Где же те годики, годы чудесные?

Посвящается дорогому отцу.

Ну, загляни же во сны моей памяти, снова заботой своей одари,
Словно из детства тропинки- проталинки через года для меня протяни….
Чтобы увидеть крылечко родное, снова напиться воды ключевой,
Чтобы склонилось лицо дорогое, чтобы рука повела за собой.

 

Чтобы не думать о жизни тревожно, чтобы еще ничего мне не знать,
Просто глядеть снизу вверх осторожно, верить тебе и всему лишь внимать.
Просто вприпрыжку бежать с тобой рядом, палец сжимая ладошкою всей
И любоваться снегурки нарядом, что выбирал ты для дочки своей.

 

А заболевши, всегда ждать и верить - в комнату вечером папа войдет
И открывая широкие двери – «белкин гостинец» с собой принесет
Рядом присядет, обнимет легонько, руку положит - горячий ли лоб?
Снова расскажет ту сказку тихонько и под гитару мне что-то споет.

 

Где же те годики, годы чудесные, времени ходики, что так летят?
Птицами детства годики вешние ласку отцовскую мне сохранят…

 

 

THE WOLD WAS ONCE BEAUTIFUL

( «Мир был однажды красивым» или «Этот мир когда-то был»)

Ну вот… Опять ты мне звонишь, пронзая звуком телефона,
Листая фото из альбома, ночами снова ты не спишь…
Зачем тревожиться о том в своих волнениях напрасно?
Лишь прошлое всегда прекрасно, все - в розовом и золотом…
Окрашено оно в цвета, через года и чрез седины,
Не замечая паутины на нашей юности мечтах...

 

 

СТИХИ – ПРИЗВАНИЕ ДУШИ

 

Пусть неизвестный я поэт, без званий и без притязаний,
И стихотворный мой сонет не ждет хвалебных слов признаний.
Стихи в полночной я тиши пишу, сказать мне много надо,
Стихи - призвание души, восторг и счастье, и награда.

 

В стихах судьба дает совет, как линии, что на ладони,
Грядущего в них силуэт в упряжке рифмы нас догонит.
В стихах я говорю всем вновь, упорно продолжая верить,
Что дружба есть и есть любовь, откройте только в сердце двери.

 

Стихи – живые, это жизнь, в них радость та же и невзгоды,
Я ими заполняю лист и измеряю свои годы.
В стихах сложу, найду ответ на все вопросы, впредь и снова,
Пусть я непризнанный поэт и откровения не новы.

 

Чтоб выплеснулась радость-боль в стихах мне весело иль горько,

Остаться в них, судьба, позволь. Сказать еще мне нужно столько…

 

 

 

 

Валентина Ситникова, 35+, с.Зырянское

 

 

ГОРЬКАЯ БАЛЛАДА

 

…Я помню горе от ума.

На красном чёрная кайма,

На белом чёрные кресты,

И не понять, где я – где ты.

Расстрелян жаворонка звон

Войной жестокой. Погребён

Парнишка, тот, что рядом жил,

Цветы неброские дарил.

Случились страшные дела –

И мимо молодость прошла…

Уже седая голова,

Но не забуду, как молва,

В тот 41-й страшный год,

Нас повенчала без забот.

Кричали «Горько!» пацаны,

Всем были крики их слышны –

Несла их тихая река

Причалам, плёсам, берегам.

Никто не знал, что поутру

Судьба начнёт свою игру,

И вспыхнет заревом восход,

И кровь прольётся. В горький год

Земной любви священный миг,

Вдруг вылился в прощальный крик.

Ну почему, кому, зачем

Жить в мире плохо без проблем?

А дни бежали и года,

И в речке светлая вода,

Солоноватая от слёз

Плескалась о песчаный плёс…

И вырос сын и вырос внук.

Жизнь проросла сквозь боль разлук.

И гости в дом, и свадьба- «Горько!»

Какая радость, счастья сколько...

Так хочется, покоя на причале,

Чтоб на войну детей не провожали.

Фашизм на горе снова голову поднял:

Афганистан, Чечня и Сирия, Майдан.

Что делать, чтоб уверен был народ –

Война на землю больше не придёт.

И пусть все мальчики, Отечества сыны,

В село вернутся не с большой войны.

Дитя из Армии дождётся мать домой,

Обнимет радостно – широк в плечах, живой.

И светлой будет наша жизнь, и только

На свадьбах людям будет «Горько!».

 

ПОБЕДНЫЙ ВАЛЬС

 

Война отгремела, оставив земле обелиски,

И память людскую, что вечно в сердцах будет жить –

О верстах военных, о горьких слезах материнских,

За всех сыновей, что домой не вернулись с войны.

А песня звучала, а песня Победы звучала,

Ей вечно над болью и памятью нашей кружить.

И в ней говорилось, как шли вы к Победе с боями,

И каждый мечтал до победного часа дожить

 

Салюты гремят, воздух чист и напоен цветами

И много уж лет с той войны пробежали рекой,

И мало в победном строю орденов и медалей:

В бессмертье ушли, отстоявшие мир и покой.

А песня звучала, а песня Победы звучала,

Гирляндами славы расцвечен холодный гранит.

И лица светлеют у старых седых ветеранов,

И ветер весенний над памятью в небе кружит.

ИЮНЬСКИМ ВЕЧЕРОМ

Кому из вас колокола звонили,

врываясь в душу болью всех утрат?

Волнами звуки в небо уходили,

и в каждом звоне: «Как живёшь, сестра?

Замолвила ли доброе ты слово?

По-прежнему ль близка чужая боль?»

О, тема верная, ты возродилась снова,

необходимая, как хлеб, вода и соль.

Мне неба вечность не даёт покоя,

и тянет ввысь, то бирюзой маня,

То звёзд мерцаньем, то загадочной луною,

то серым ливнем на закате дня.

Босая выйду я на луг, под ливень,

ладони – к небу, а лицо – ветрам:

«Омой меня! Я снова стану сильной,

я поделюсь, пойму, прощу, отдам!»

 

 

ОГНИ УХОДЯЩЕГО ГОРОДА