Илайдж Бейли допрашивает солярианку — КиберПедия 

Индивидуальные и групповые автопоилки: для животных. Схемы и конструкции...

Общие условия выбора системы дренажа: Система дренажа выбирается в зависимости от характера защищаемого...

Илайдж Бейли допрашивает солярианку



 

– Видите ли, это ведь просто изображение, – сокрушённо произнесла возвратившаяся Гладия. На ней было широкое одеяние, вроде пеньюара, оставлявшее руки и плечи открытыми. Правда, одна нога была обнажена чуть ли не до бедра, но Бейли решил стоически не обращать внимания на такие мелочи. К этому времени он полностью оправился от смущения.

– Это было так неожиданно, госпожа Дельмар… – начал он осторожно.

– Пожалуйста, называйте меня Гладия, – перебила она, – если только… это не противоречит вашим обычаям.

– Хорошо… всё в порядке, Гладия. Не думайте, пожалуйста, что вы вызвали у меня какие-либо неприятные чувства, нисколько, уверяю вас, просто для меня это было неожиданностью.

«Достаточно с меня и того, что я свалял дурака, – подумал Бейли, – не хватает ещё, чтобы бедная девочка решила, что вызвала во мне отвращение. Наоборот, по правде говоря, это было вполне, вполне…» Он не сумел даже мысленно закончить фразу.

– Я понимаю, я оскорбила ваши чувства, – заговорила смущённо Гладия, – но я не хотела этого, уверяю вас. Я просто не думала. Конечно, на каждой планете свои обычаи. И надо считаться с ними. Но иногда обычаи бывают такими нелепыми, ну, по крайней мере, странными, – она поспешила изменить слово, – что их трудно предусмотреть. Ну вот, например, привычка к тому, чтобы окна были затемнены.

– Все в полном порядке, не беспокойтесь, – пробормотал Бейли.

К этому времени она уже находилась в другой комнате. Все окна были тщательно зашторены, и поэтому в комнате царил иной и более приятный его глазу полумрак.

– Что касается того, другого обычая, – горячо продолжала Гладия, – так ведь это просто зрительный контакт, не более. Ведь вы же спокойно разговаривали со мной, когда я находилась в сушилке и на мне тоже ничего не было?

– Видите ли, – сказал Бейли, от всей души желая, чтобы она не развивала далее этой темы, – видите ли, одно дело слышать вас, другое дело – видеть, не так ли?

– Конечно, но кто говорит, что вы видели меня? – молодая женщина слегка покраснела и взглянула на свои обнажённые ноги. – Неужели вы считаете, что я показалась бы вам в таком виде, если бы вы реально видели меня? Такой, какая я есть, из плоти и крови? Другое дело – зрительное изображение.

– Разве это в сущности не одно и то же? – с интересом спросил Бейли.

– Ничего похожего, уверяю вас. Вот сейчас в данную минуту, вы видите только моё изображение. Но вы не можете ни коснуться меня, ни ощупать, ни почувствовать мой запах. Ничего подобного. К тому же я нахожусь от вас на расстоянии, по крайней мере, двухсот миль. Как же можно говорить, что это то же самое?



– Но, послушайте, я ведь вижу вас сейчас собственными глазами! – воскликнул Бейли.

– Нет, вы видите не меня, а моё изображение. И уверяю вас, между этими двумя понятиями существует огромное различие.

– Понимаю, – задумчиво произнёс Бейли. Полностью принять то, что говорила его собеседница, было нелегко, но элементы логики в её рассуждениях он начинал видеть.

– Значит, вы считаете, что видите меня? – шутливо спросила Гладия и слегка наклонила головку.

– Мне так кажется, – пробормотал Бейли.

– Значит, вы не будете возражать, если я сниму свой пеньюар? – Она рассмеялась.

«Эта женщина дразнит меня, не следует поддаваться её несколько фривольному тону», – подумал Бейли, но вслух сказал:

– Пожалуй, не стоит. Мне нужно поговорить с вами по делу. А все эти вопросы мы сможем обсудить как-нибудь в другой раз. Ладно?

– Может быть, вы предпочитаете, чтобы на мне была более деловая одежда, чем эта?

– Нет, мне всё равно.

– Можно ли мне называть вас по имени, а не по фамилии?

– Если вам так хочется.

– Как вас зовут?

– Илайдж.

