Невская битва. Фрагмент картины. Худ. А. Кившенко

Подьячий Посольского приказа Г. Котошихин, составивший труд о России – в царствование Алексея Михайловича и сообщивший много деталей о времени и о событиях, участником которых он являлся, так писал о знаменах царских воевод: «…Хоругви у них болшие, камчатые и тафтяные, не таковы, как рейтарские; трубачеи и литаврщики их же… дворовые люди. А учения у них к бою против рейтарского не бывает и строю никакого не знают; кто под которым знаменем написан и по тому и едет без устрою». Далее описываются эти «болшие» боярские знамена: «А бывают царские знамена у самого в полку и у бояр болшие, шиты и писаны золотом и серебром, на камке Спасов образ или какие победительные чюдеса; а боярские знамена бывают таковы, что у полской гусарии, разноцветные, долгие».

Почему Г. Котошихин противопоставляет «исконные» боярские полковые и сотенные знамена русского войска рейтарским, гусарским и прочим знаменам? Дело в том, что с конца ХVI века на военную службу в Московию стали усиленно приглашаться иностранцы. При царе Федоре Иоанновиче в русском войске состояло более 4 000 наемников – голландцев, шотландцев, датчан, шведов; Борис Годунов пригласил на службу ливонских немцев и составил целое воинское подразделение из иноземцев. Особенный приток иностранцев в воинскую службу наблюдается после Смуты начала ХVII века. В Московском войске к иноземному строю относились солдатские, рейтарские и драгунские полки, командовали которыми исключительно иностранцы. При царе Михаиле Федоровиче, кроме иноземных отрядов, существовали и полки русских солдат, обученных в Москве иноземному строю (по принципу регулярных частей).

Знамена русского воинства. XIV–XVI вв.

Пр апор. Россия, XVI в.

Естественно, иностранцы вносили в свою военную деятельность свойственные им порядки и обычаи. Кроме обучения своих частей, им вменялось в обязанность решать различные вопросы по снаряжению, в том числе указывать, какие делать знамена для вверенных им соединений. Так появился в русском войске западный обычай изображать светские эмблемы на знаменах и прочих военных значках, которые были очень разнообразны как по форме, так и по рисункам на них, потому что изготовлялись, «как ротмистр укажет сам». На этих знаменах в виде эмблем «писали» орла, грифа, змею, льва или химеру, надписи делались на латинском языке.

Секретарь голштинского посольства Адам Олеарий, впервые побывавший в Москве в 1634 году, так описывал в своем сочинении о путешествии в Московию прием турецкого посла, свидетелем которого он был. Турецкого посла встречали 16 тысяч человек конницы: «В этом большом войске можно сосчитать не более 6 штандартов. Первый, принадлежащий лейб‑компании, был из белого атласа с изображением на нем двуглавого орла с тремя коронами, окруженного лавровым венком с надписью „Virtute Supero“, т. е. „доблестью побеждаю“. Далее было три синих с белым штандарта с изображением на одном грифа, на другом – улитки и на третьем – руки с мечом. Далее еще один штандарт из красного дамаста, изображающий двуликого Януса, и наконец, красный штандарт без изображения. Мы предположили, что такие эмблемы и знаменные изображения были помещены по указанию немецких офицеров… Сами русские очень неискусны в изобретении таких вещей».