Житие Кюммернис из Шёнау, записанное при содействии духа святого и настоятельницы монастыря сестер-бенедиктинок в клостере монахом пасхалисом

I. Вознамерившись описать житие Кюммернис, я взываю к исполняющему ее Святому Духу, дабы Он так же, как ее наделил редкостными добродетелями и ниспослал ей благодать мученической смерти, так и мне дал красноречие и гибкость мысли, чтобы события ее жизни я изложил достоверно и по порядку и сумел облечь их в слова. Ибо я человек простой и неученый, ко всему прочему непросветленный, и изящество слога не моя стихия. Посему приношу извинения за бесхитростность, а может, наивность и дерзновенность, с коими я принимаюсь за описание жизни и смерти личности столь необычной, сколь и великой, и достойной столь же необычного и великого пера. Цель моего труда благочестива — я желаю засвидетельствовать правду и записать то, что хотя и случилось за много лет до моего появления на свет, но воистину имело место. И дабы закрыть уста тем, которые, не ведая ничего о ней, говорят, якобы ее не было.

НАЧАЛО ЖИЗНЕОПИСАНИЯ КЮММЕРНИС

II. Кюммернис родилась несовершенной, по разумению своего отца, однако же в том смысле, какой приписывают несовершенству люди, — ибо отец ее желал сына. Но иногда несовершенство в мире людей суть совершенство для Бога. Она была шестой дочерью в семье. Мать ее умерла родами, а потому, можно сказать, их пути разминулись — одна пришла, вторая ушла. Кюммернис получила при крещении имя Вильгефортис, или Вильга[6].

Произошло это в селении Шёнау, которое лежит у подножия гор. Горы служат преградой для северных ветров, а потому там тепло, на южных склонах иногда встречаются еще виноградники, свидетельствуя о том, что некогда эти земли были ближе к Богу и теплее. На западе величественно возвышаются другие горы, с плоскими вершинами, как будто некогда служившие столами великанам, а с востока Шёнау окружают мрачные и поросшие лесами холмы. К югу оттуда открывается широкая панорама чешской равнины, призывающей странствовать по свету. А посему отец Вильги не засиживался подолгу дома. Всю зиму напролет охотился, а с приходом весны снаряжался в дальние походы. Он был кряжист, вспыльчив и легко впадал в ярость. Своим дочерям подыскал нянек и мамок — вот и все, что, собственно, он мог для них сделать. Через несколько месяцев после появления на свет Вильги он отправился в Прагу, место сбора всевозможного рыцарства. Оттуда путь лежал в Святую землю.

ДЕТСТВО КЮММЕРНИС

III. Вильга первые годы своей жизни провела среди женщин: своих сестер, нянек и служанок. Дом был полон детей и гомона. Однажды отец хотел подозвать ее, но забыл имя, ибо столько имел детей, так был обременен заботами, в стольких войнах участвовал, столько у него было подданных, что имя дочери стерлось в его памяти. В одну из зим отец ее, вернувшись из похода, привез новую жену. Маленькая девочка полюбила мачеху больше жизни. Восхищалась ее красотой, прелестным голосом и белыми пальцами, которые извлекали из инструментов дивные звуки. Глядя на нее, Вильга думала, что когда-нибудь тоже станет такой — легкой, прекрасной и нежной, как пух.

Тело Вильги развивалось сообразно ее мечтам — девушка росла и хорошела, всяк, кто ее видел, безмолвно восторгался этим чудом творения. Оттого многие рыцари и господа с нетерпением ожидали возвращения отца и властелина девушки, чтобы высватать ее себе и, опередив иных, предложить руку и сердце.

IV. Как-то раз, когда все уже два года ждали возвращения отца, мужа и повелителя, явился некий изнуренный дорогой молодой рыцарь и объявил, что якобы видел его тело меж других погибших воинов в испепеленном солнцем крае. Сей человек пробыл у них все лето, утешая мачеху сладкими песнями, прогулками по саду и рассказами о лазурных морях и золотых вратах Иерусалима. Однако потом исчез навсегда. Мачеха рыдала, ее инструмент с полопавшимися струнами лежал на полу.

Отец вернулся вскорости после этого, темной ночью. Зажгли факелы, и все вышли его встречать. Он был небрит и грязен, уже издалека от него разило кровью. Его конь тут же пал от изнеможения, но барон даже не взглянул на него.

Взор отца скользил по лицам дочерей и замер на прекрасной Вильге, ей же почудилось, что она видит чужого человека.

Спустя несколько дней любимая Вильгина мачеха умерла, изойдя кровью, а отец, несмотря на траур, в один день выдал пять дочерей за самых лучших своих рыцарей. Вильга, единственная слишком юная для замужества, была определена в монастырь.