– Ну, хорошо. – Она грациозно опустилась в кресло.

– Итак, поговорим о деле, – медленно начал детектив.

– Поговорим о деле, – откликнулась молодая женщина.

Бейли чувствовал себя в затруднительном положении. С чего начинать допрос жены убитого? У себя, на Земле, он отлично знал, как проводить подобное расследование. Оно обычно начиналось с самых рутинных вопросов, ответы на которые часто были ему заранее известны. Но эти вопросы были необходимы. Они незаметно подводили к следующей более серьёзной стадии допроса и заодно давали ему время время и возможность составить хоть какое-то представление о человеке, с которым он имеет дело. Но здесь? Даже такое тривиальное понятие, как «видеть», здесь, как оказалось, имеет совершенно иное значение, чем на Земле. То же самое может быть и с другими привычными ему понятиями. И тогда он сразу попадёт в неловкое и невыгодное для себя положение.



– Сколько времени вы были замужем, Гладия? – наконец решился он.

– Десять лет, Илайдж, – ответила она.

– А сколько вам лет?

– Тридцать три.

Бейли почувствовал смутное удовлетворение. С тем же успехом он мог услышать в ответ, что ей сто тридцать три.

– Вы были счастливы в замужестве? – прозвучал следующий вопрос.

– Что вы имеете в виду? – неуверенно отозвалась Гладия.

– Ну как же, – Бейли остановился. А что он действительно имел в виду? И что вообще считалось счастливым браком по солярианским понятиям? – Ну, скажем, вы часто встречались с вашим мужем?

– К счастью, нет. Мы ведь не животные, не так ли?

Бейли поморщился.

– Да, но ведь вы жили в одном и том же доме, и я подумал…

– Конечно, в одном и том же, – перебила она. – Но у каждого из нас была своя половина. У него была очень важная работа, которая отнимала у него всё время, а у меня были свои дела. Мы вступали в зрительный контакт в тех случаях, когда это было необходимо.

– Но он всё же встречался с вами и реально?

– О таких вещах неприлично говорить, но… иногда он приходил на мою половину.

– У вас есть дети?

Гладия вскочила с видимым волнением.

– Это уже чересчур!

– Стойте, стойте!.. – крикнул Бейли и стукнул кулаком по спинке кресла. – Вы мне мешаете работать. Я расследую убийство, вы понимаете, убийство?.. Причём убили не кого-нибудь постороннего, а вашего собственного мужа!.. В конце концов, вы заинтересованы в том, чтобы убийца был найден и наказан, или нет? Отвечайте мне.

– В таком случае, задавайте вопросы относительно убийства, а не…

– Я должен задавать всевозможные вопросы. Прежде всего, я хочу выяснить, огорчены ли вы тем, что произошло. Кстати, вы не производите впечатления убитой горем жены, – прибавил Бейли с нарочитой жестокостью.

Гладия выпрямилась.

– Смерть молодого и полезного члена общества, а в особенности правителя, всегда огорчительна, – надменно процедила она.

– А тот факт, что убитый был вашим мужем, ничего не добавляет к вашим чувствам?

– Его назначили мне в мужья, и мы, ну… – она старалась подыскать слова… – Мы иногда по расписанию встречались друг с другом, и… если уж вы хотите знать, у нас не было детей, потому что мы не получили соответствующего предписания и… Но я не понимаю, какое всё это имеет отношение к моим чувствам!.. – Она замолчала.

«Возможно, всё это действительно разные вещи», – подумал землянин. Многое зависит от порядков, существующих на Солярии, а вот как раз о них он, Бейли знал очень мало.

Он решил переменить тему.

– Я слышал, что вы лучше других знаете все обстоятельства убийства?

Бейли почувствовал, как его собеседница внутренне напряглась.

– Я… я действительно обнаружила труп. Вы это хотели сказать?

– В таком случае, вы не присутствовали при самом акте убийства?

– О нет, – ответила он еле слышно.

– Расскажите мне сами своими словами, что произошло. Не торопитесь и рассказывайте обстоятельно.

– Рикэн пришёл ко мне на мою половину, – начала Гладия Дельмар. – Это был согласно расписанию день нашей встречи. Я знала заранее, что он придёт.

Её голос прерывался, а глаза стали очень большими и грустными. Пожалуй, скорее они были серого, а не голубого цвета, отметил про себя Бейли.

– Он всегда приходил в назначенный день?

