Современный русский язык и культура речи /Под ред. В.Д. Черняк —

М.: Высшая школа, С-Пб: РГПУ им. А.И. Герцена, 2002. С. 137–155.

ОСНОВЫ РУССКОЙ ОРФОЭПИИ

Слово орфоэпия — интернациональное: оно существует во многих языках и обозначает одно и то же — систему правил произношения. В переводе с греческого orthos — «прямой, правильный», a epos — «речь»; «орфоэпия» буквально — «правильная речь».
Как известно, главным отличительным качеством литературного языка является его нормативность. Каждая сфера литературного языка имеет свою систему норм, обязательную для всех его носителей (например, лексические, морфологические нормы). Если система орфографических норм обеспечивает единое написание, то орфоэпические (произносительные) нормы призваны унифицировать произношение.
Орфоэпическая норма — единственно возможный или предпочитаемый вариант правильного, образцового произношения и правильной постановки ударения. Соблюдение орфоэпических норм является необходимым признаком культурной, грамотной речи.
Норм, которые представляют собой единственную произносительную возможность, в языке много. Большинство явлений звуковой структуры языка реализуется на уровне нормы единообразно. Так, например, на месте орфографического о всегда произносится гласный, близкий к [а]: в[а]да' (вода'), [а]кно' (окно'), а на месте орфографических а, я, е — гласный, близкий к [и]: [ч'и]сы' (часы'), [п'и]ти' (пяти'), [в'и]ду' (веду'). Обязательно в произношении оглушаются звонкие парные согласные на конце слова: го'ро[т] (го'род), ду[п] (дуб); местоимение что произносится как [што].
Однако многие орфоэпические нормы воплощаются одновременно в нескольких вариантах: бу'ло[шн]ая и бу'ло[ч'н]ая (бу'лочная); ви[ж'ж']а'ть и ви[жж]а'ть (визжа'ть); до[ш'ш'] и до[шт'] (дождь); [сэ'ссия и [с'е']ссия, творо'г и тво'рог, о'тдал и отда'л и т. д.
Как же возникают варианты произношения?
Произносительные нормы современного русского языка сложились ещё в первой половине XVIII века, но первоначально — как нормы московского говора, которые лишь постепенно стали приобретать характер национальных норм.
Русское литературное произношение закрепилось, приобрело характер национальной нормы в первой половине XIX века. Но уже во второй половине XIX века у московской нормы появился конкурент — петербургское произношение, которое постепенно усиливало свои притязания на роль общелитературного образца. Петербургское произношение не стало орфоэпической нормой, оно не было признано сценой, именно московской норме следовали артисты петербургских императорских театров. Некоторые особенности петербургского произношения оказали впоследствии существенное влияние на развитие системы русского литературного произношения.
Однако и московское произношение, сохранив свои главные черты (например, аканье), во многих случаях утратило былую роль произносительного канона.
Действительно, многие черты «образцового» московского произношения теперь практически утрачены литературным языком. Например, согласно старой московской орфоэпической норме большинство глаголов II спряжения в 3-м лице мн. числа произносились с окончанием -ут, -ют (т. е. так же, как и глаголы I спряжения): слы'[шу]т, хо'[д'у]т, хва'[л'у]т. Изменение произношения пошло здесь по пути сближения с орфографией. Теперь говорят: слы'[шъ]т, хо'[д'ъ]т, хва'[л'ъ]т, т. е. ближе к написанию -aт, -ят.
По старой московской норме после согласных к, г, х в прилагательных «одинокий», «строгий», «тихий» и глаголах типа «постукивать», «отпугивать», «размахивать» произносится звук, близкий в произношении к очень краткому [а] (в транскрипции обычно передаётся как [ъ]). Говорили: одино'[къ]й, стро'[гъ]й, ти'[хъ]й; посту'[къ]ватъ, отпу'[гъ]вать, разма'[хъ]вать.
В поэзии прошлого века эта особенность произношения широко использовалась в точных рифмах. Эти окончания часто писались через о. Поэтому в стихотворении М. Ю. Лермонтова «Парус» следует читать:

Белеет парус одинокой
В тумане моря голубом!…
Что ищет он в стране далёкой?
Что кинул он в краю родном?…

Сейчас у подобных прилагательных и глаголов распространяется орфографическое произношение: одино'[к'и]й, стро'[г'и]й, ти'[х'и]й; посту'[к'и]ватъ, отпу'[г'и]вать, разма[х'и]вать.
Конкуренция твёрдого (старомосковского) и мягкого (старопетербургского) произношения возвратных частиц (в личных формах глагола и в формах прошедшего времени) сейчас практически закрепилась победой мягкого варианта. Общепринятым стало мягкое произношение возвратных частиц: бою'[с'], собра'л[с'а], а не бою'[с], собра'л[са], как это было свойственно старомосковской норме.
Таким образом, былое противопоставление московского произношения петербургскому потеряло прежний смысл и можно утверждать, что в современном русском языке сформировалась единая произносительная норма.