Лидеры и масса: анатомия митинга — КиберПедия 

Поперечные профили набережных и береговой полосы: На городских территориях берегоукрепление проектируют с учетом технических и экономических требований, но особое значение придают эстетическим...

Своеобразие русской архитектуры: Основной материал – дерево – быстрота постройки, но недолговечность и необходимость деления...

Лидеры и масса: анатомия митинга

2019-09-09 129
Лидеры и масса: анатомия митинга 0.00 из 5.00 0 оценок
Заказать работу

 

       Цели лидеров и массы рабочих совпадали лишь частично: рабочих волновали проблемы повседневной жизни, а лидеры уже осознали их связь с политикой разного уровня и в конце концов политические цели локального масштаба стали для них доминирующими. Искусство руководства НВШВ состояло в том, чтобы оба подхода связать в один пакет.

       Наличие двух пластов в понимании сложившейся на шахте ситуации можно проследить, анализируя магнитофонную запись митинга шахтеров “Воргашорской”, состоявшегося 10 декабря 1992 г. в конференц-зале шахты.

       Зачитывается список требований к администрации, сформулированных в ходе стихийной забастовки:

1) Своевременная выплата заработной платы.

2) Ежемесячная индексация заработной платы.

3) Недоверие директору шахты по следующим причинам:

(а) Систематическое невыполнение пунктов коллективного договора;

(в) Воспрепятствование деятельности профсоюза на шахте;

  (г) Злоупотребление служебным положением...

       Главные требования касаются повседневных нужд: своевременная выдача зарплаты и ее индексация в случае задержки. Однако на уровне уже здравого смысла возникает вопрос: “А кто виноват?” Ответ лежит на поверхности: конечно, директор как ближайший и самый большой доступный начальник: он не выполняет колдоговор, где зафиксировано условие своевременной выдачи зарплаты. А тут еще руководство НВШВ выдвинуло обвинения по поводу злоупотреблений с бартером (тоже близкая душе тема). Так стихийный гнев рабочих сомкнулся с осознанной и просчитанной стратегией руководства НВШВ: убрать директора Ермакова и взять в свои руки инициативу по проведению приватизации.

       В заявлении стачкома в Совет трудового коллектива абстрактному требованию “убрать директора” придается юридически грамотная форма:

“Для консолидации разрешения конфликта на шахте и последующей совместной работы предлагаем собрать СТК с повесткой дня:

1. Об изменении решения СТК от...(не слышно) 1992 г. о заключении контракта с Ермаковым...”

       Это решение является юридическим обоснованием решения московских органов о заключении контракта с Ермаковым, поэтому без пересмотра решения СТК нельзя пересмотреть и решение центра.

       Связи директора с коммерческими структурами, организованными на шахте, на которые указывало руководство НПШВ, - хороший аргумент, позволяющий связать злость шахтеров, сидящих без зарплаты, с целью устранения директора.

       Но тут из зала раздался вопрос:

       - Иван Иванович, а вот говорят, что вы тоже в коммерции работаете. Почему же вы не спрашиваете с себя, что вот вы работаете? А шахтер тоже хочет заработать в коммерции...

- Кто мешает вести собрание - за дверь! - кричит ведущий.

       Естественная, хотя и опасно прямолинейная реакция против попыток нарушить режиссерский замысел.

       Через некоторое время слово берет шахтер Данилкин, но неожиданно начинает говорить также в противоречие как с настроениями бастующих, так и режиссерским замыслом лидеров.

       Данилкин:

- (Начала не слышно из-за шума)... Нужно искать другой путь борьбы.

       В ответ шум в зале:

- Провокатор! Предложи, пожалуйста, предложи какой!

       Но Данилкин продолжает:

- Мужики-шахтеры! Не подрывайте свой авторитет. Народ наш нас не понимает уже. Другие предприятия останавливаются из-за отсутствия сырья, топлива, и т.п. А наша шахта, остановленная, используется для ухудшения обстановки в стране. Хотим мы того или нет, но наши забастовки бьют по реформам, по народному президенту Борису Ельцину, которого мы сами выбирали. Как в стране, так и на шахте скопилось много проблем. Так давайте их решать, не останавливая лавочку. Для этого у нас есть множество общественных организаций, с широкими полномочиями. Это и совет трудового коллектива, и два профкома, и совет ветеранов, НТО, общество инвалидов... Что нам еще не хватает? Чтобы толково вести наши дела Правительство ваучеры нам раздает. Хочешь - приватизируй, хочешь - предлагай свою форму хозяйствования. Только работай и работай. А мы привыкли... И когда нам кажется, что в кормушке мало, мы кидаемся... Короче, мужики, предлагаю закончить забастовку, давайте спокойно работать...