– О да. Он был очень добросовестным человеком и хорошим солярианином. Он никогда не избегал назначенных дней и всегда являлся в одно и то же время. Ну, конечно, он оставался у меня не так уж долго. Ведь нам ещё не было предписано заводить де… – Она не смогла заставить себя закончить фразу, но Бейли понимающе кивнул. – Ну, мы поговорили с ним несколько минут. Видеть друг друга во время реальной встречи было трудно, понимаете? Но он был деликатным человеком, не выражал никаких чувств и всегда разговаривал со мной вполне спокойно. Потом он ушёл, чтобы заняться своим важным делом, точно не знаю, каким. У него была специальная лаборатория на моей половине, куда он мог всегда удалиться в дни наших свиданий. Конечно, это не было таким огромным помещением, как лаборатория на его половине.

«Интересно, – подумал Бейли, – чем они занимаются в этих лабораториях? Наверное, „фетологией“, что бы там ни скрывалось за этим непонятным термином».

– Он не показался вам, ну… не в своей тарелке, что ли? Не был ли он чем-то обеспокоен?

– Нет, нет, что вы. Рикэн никогда не был ничем обеспокоен, он всегда в совершенстве владел собой, – продолжала Гладия, – вот точно так же, как ваш друг, – её маленькая ручка указала на неподвижно сидящего Дэниела, который при этом даже не пошевельнулся.

– Понятно. Продолжайте, прошу вас…

Но Гладия замолчала. После паузы она прошептала:

– Вы не будете возражать, если я выпью чего-нибудь?

– Пожалуйста.

Рука Гладии скользнула по спинке кресла. Появился молчаливый робот я бокалом, в котором был какой-то тёмный напиток. Гладия молча отпила из бокала, затем поставила его на столик.

– Так я лучше себя чувствую, – медленно сказала она, – а теперь я хочу задать вам вопрос личного характера.

– Вы можете задавать мне любые вопросы, – ответил Бейли.

– Видите ли, я много читала о Земле. Меня всегда она почему-то интересовала. Это такая странная планета… – Она запнулась и быстро добавила: – Не то, что странная, но всё-таки необычная.

Бейли слегка поморщился. Всякий мир кажется странным тому, кто не живёт в нём.

– Я хочу сказать, что ваш мир не такой, как мой, не так ли? И мне хочется задать вам вопрос, возможно, невежливый. Впрочем, вам он может и не показаться невежливым. Но я бы ни за что та свете не спросила об этом солярианина. Ни за что на свете, уверяю вас.

– Не спросили бы о чём?

– О вас и вашем друге, кажется, мистере Оливо, не так ли?

– Что именно вы хотите спросить?

– Вы оба реально видите друг друга? Вы действительно находитесь вместе?

– Да, мы реально находимся вместе, – ответил Бейли.

– Вы можете дотронуться до него, если захотите?

– Да, конечно.

Она посмотрела сначала на одного, потом на другого и прошептала:

– О!

Это могло означать что угодно. Изумление… Отвращение…

Бейли подумал: «А что, если я сейчас подойду к Дэниелу и хлопну его по спину?.. Интересно, какова будет реакция этой солярианки?»

Но вместо этого он спокойно сказал:

– Вы остановились на событиях того дня, когда ваш муж навестил вас.

Гладия снова взяла бокал с напитком.

– Мне особенно нечего рассказывать. Я знала, что Рикэн занят. Его, как всегда, переполняли идеи, и я решила снова заняться своей собственной работой. И вдруг, примерно минут через пятнадцать, я услышала крик.

Наступило молчание. Затем Бейли спросил:

– Какого рода крик вы услышали?

– Это был голос Рикэна, голос моего мужа. Просто крик, никаких слов. Крик, в котором слышалось… ну, не знаю. Ужас? Нет, пожалуй, не то… скорее, изумление, растерянность… я раньше не слышала, чтобы он вообще повышал голос.

Она подняла руки и заткнула уши, как бы стараясь стереть следы того ужасного звука. При этом её одеяние медленно соскользнуло, и она оказалась обнажённой до талии. Но она даже не заметила этого, а Бейли пришлось углубиться в изучение своей записной книжки.

– Что вы сделали после этого? – спросил он.

– О, я побежала, побежала, сама не зная куда…

– Мне показалось, вы сказали, что он отправился работать в лабораторию, расположенную в вашей половине, не правда ли?

