Утопическая и антиутопическая модели общества труда в «красной звезде» А. А. Богданова и «мы» Е. И. Замятина

Научный руководитель: д-р филос. наук, проф. Сулима И.И.

Нижегородский государственный педагогический университет им. К. Минина

Появление советского государства значительным образом повлияло на философские теории, относящиеся к образу человека будущего не только в России, но и в других частях света. Прежде всего, это выразилось в художественной литературе. Цель исследования – показать отличия образа человека будущего в утопическом обществе А.А. Богданова и образа человека будущего в антиутопическом общества Е.И. Замятина. Эти отличия между обществами А.А. Богданова и Е.И. Замятина являются изучаемыми альтернативами развития образа человека-созидателя: в утопии труд свободен и человек-труженик волен творчески применять свой созидающий потенциал. В антиутопии труд человека будущего обессмысливается его формализованностью и фактическим закрепощением людей. Этот вопрос затрагивали в своих работах Р. Гальцева, Т. Лахузен, М.Ю. Любимова, И. Роднянская, А.Л. Семенова.

Зачинателем жанра советской утопии можно считать выдающего ученого-медика, философа А.А. Богданова. Трагедия «борьбы со стихийностью природы» занимает главное место в драматургии воображаемого будущего.

У А.А. Богданова было свое понимание социализма: 1) устранение в процессе производства – при помощи автоматизации и отлаженного производственного обучения – деления на «организаторов» и «исполнителей», «экспертов» и «живых машин»; 2) глубокое осмысление конфликтов человеческих характеров. Автор «Красной звезды» понял, что кроме социальных и экономических, есть и психологические препятствия на пути социализма. Большое значение А.А. Богданов придает большое значение умственной гигиене и проблеме психического здоровья. Он предполагал, что даже при социализме нервные заболевания, вызванные личными проблемами, останутся.

Мыслитель первым в русской беллетристике соединил передовую техническую мысль с идеями революционного марксизма. Он понимал, что описание счастливого будущего человечества сильнее вдохновит рабочего, чем сухие слова партийных программ.

А.А. Богданов не закрывал глаза и на опасности индустриализма и связанные с ним ограничения в творческом труде человека-труженика, хотя иные из его русских современников были гораздо категоричнее, создавая антиутопии. Например, Л. Афанасьев в «Путешествии на Марс» предостерегал против индустриализации как таковой, пугая читателя примитивизацией внешнего вида городов и превращения сельских жителей в алчное, завистливое, злобное, эгоистическое «нервное общество». Еще более категоричным был роман Н.Д. Федорова «Вечер в 2217 году» (1906) с его пронумерованными жителями, сексом по назначению и безжизненным городским пейзажем из стекла и камня. В этих условиях свобода созидающего труда человека будущего немыслима. Это произведение стало фактическим прототипом романа Е.И. Замятина «Мы».

Роман Е.И. Замятина «Мы», написанный позже, в 1920 году, предостерег от «перегибов, недогибов и изгибов» (по выражению А.А. Зиновьева) при построении нового общества. Писатель показывает, что введение чисто логической, математической модели функционирования общества превращает людей в биологические механизмы, атрофируя все то, что делает человека человеком: эмоции, чувства, фантазию. Без последней невозможен свободный труд и развитие как отдельного человека, так и общества в целом. Машине чуждо творчество, она оперирует заданными алгоритмами. Человеческая деятельность, превращенная в формализованные схемы, становится бессмысленной. Тем самым можно поставить вопрос о присутствии/отсутствии смысла существования общества в целом. К тому же, согласно выкладкам А.А. Богданова в его «Тектологии», каждая система со временем накапливает ошибки и утрачивает равновесие. Тогда у нее два выхода: реорганизация или гибель. Руководители антиутопического государства в романе «Мы» пошли по пути реорганизации, уничтожив центры фантазий в мозге людей. Равновесие системы было восстановлено, однако смысла своего существования эта «математическая» цивилизация не получила. Ее труд стал еще более формализованным, а значит – бессмысленным, «убивая» творческий потенциал человека-труженика.

Для понимания разности подхода к труду человека нами исследовались системы воспитания в романах А.А. Богданова и Е.И Замятина. В тоталитарном обществе, описанном Е.И. Замятиным, людей воспитывают «фабрики», тогда как в коммунистической марсианской утопии А.А. Богданова дети свободно общаются друг с другом и со взрослыми, усваивая знания в дружелюбном социуме без ограничений на общение.

Уже в первых двух десятилетиях ХХ века отечественными мыслителями были проанализированы возможные варианты развития индустриальной человеческой цивилизации. Из них можно выделить два основных пути. Первый состоит в пестовании с помощью специальной системы образования свободного в своем созидании и творческих потенциях человека-труженика, живущего в социалистическом обществе (А.А. Богданов). Мыслитель также предлагает новаторскую идею освоения космоса, что практически неограниченно раздвигает рамки созидательного, преобразующего труда человека будущего. Второй подход (Е.И. Замятин) состоит в подавлении творческого потенциала человека, превращении его в придаток к большому социальному механизму, предельной формализации труда и сознательному лишению людей возможности целенаправленной созидательной работы. Первый путь представляется нам предпочтительнее.

СЕКЦИЯ 2