Реформировать распространение новостей

Интернет внес огромную сумятицу в работу средств массовой информации. Местные газеты обанкротились. Общенациональные издания сперва испытывали серьезные проблемы, но постепенно вновь обретают почву под ногами. Появились новые информационные агентства. Интернет-платформы осознали, что людям интересны новости и информация, а не только спорт и развлечения. Они начали распространять их на разных платформах, дополняя контент пользователей, которые делятся новостями в социальных сетях. Однако все это происходило настолько стремительно, что мы полностью забыли о том, насколько тщательно рассматривались вопросы владения теле- и радиовещанием, когда эти технологии были новыми. Когда Facebook занялась новостями и в мгновение ока стала их крупнейшим распространителем в свободном мире, никто не проанализировал политические последствия этого шага.

Затем Facebook применила алгоритмы, призванные доносить до человека те новости, которые его интересуют в первую очередь. Так что, если вам не нравится Трамп, алгоритм будет радовать вас все новыми и новыми материалами антитрамповской направленности. Человек сам навешивает на себя ярлык и замыкается в тесном информационном мирке — об этом писалось выше.

Это сильно отличается от того, как были устроены газеты прошлого: группа талантливых редакторов размещала заметки в верхней или нижней части страницы, руководствуясь собственным мнением. Читатели видели не то, что им нравилось, а то, что редакторы считали важным им сообщить. Люди проводят в Facebook 42% времени, посвященного интернету, он заменяет собой сотни газет и телеканалов и является беспрецедентным по масштабу распространителем новостей. Сначала компанию обвиняли в левом уклоне ее новостной ленты, потом — в правом, и она старалась применять различные алгоритмы. Кажется, ничего из этого не получилось. Получиться и не может, поскольку сегодня Facebook — главное средство массовой информации в стране, которая больше не желает видеть однотипные новости или те, что отобраны элитами на совещаниях в Сан-Франциско или Нью-Йорке.

Я предлагаю поправить это исходя из того, что нам следует воспринимать огромные технологические платформы с миллиардами пользователей так же, как телевидение и радиовещание: это части общественного пространства, которые должны распределяться так, чтобы обеспечить свободную рыночную конкуренцию без доминирования. Facebook (равно как и Google) может самостоятельно создать десяток официальных новостных каналов, а затем продать права контроля над каждым из них с аукциона. Это могут быть пятилетние франшизы, и таким образом различные группы будут управлять ими в своих целях и исходя из своих позиций. Тогда пользователи Facebook смогут выбирать, какой канал им смотреть. Это позволит сохранить Facebook в качестве сервисной платформы и вывести компанию из издательского бизнеса. Каждый новостной канал получит равные возможности для рекламы и продвижения, а средства, полученные от рекламодателей, будут делиться между Facebook и ее франчайзи.

Такое решение защитит наши основные свободы, не жертвуя правом потребителя на выбор. Кроме того, это убавит возможностей всем, кто принимает решения относительно новостей, что очень важно в эпоху, когда переход на другую платформу нельзя назвать разумной или равноценной альтернативой, поскольку некоторые из них обрели огромную власть над людьми. В обмен на то, что мы пользуемся платформой Facebook, мы можем избавить компанию от ответственности за контент, возложив ее на редакции новостных каналов.

Такой же подход может быть использован и в отношении некоторых других типов информационных сервисов. Конфликт между Google и Yelp длится уже не первый год. Его причина в том, что Google может использовать свой поисковик для продвижения собственных объявлений и рекомендаций. В числе некоторых других эта ситуация обратила на себя внимание регулирующих органов в Европе, но не в США. Тем не менее сочетание непрозрачности процессов и огромной экономической силы диктует необходимость переосмыслить суть антимонопольного законодательства: оно должно пресекать потенциальные нарушения прав потребителей, часто остающиеся незаметными или непонятными для них.