– Да, конечно, Илайдж… но я точно не знала, где находится эта лаборатория. Я никогда раньше там не бывала. У меня было некоторое представление о том, что она расположена где-то в западном крыле дома. Я так растерялась, что забыла вызвать робота. Он бы с лёгкостью указал мне дорогу. Но роботы, конечно, не являются без вызова. Всё же каким-то образом я нашла эту комнату. Когда я прибежала туда… он был мёртв.

Она внезапно остановилась и к смущению Бейли горько заплакала. Она и не пыталась скрыть своих слёз, которые ручьём катились по щекам. Её плечи дрожали от всхлипываний. Затем она открыла глаза и, глядя на землянина сквозь пелену слёз, прошептала:

– Я никогда раньше не видела мертвецов. Он был весь в крови… а его голова… вся разбита… вся… Я кое-как вызвала робота, он вызвал других, и, наверное, они позаботились обо мне и Рикэне. Я больше ничего не помню… я…

– Что значит, они позаботились о Рикэне? – прервал её Бейли.

– Ну, убрали тело и отмыли все следы, – в её голосе послышались негодующие нотки хозяйки дома, где должен сохраняться образцовый порядок. – Вы ведь себе представляете, что творилось в доме?

– А что сделали с телом?

Она покачала головой.

– Я не знаю. Наверное, сожгли, как всегда в таких случаях.

– И вы не вызвали полицию?

Она взглянула на него непонимающе, и он вспомнил: ведь на Солярии нет полиции.

– Но вы кому-то, очевидно, дали знать о случившемся? – спросил он.

– Роботы вызвали доктора, – ответила она. – А я сообщила в Совет Правителей.

Она снова всхлипнула, и в этот момент обнаружила, что её пеньюар почти совсем с неё соскользнул.

– О, извините, извините, пожалуйста, – пробормотала она и поспешно закуталась в своё одеяние.

Бейли наблюдал за ней… Беззащитная дрожащая фигурка с искажённым от ужаса лицом. С глазами, полными пережитого страха… Он чувствовал себя неловко. Молодая женщина никогда раньше не видела мертвецов… Не видела разбитых черепов и лужи крови. И хотя супружеские отношения на Солярии имели специфический характер, всё же, очевидно, зрелище окровавленного трупа мужа всё ещё стояло перед её глазами.

Бейли решительно не знал, какие вопросы следует задавать дальше. У него возник внезапный импульс – попросить прощения у Гладии Дельмар за то, что он заставил её пережить все снова, объяснить, что он – полицейский и должен выполнять свои обязанности. Увы, на этой планете не существовало полиции. Вряд ли она сумеет понять его побуждения.

Медленно и как только мог мягко он спросил:

– Скажите, Гладия, вы слышали ещё что-нибудь? Какие-нибудь звуки, кроме крика вашего мужа?

Она взглянула на него. Её глаза блестели от слёз, а лицо, несмотря на горестное выражение, а возможно именно из-за него, было прекрасно.

– Нет, больше ничего, – коротко ответила она.

– Никаких шагов? Ничьих других голосов, вспомните, – настаивал Бейли.

Она покачала головой и повторила:

– Больше ничего, уверяю вас.

– Когда вы вошли в лабораторию, там больше никого не было? Только вы и он?

– Да. Только я и он.

– И никаких следов чьего-либо присутствия ранее?

– Я не заметила ничего. Да и кто бы мог там быть?

– Почему вы так думаете?

Какое-то мгновение она казалась шокирована подобным вопросом. А потом сказала:

– Я всё время забываю, что вы с Земли. Видите ли, никто не мог находиться вместе с Рикэном в его лаборатории. Мой муж с самого детства никогда и никого не видел, я имею в виду, в реальном смысле этого слова, никогда, кроме меня. Он не принадлежал к тому сорту людей, которые могли бы вынести физическое присутствие другого человека. Нет, только не Рикэн. Он всегда строго придерживался всех обычаев и традиций нашей планеты, он был хороший солярианин.

– Ну, а если бы кто-то захотел нанести вашему мужу визит, не уведомив его об этом? Каким бы он ни был законопослушным гражданином, что бы он мог сделать в этом случае?

– Что он мог сделать? – переспросила она. – Он немедленно вызвал бы роботов, и они тут же убрали бы пришельца. Именно так бы он поступил, уверяю вас. А предположить, что он кого-нибудь допустил к себе?.. Невозможно даже представить себе такое!