       Шум в зале заглушает слова.

- Я обращаюсь за поддержкой...

       Его снова заглушает шум.

       Выступает кто-то с идеологией стихийного протеста, отражающей его логику понимания ситуации:

     - Товарищи, это дело с самого начала шло не стихийно. Мы шли

к этому осознанно. Я сегодня специально прошелся по нашим вор-гашорским магазинам... Хлеб с сегодняшнего дня - начиная с 41 до 46 рублей. Подорожала электроэнергия. Все дорожает с каждым днем без нашего на то согласия. Кругом цены отпущены, а наша цена, наш труд не отпущен. Как нас держали в узде, так и держат... Кто смотрит съезд, знает - им наплевать, они решают третьестепенные вопросы, но не вопросы по нашему благосостоянию. Если у нас записано - 25 процентов ежеквартальная индексация цен, это должно быть неукоснительно. Это самый первый пример. А уже директора мы можем выбирать любого. Тот, кто будет стоять за наши права - тот и будет директор. Кто не будет стоять за наши права...

       Стихийно в ходе митинга всплывает тема отпусков, уводящая дискуссию в новом направлении. Один из ораторов говорит:

- На последнем собрании СТК 3 декабря я задал вопрос насчет отпусков. Он (наверное, директор - В.И.) сказал, что будет идти в отпуск каждый месяц, как 4 года назад, определенное количество людей. Когда я спросил, кстати, в колдоговоре у нас записано, что отпуска у нас определяют советы трудовых коллективов, а администрация только подписывает, без всяких заморочек. Он сказал, что это не выгодно предприятию. Но что такое предприятие? Это эти трубы, эти железки? Вот за это мы должны отдавать свой летний отпуск этим железкам, ходить летом и смотреть? Они хотят, чтобы планомерно, целый год, изо дня в день, была одна и та же добыча, независимо от того, хорошо там под землей, плохо, есть там солнышко или нет, хочет кто-нибудь или не хочет. Они просто не хотят нас жалеть. Вот в чем дело. Они не хотят, чтобы летом чуть поменьше добыча была, зимой - побольше, для того, чтобы это все продать и купить, доставить материалы, нужно просто шевелиться... Но у директора на каждый вопрос только такой ответ: “Это не выгодно для предприятия”. Кто такое предприятие - я не понимаю!

       В рассуждениях шахтера всплывает важная социально-политическая дилемма, вслух не проговаривавшаяся политиками, но косвенно дебатировавшаяся как центральная тема экономических реформ, начиная с перестройки: Рабочие для предприятия или предприятие для рабочих? Являются ли рабочие одним из видов орудий труда наряду с машинами или же предприятие подстраивается под их интересы?

       И.Гуридов поддерживает рабочего:

Наш профсоюзный комитет постановил, что если есть возможность, пользуйтесь отпуском летом, ведь вы все знаете, в каких мы условиях живем. Значит, эту возможность надо предоставить этим людям.

       В частном вопросе об отпусках, затрагивавшем повседневные интересы рабочих, как в зеркале проглядывала более фундаментальная проблема распределения власти на предприятии.

       В одном из выступлений прозвучала вера в крепость позиций профсоюзов:

- Товарищи, зачем ломать когти насчет отпусков. В законодательстве сказано, что график отпусков составляется непосредственно руководством. А утверждает их профсоюзный комитет. Вот вам и весь выход! Как он не утвердит? Если профсоюзный комитет на участке согласен не будет, значит, все - график не действителен...

       Однако не все так просто. В выступлениях сообщалось, что администрация отказывается брать графики отпусков, составленные профкомами, но берут графики от начальников участков без подписи профкомов.

       Затем обсуждение снова возвращается к забастовке.

       Звучит примиренческая позиция, аргументируемая с помощью обращения к коренному вопросу - зарплате:

     - Вы видите, в правительстве бардак полнейший, мы полностью брошены на произвол судьбы. Выход в забастовке не виден вообще. Конец года, декабрь месяц, зарплаты мы уже не получим... 1 декабря мы забастовали, выдвинули требования. Можно сказать, что первые два требования мы выполнили..

  Шум:

- Где??!!

- ...Ну ладно, мы объявили суточную забастовку по зарплате. Я тоже против Ермакова, как и все вы, я даю по 3 вопросу предложение. По Ермакову: объявить 7-ми суточную забастовку и выходить в шахту. Но по пункту “а” дать ему 20-30 дней на сдачу шахты. Попутно создать комиссию, которая будет контролировать директора, и иметь полномочия, скажем, месячный срок. Пункт “б”: директор не сдает.

