Ведь совсем не важно, от чего помрешь.

Ведь куда важнее - для чего родился.

 

Этой весной, когда вместо обычной  радости пробуждения природа несет нам угрозу гибели в черной короне, выдающемуся русскому барду и поэту Александру Башлачеву должно было бы исполниться шестьдесят.

 

И вспоминаются стихи одного почти забытого русского поэта на безвременный добровольный уход из жизни другого выдающегося российского художника слова: «Чья совесть глубже всех за нашу ложь болела, вы больше не могли меж нами жизнь влачить. А мы живем во тьме, и тьма нас одолела… Без вас нам тяжело, без вас нам стыдно жить!» [1].

И вот мы сидим по домам,  вынужденные так внезапно остановиться и задуматься. И мир вдруг оказался таким маленьким и тесным… И все мы зависимы друг от друга -  от человеческой порядочности, готовности прийти на помощь, способности любить, думать о других, владеть собой.  А тот прагматичный и холодный мир, который мы построили – мир удовольствий, конкуренции и бесконечного потребления – сгинул как сон, открыв неприглядную реальность, которую мы старались не замечать. И как будто все это подсмотрел, предвидел поэт в своих стихах, ибо гении обладают даром заглядывать в будущее и видеть то, что не могут с такой силой прочувствовать и понять их современники.

 

«И пропало все, не горят костры, не стоят шатры у Шексны-реки. Нету ярмарки – только черный дым тает ватою. Только мы сидим виноватые. И Егорка здесь – он как раз в тот миг папиросочку и прикуривал, опалил всю бровь спичкой серною! Он, собака, пьет год без месяца. Утром мается, к ночи бесится. Да не в первой ему - оклимается! Перебесится, перемается, перемается, перебесится, и - бог даст! Не повесится!»

 (Башлачев) [2]

Река Шексна

Александр Башлачев был по настоящему предан своей Родине,  что стало редкостью в наше время. С каждым годом люди все больше и больше утрачивают связь со своими корнями, своей родиной. «Америка – это очень далеко, и я туда никогда не попаду. Я рад, что я живу в России, и дай бог мне здесь умереть» - так говорил он в одном из своих интервью. И это была любовь к глубинной, а не столичной России:

 

«Я хотел бы жить, жить и умереть в России, если б не было такой страны – Сибирь!» (Башлачев)

 Просторы Сибири

 

Он хорошо знал историю своей страны. Все, что происходило вокруг, не оставляло его равнодушным. Он умел удивительным образом передать все это в своих песнях о трагических периодах в истории России:

 

«Ты сводишь мост зубов под рыхлой штукатуркой, и купол лба трещит от гробовой тоски. Гроза, салют и мы! И мы летим над Петербургом, в решетку страшных снов  врезая шпиль строки. Летим сквозь времена, которые согнули страну в бараний рог и пили из него. Все пили за него и мы с тобой хлебнули – за совесть и за страх, за всех за тех, кого слизнула языком шершавая блокада, за тех, кто не успел проститься, уходя…» (Башлачев)  

 Ленинград 1930-е гг.

   Блокада Ленинграда

«Этот город скользит и меняет названия, этот адрес давно кто-то тщательно стер, этой улицы нет, а на ней нету здания, где всю ночь правит бал Абсолютный Вахтер» (Башлачев)