– Вашего мужа убили ударом по голове, не так ли? – мягко заметил Бейли.

– Да, наверное. Он был… он был весь… – начала Гладия.

– В настоящее время я не спрашиваю вас о деталях, – прервал свою собеседницу детектив. – Постарайтесь вспомнить, не заметили ли вы в лаборатории какого-нибудь механического устройства, при помощи которого кто-то, находившийся вдалеке, мог убить вашего мужа?

– Уверяю вас, я не заметила ничего похожего.

– Ага!.. Отсюда следует, что чья-то рука, и при том человеческая, обрушила на голову доктора Дельмара нечто тяжёлое, раскроившее его череп. Следовательно, кто-то всё-таки находился у него в лаборатории, не так ли?

– Нет, это невозможно, – сказала Гладия убеждённо. – Ни один солярианин не позволил бы себе прийти в наш дом.

– Но солярианин, который собрался совершить убийство, вряд ли бы остановился перед таким препятствием, как свидание со своей жертвой, – настаивал Бейли.

– Вы, наверное, плохо представляете себе, что значит личный контакт для соляриан. Ничего отвратительней этого не бывает. На Земле для вас это, вероятно, пустяки. Поэтому вы не понимаете, как ужасно это для нас. Впрочем… – в её голосе звучало любопытство, глаза сверкнули. – Ведь я права? Личные встречи – обычная вещь для вас, не так ли?

– Ну, конечно, – сдержанно ответил Бейли.

– И вас эти встречи ничуть не беспокоят?

– Ну, конечно, нет.

– Знаете, – в голосе Гладии послышалось колебание, – в фильмах о Земле об этом как-то мало говорится, но мне всегда хотелось знать, можно, я задам вам один вопрос? Вы не рассердитесь?

– Задавайте, – спокойно ответил Бейли.

– Вы, наверное, женаты, не так ли? И вы получили ваше жену по назначению?

– Я действительно женат, но у нас не существует назначений подобного рода.

– И вы, конечно, видитесь со своей женой, когда захотите, и так же поступает она, и вы оба считаете это нормальным?

Бейли молча кивнул.

– Ну, и… когда вы видитесь, предположим, вам хочется… – Она остановилась в нерешительности, как бы подыскивая выражение: – Предположим, вам захочется, – снова начала она, – можете ли вы в любое время… – Она, окончательно смешавшись, замолчала.

Но Бейли и не думал помочь ей.

Наступило молчание.

– Не обращайте на меня внимания, – нервно заговорила молодая женщина, – не понимаю, с чего это я задаю вам такие странные вопросы… Ну как, вы узнали от меня всё, что хотели? – Её голос задрожал, и, казалось, она вот-вот заплачет.

– Ещё немного… – ласково сказал Бейли. – У меня к вам просьба, Гладия… Постарайтесь забыть тот факт, что никто не мог бы увидеться с вашим мужем. Предположим, что кто-то всё же к нему явился. В таком случае, кто бы это мог быть, как вы думаете?

– Бесполезно гадать. Никто и никогда не мог бы решиться на такой шаг, уверяю вас.

– Однако, кто-то всё же решился, Гладия. Ханнис Груэр сказал, что имеются веские основания подозревать кого-то определённого.

Невесёлая улыбка тронула губы молодой женщины.

– Я знаю, кого он имел в виду, – сказала она.

– Неужели? Кого же?

Гладия дотронулась своей маленькой ручкой до горла:

– Меня, – вымолвила она просто.

 






Кормораздатчик мобильный электрифицированный: схема и процесс работы устройства...

Папиллярные узоры пальцев рук - маркер спортивных способностей: дерматоглифические признаки формируются на 3-5 месяце беременности, не изменяются в течение жизни...

Опора деревянной одностоечной и способы укрепление угловых опор: Опоры ВЛ - конструкции, предназначен­ные для поддерживания проводов на необходимой высоте над землей, водой...

Организация стока поверхностных вод: Наибольшее количество влаги на земном шаре испаряется с поверхности морей и океанов (88‰)...





© cyberpedia.su 2017-2020 - Не является автором материалов. Исключительное право сохранено за автором текста.
Если вы не хотите, чтобы данный материал был у нас на сайте, перейдите по ссылке: Нарушение авторских прав

0.02 с.