       Шум в зале заглушает слова оратора.

       Лидеры пытаются приглушить примиренческие речи и уйти от бесконечных повседневных вопросов зарплаты, отпусков и т.п. к проблемам более высокого порядка:

- Я считаю, что нужно посмотреть, что есть наша забастовка, расширить ее значение. Как-то начинали говорить о приватизации, о том, как проводить акционирование. Существовало 3 формы. Первое - дать самим людям приватизировать предприятие. Вторая - продать эти предприятия тем, у кого есть деньги, и третья форма - это наделить правом собственника управляющих этим предприятием, то есть директоров, то есть, дать им эти предприятия в собственность. В общем, сейчас в стране идет ползучая приватизация. Как это делается? Предприятие доводится до полнейшего развала и по остаточной стоимости их приватизируют те люди, у которых есть деньги. То есть, либо бывшая партийная номенклатура, либо люди, состоящие в руководствепредприятия. У них есть возможность манипулировать средствами предприятий, связи и т.д. Мы стоим на грани понимания того, удастся ли нам взять наше предприятие в свои руки, или это предприятие будет приватизировано этими людьми. В общем, мы должны понять ситуацию, в которой находимся. И вот есть призывы, что нужно бросить забастовку, это не правильно. Острота момента, понимание той ситуации, в которой мы находимся - вы должны это осознать. Конкретно - продолжать забастовку до выполнения наших требований. Это раз. Потом, в дальнейшем, Иван Иванович (Гуридов - В.И.) предлагал, говорить о приватизации, но его не поддержали, хотя это является одним из основных вопросов. Как приватизируется наша шахта, как произойдет акционирование - от этого будет зависеть все. Сейчас получается так, что руководитель предприятия доводит его до определенной стадии развала, потом, в связи с плохим экономическим положением шахты он сокращает неугодных крикунов, так как есть сейчас…, то есть шахту уменьшает в численном составе, и приватизирует ее по остаточной стоимости. То есть является как бы владельцем этой шахты, а остальные будут на него работать.

       В зале поднимается шум.

       Таким образом, возмущение рабочих банальной проволочкой с зарплатой было умело использовано для оживления старого конфликта между директором и профлидером и достижения реванша на волне возобновляющегося стачечного движения.

Судебный процесс

 

       Профсоюзное противостояние дополнило конфликт директора и Гуридова. Дело дошло даже до того, что 25 января 1993 г. был создан профсоюз руководителей, специалистов и служащих шахты "Воргашорская". Возможно, что это была реакция на заявление Гуридова о том, что все инженерно-технические работники будут заменены. СТК занимал двойственную позицию, но его руководитель явно был противником Гуридова.

        И.Гуридов выдвинул против директора целую серию серьезных обвинений, связанных в основном со злоупотреблением служебным положением. Устранение директора превратилось фактически в центральный пункт борьбы. "Пока работает Ермаков,- заявил Гуридов, - шахта добывать уголь не будет ". Директор, в свою очередь, ответил, что обвинения высосаны из пальца и что он увольняться не собирается.

       Администрация подала иск в суд против организаторов забастовки, проведенной с нарушением целого ряда установленных законом процедур и нанесшей шахте большой материальный ущерб. Верховный суд Республики Коми на своем выездном заседании в Воркуте рассмотрел это дело и признал забастовку незаконной. Часть рабочих после этого решения суда решила приступить к работе, однако активисты НПШВ объявили их штрейкбрехерами и не допустили в шахту. Забастовка была продолжена.


Поделиться с друзьями:

Папиллярные узоры пальцев рук - маркер спортивных способностей: дерматоглифические признаки формируются на 3-5 месяце беременности, не изменяются в течение жизни...

Наброски и зарисовки растений, плодов, цветов: Освоить конструктивное построение структуры дерева через зарисовки отдельных деревьев, группы деревьев...

История развития пистолетов-пулеметов: Предпосылкой для возникновения пистолетов-пулеметов послужила давняя тенденция тяготения винтовок...

Эмиссия газов от очистных сооружений канализации: В последние годы внимание мирового сообщества сосредоточено на экологических проблемах...



© cyberpedia.su 2017-2024 - Не является автором материалов. Исключительное право сохранено за автором текста.
Если вы не хотите, чтобы данный материал был у нас на сайте, перейдите по ссылке: Нарушение авторских прав. Мы поможем в написании вашей работы!

0.026 с.