Война Севера и Юга: У. Шерман

Война Севера и Юга стала переломной точкой американской истории и создала ту Америку, которую мы знаем.

«Южное восстание в значительной степени было прорастанием мексиканской войны. Нации, как и люди, наказываются за свои грехи. Мы получили свое наказание в самой кровопролитной и дорогостоящей войне современности» [195](У. Грант, полководец Севера и 18-й Президент США)

В этом конфликте ярко проявились стратегические принципы, перечисленные выше: война должна быть прибыльной и быть или казаться справедливой.

Со справедливостью все ясно: Север боролся против бесчеловечной системы рабства, что обеспечивало ему симпатии всего мира и поддерживало боевой дух войск.

Что же касается экономического содержания конфликта, то она напрямую связана с «доктриной Монро», которая, напомним, открывала для Великобритании рынки Латинской Америки.

К середине XIX века в США сложились две системы хозяйствования. Южные штаты выращивали хлопок, который был экспортным сырьем и давал основную часть валютной выручки страны. Северные штаты, где природные условия не способствовали созданию экспортно-ориентированного сельского хозяйства, приступили к индустриализации страны, рассчитывая прежде всего на рынки промышленно отсталого Юга, а затем – на рынки Центральной и Южной Америки. Но плантаторы Юга продавали свой хлопок в Англии и там же покупали промышленные товары, более качественные и дешевые, чем второсортная продукция фабрик Севера. Север оставался без рынков сбыта, а валютная выручка непрерывно утекала из страны и оседала в английских банках. Этого, конечно, терпеть было нельзя.

С другой стороны, торговля была в руках Севера, и федеральное правительство определяло экспортные тарифы, крайне невыгодные южанам. Волнения по поводу таможенных пошлин привели к политическому кризису 1828-1832 гг. в Южной Каролине, когда страна оказалась на волосок от гражданской войны. В общем и целом Юг был недоволен сложившимся положением в той же мере, что и Север, и также считал ситуацию нестерпимой.

Исход войны зависел от позиции сельскохозяйственных штатов Среднего Запада, которые по понятным экономическим причинам поддержали Север. В результате в составе Союза осталось 32 штата с населением 22 миллиона человек (включая рабовладельческие Делавэр, Кентукки, Миссури и Мэриленд), а 11 штатов с населением 9,1 миллиона человек, в том числе 3,6 миллиона негров-рабов образовали Конфедерацию. Армия Союза превосходила конфедератов вдвое: 2,1 миллиона против 1,064 миллиона.

В этих условиях У. Скотт, герой войны в Мексике, автор и главный исполнитель выигрывающего маневра с высадкой десанта у Веракрус и марша на Мехико, предлагает оригинальный стратегический план, известный, как «Анаконда».

План этот был подвергнут уничтожающей критике за нерешительность, вялость, приверженность устаревшей «кордонной стратегии» всеми знатоками военного дела, не исключая Ф. Энгельса. Он действительно противоречил логике «войны Ареса»: выиграть бой – выиграть сражение – выиграть войну. Насколько можно судить, Скотт предполагал обойтись вообще без войны.

Он считал, что вопрос об отмене рабства в Южных штатах на самом деле не стоит. Действительно, 25 июля 1861 г. Конгресс принял Резолюцию Криттендена-Джонсона, согласно которой «война начата Союзом ради объединения страны, и ни в коем случае не ради отмены «экстравагантного института» рабовладения». Но в этом случае вся война становилась сугубо экономическим мероприятием. Для возвращения мятежных штатов в лоно Союза было вполне достаточно прервать морские сообщения Юга, который зависел от внешней торговли всецело – в том числе и в отношении снабжения армии оружием и боеприпасами. После потери канала получения валютной выручки война теряла для руководства Юга всякую привлекательность, а поскольку никаких серьезных военных действий план не предусматривал, пути к заключению быстрого компромиссного мира оставались бы открытыми. В итоге после примерно года вялых столкновений на суше и довольно ожесточенных боев на море все закончилось бы к взаимному удовольствию.

В действительности руководство Севера, полагаясь на численное, техническое и экономическое превосходство, рассчитывало достичь полной и безоговорочной военной победы в классическом стиле сокрушения вооруженной силы противника. У. Скотт был вынужден уйти в отставку, командующим армией Севера стал Макклеллан, и далее в течение трех лет войска Севера и Юга сражались с переменным успехом, но без всякого осязаемого стратегического результата. Остроту ситуации придавали, с одной стороны, географическая близость столиц Союза и Конфедерации, а с другой – постоянная возможность перехода на сторону Юга четырех рабовладельческих штатов, и прежде всего Мэриленда, окружающего федеральный округ Колумбия, то есть Вашингтон.

В первом же серьезном сражении (бой при Шайло 6-7 апреля 1862 года) суммарные потери сторон превысили число американцев, погибших во время обеих Войн за независимость и мексиканской кампании, вместе взятых. А всего за войну Север потерял 360 тысяч убитыми, а Юг – 260 тысяч (для сравнения: потери всех участников Франко-прусской войны составили в сумме 190 тысяч человек). Неудивительно, что после Гражданской войны военное руководство Соединенных Штатов охладело к «войне Ареса».

Нужно отметь, что война изобиловала сражениями, некоторые из них были впечатляюще красивы. В битве при Чанселорсвилле генерал Ли наголову разбил вдвое превосходящую его войска армию северян, возглавляемую грамотным и умелым военачальником, владеющим инициативой и реализующим грамотный план наступления.