оскара Уайльда, который раскрывает ему некоторую информацию о ночном народе, в том числе и о вампирском Храме.

Год

30 июня Алиса Бейли встречается с безымянным посланником гиперборецев, который счел ее подходящим кандидатом для вербовки.

Год

Георгий Гурджиев впервые знакомится с посланниками Девяти Невидимых во время одного из своих путешествий по Востоку.

Мейчен использует сведения, полученные от вампира, при написании романа «Холм Грез», однако медлит с его публикацией.

Год

В орден Золотой Зари вступает Алистер Кроули.

Год

К ордену Золотой Зари присоединяется Артур Мейчен.

Григорий Гурджиев знакомится с Иосифом Сталиным.

Год

Первый раскол в ордене Золотой Зари. Деятельность Кроули привлекает внимание Девяти Невидимых.

Год

Монтегю Саммерс встречается с гиперборейцем, которого он поначалу ошибочно принимает за привидение.

Год

В апреле представитель Девяти Невидимых по имени Айвас знакомится с Алистером Кроули в Каире. Они заключают соглашение: Кроули обязуется служить вампирам, в обмен на знания, которые помогут ему приобрести невиданное могущество. В качестве жеста доброй воли Айвас диктует Кроули знаменитую «Книгу Закона».

Поняв, что его попросту используют, Артур Мейчен покидает Золотую Зарю. Позднее в беседе с Артуром Конан Дойлем он выражает разочарование деятельностью этого ордена.

Год

Артур Мейчен публикует роман «Холм Грез», в котором опрометчиво раскрывает некоторые тайны вампиров. Ему дают понять, что делать этого не следовало, и напуганный Мейчен ищет защиты в христианской Церкви.

Год

Дион Форчун посещают представители гиперборейцев. После нервного срыва она начинает заниматься пропагандой оккультизма, что косвенным образом указывает на ее сотрудничество с агентами Тайного Союза.

Год

По заданию Девяти Невидимых Гурджиев продолжает обучение Иосифа Сталина в Петербурге. Позднее после предательства Сталина Гурджиев займется вербовкой Гитлера для своих хозяев.

Год

В июле Кроули приезжает в Москву с поручением от Девяти Невидимых вступить в контакт с местными вампирами и выторговать у них Кольцо Александра Македонского, необходимое Невидимым для решающей битвы с Гиперборейцами. Миссия оканчивается провалом.

Год

Весной Гурджиев знакомится с Петром Успенским, который становится его учеником и помощником. Не исключено, что Успенский с самого начала работал на Тайный Союз.

Год

Дион Форчу<






Механическое удерживание земляных масс: Механическое удерживание земляных масс на склоне обеспечивают контрфорсными сооружениями различных конструкций...

Опора деревянной одностоечной и способы укрепление угловых опор: Опоры ВЛ - конструкции, предназначен­ные для поддерживания проводов на необходимой высоте над землей, водой...

Поперечные профили набережных и береговой полосы: На городских территориях берегоукрепление проектируют с учетом технических и экономических требований, но особое значение придают эстетическим...

Папиллярные узоры пальцев рук - маркер спортивных способностей: дерматоглифические признаки формируются на 3-5 месяце беременности, не изменяются в течение жизни...





© cyberpedia.su 2017 - Не является автором материалов. Исключительное право сохранено за автором текста.
Если вы не хотите, чтобы данный материал был у нас на сайте, перейдите по ссылке: Нарушение авторских прав

0.031 с.