Привал. Слева на право: Слава Хализов, Лиля Русских, Володя Шунин, Павел Тарзин

 

Мне лично больше нравятся сзади вершины, покрытые снегом, могущественные и трудные при подъеме. Часто слышали грохот обвалов, когда невольно останавливаешься и прислушиваешься.

    На каждом привале решали, кто что несет. Дежурные полны рвения  варить кашу в обед. Спускаемся. На спуске от ледника ведет тропа. До леса дойти не хватило мужества. У речушки остановились. Съедены остатки сухарных крошек. Спускались до вечера. Бежали, не обращая внимания даже на малину. Начался сосновый лес, Приятен запах хвои. У устья реки заметили домики и огоньки. Оказалось, что это альплагерь Баксан.

  Переправа в виде жердочки вела в лагерь. Переправились благополучно.

     Нашли земляков. Спать предпочли за лагерем. Когда проходили, то нас признали интересными. Неужели мы такие интересные? Усталые, не бритые ребята и отощавшие. Дали нам хлеба, но ужин был смазан, так как каша оказалась с песком. Некоторые мужественно пожевали, остальные попили кофе, но в желудке пустота. Вторая палатка угомонилась раньше, наша решала спорные вопросы, бродили по лагерю, так как мешал спать бушующий Баксан и радиола альплагеря. Завтра дневка.          

        Л. Блинкова

 

Альплагерь Баксан

 

Сентября 1957 года

    Спали сегодня почти до 9 часов. Каждый по своей выносливости и темпераменту. Подъем был долгий, ибо у многих болели кости от долгого лежания. Но утром была небольшая неприятность для всей группы. Дежурный Павел и Игорь договорились с а/лагерным шеф-поваром о том, чтобы насытить наши голодные организмы благородным завтраком. Но так обычно к чему стремишься, или делаешь что-нибудь перспективное, то оно часто рождается в муках, досаде и нетерпении. Так и наш завтрак рождался в муках голода, каждого смертного нашей группы (а так как все смертные, то все и страдали). Особенно девочки, которые из чистых и патриотических чувств к работникам кухни лагеря, усердно и добросовестно чистили картошку. Но завтрак, по мнению некоторых, превзошел все ожидания. Я не вдаюсь в подробности усвоения завтрака и его процесса, но многие решили дать отдых своим организмам, после завтрака.

     Дневка, так дневка! Так думал каждый и делал то, что можно сделать, например, поваляться на солнце.

    Обед был также на славу. После обеда наступило время ремонтных работ.

Вечером собрались в палатке у альпинистов и обменивались песнями.

Уточняли подробности маршрута. Здоровый и крепкий сон увенчал нашу дневку  в альплагере Баксан.

П. Тарзин

 

Сентября 1957 года

     Сегодня мы покинули альплагерь Баксан. Вышли довольно таки поздно. Еще до выхода из лагеря разгорелся жаркий спор насчет перевалов, через которые должен проходить наш маршрут. Игорь, Женя, Юра, Люда предлагали идти через Чипер-Азау, другая часть группы- через Донгуз-Орун-Баши. После долгих и жарких споров было решено идти через Донгуз-Орун-Баши. По дороге дошли до базы Академии наук Украины. Володя пошел к домикам, чтобы по-лучше узнать дорогу к перевалу, но там никого не оказалось (все домики закрыты).

Кто- то из наших выразился, что все жители базы улетели на аэростате, который действительно висел над вершинами гор. Вскоре двинулись дальше.

Подошли к речке. Моста, о котором нам говорили в альплагере, не оказалось. Вместо него с одного берега на другой проложено дерево, которое было достаточно гибким.

     Переправа, благодаря страховке, прошла благополучно. Только Славка, оставив свой альпеншток на другом берегу, долго слонялся между деревьями, отыскивая его.

    Но оказывается, на этом наша переправа не окончилась. Нам пришлось еще вброд перебираться через рукав реки. Особенно была комична переправа Зины, которая взгромоздилась на спину Коли с ужимками на лице и  под дружный смех товарищей перебралась на другой берег. Бедняга Коля! Ему пришлось потрудиться. Его собственный вес 64 кг да еще такой же вес Зины - итого 128 кг. Трудновато!

     Сейчас обеденный привал. Все хорошо, кроме того, что у дежурных пригорело какао, пачку которого нашел Игорь в дупле большой сосны.

     Вечерний привал.