Формалисты и эстеты в роли критиков

<...> Среди критиков изобразительного искусства в Ленин­граде долгое время подвизались эстеты, враждебные советской культуре и оторванные от народа. Они систематически пропа­гандировали «достижения» формалистической буржуазной жи­вописи, отрицали передовую роль советского искусства и вели­кое значение наследства русских демократических художников XIX века.

Идейным руководителем и душой этих критиков являлся печально-известный в художественных кругах ниспровергатель русского реалистического искусства Н.Пунин.

Еще в первых своих выступлениях — 30 лет назад — он писал:

«Реалисты бездарны не как личность, это было бы полбе­ды, а как школа, как форма... и в этом, единственно в этом безысходная трагедия реалистических (передвижнических) художественных течений».

Проходит десятилетие Советской власти. Но Пунин, как и раньше, в авангарде воинствующего формализма. В 1927 году он декларировал:

«Беспредметность развивалась в результате изменения не­которых основ культуры, беспредметность, как метод воспри­ятия, как мир ощущения, наконец, даже как система (супре­матизм), есть то, что может быть определено как революционное начало современного искусства».

Проходит еще 13 лет. За это время наша страна преврати­лась в могущественную социалистическую державу с самой передовой культурой в мире. В области искусства происходят важнейшие события: решение ЦК ВКП(б) (о перестройке ли­тературно-художественных организаций); развернутая борьба за безраздельное господство метода социалистического реализма; статьи в «Правде», разоблачающие формализм в искусстве.

Но Пунин не изменился. В 1940 году выходит в свет книга «История западноевропейского искусства» под редакцией про­фессора Н.Пунина. В этой книге он открыто пропагандирует де­каданс, развращенное упадочное искусство Запада и таких его представителей, как Сезанн, Ван Гог и другие. Этих крайних формалистов космополитствующий Пунин называет гениальны­ми, великими художниками. К сожалению, эту вредную книгу и по сей день рекомендуют студентам в качестве учебного по­собия.

В апреле 1945 года Пунин читал доклад в Ленинградском Союзе художников на тему «Импрессионизм и картина». И в этом выступлении он продолжал свою линию открытой пропаганды формализма и отрицания передовой роли советского искусства.

В 1946 году Пунин позволил себе утверждать, что «социа­листический реализм не есть что-то определенное, что-то такое, на чем может вырасти советское искусство в его цельности и единстве».

Таково неприглядное кредо одного из столпов воинствую­щих критиков-эстетов, отрицающего национальное искусство, относящегося с барским пренебрежением к творчеству советских художников.

Вредная деятельность Н. Пунина особенно опасна еще и по­тому, что он до сих пор является профессором Ленинградского университета и продолжает отравлять сознание молодежи про­пагандой буржуазной эстетики и космополитизма.

«Воспитательная» работа Н. Пунина возымела свои печаль­ные результаты. В 1948 году в Ленинградском Союзе художни­ков была проведена конференция студентов по обсуждению творчества ленинградских художников к 30-летию Советской власти. Это «обсуждение» превратилось в сплошное отрицание и охаивание лучших произведений художников, в том числе и отмеченных Сталинскими премиями.<...>

Лнтересы нашего народа требуют беспощадного разобла­чения всяких проявлений буржуазного влияния в советском ис­кусствоведении, и сейчас перед нашими критиками стоит неот­ложная задача — очистить свои ряды от враждебных советскому искусству эстетствующих космополитов, вести повседневную, беспощадную борьбу за большевистскую партийность в крити­ке и искусстве.

«Ленинградская правда» Л* 48, 1949

ПРИКАЗ

по Главному управлению университетов Министер­ства высшего образования СССР № 209/4К.

г. Москва. 15 апреля 1949 г.

Утвердить приказ № 398 от 7 марта 1949 года рек­тора Ленинградского государственного ордена Ленина университета имени А.А.Жданова об освобождении из университета профессора кафедры истории всеобщего искусства ПУЛИНА Л.Л. как не обеспечившего идей­но-политического воспитания студенчества.

Лачальник Главного управления университетов, член коллегии Министерства высшего образования СССР проф. К.Жигач.

ЗАЯВЛЕНИЕ

В Министерство высшего образования

Прилагая при сем документы, подтверждающие мое право на получение пенсии, прошу возбудить хо­датайство о назначении мне таковой.

Н. Пунин. 9, 5 июля. Ленинград. Фонтанка, 34, кв. 44.

Г.ГЛАГОЛЕВА - Н.Н. ПУНИНУ

<Июль 1949 года. Ленинград>

Николай Николаевич!

Прошу заранее прощения за мою записку, но сейчас так тяжело от всего случившегося, что хочется сказать Вам несколь­ко слов.

Я не буду говорить о том, что потеряли мы, студенты, с Вашим уходом из Академии. Вы были для нас действительно луч­шим и самым ценным профессором, из-за которого только и стоило продолжать ученье, особенно в последние годы! И для многих, очень многих Ваши лекции на всю жизнь останутся са­мым прекрасным, глубоким и «настоящим» из всего прочитан­ного в Академии. Понимать и любить по-настоящему искусство научили нас только Вы! Мне хочется сказать Вам, что мы все­гда будем помнить, ценить и любить Вас как педагога, как уче­ного, как человека. Очень тяжело сейчас видеть и слышать все эти несправедливости, направленные против невинных и луч­ших. Хочется громко заявить об этом, добиться изменения... Только боязнь повредить Вам и удерживает всех нас от «реши­тельных» действий.

Утешаешься только тем, что все это — несомненно явление временное и все скоро придет в норму. Простите еще раз за глу­пое письмо, но трудно от него удержаться.

Желаю Вам от всего сердца здоровья и бодрости.

С глубоким уважением. Глаголева.

А.Г.КАМИНСКАЯ - Н.Н.ПУНИНУ

9 июля 1949 года.<Пумпури>

Дорогой папочка, здравствуй. Я живу хорошо. Шлет Ми­ла и все-все мы привет. У нас много клубники и молока. На днях мы ели куриный суп очень вкусный. До свидания, привет Акуме.

Целую, Аня.