По мере возрастания удельного веса машинной продукции, предназначенной для бытовых нужд, вызревают объективные предпосылки для нового этапа развития прикладного искусства — индустриального периода.

В ходе интенсивного развития капиталистических отношений в России XIX века неуклонно увеличиваются мощности промышленного производства, едва поспевающего за темпами роста потребностей рынка. К середине XIX века уже остро ощущается необходимость в художественно профессиональных кадрах разработчиков изделий и мастеров. Для их подготовки открываются специализированные учебные заведения в Москве (графа Строганова) и Петербурге (барона Штиглица). Само их наименование — «училища технического рисования» — говорит о появлении художника нового типа. С 1860 года получает развитие специальное ремесленное образование мастеров-исполнителей, в частности «модельщиков». Выпускается много книг по вопросам технологии обработки различных материалов: древесины, бронзы, железа, золота и др. С середины XIX века формируются науки, связанные с вопросами гигиены труда и пользования предметами быта.

Первая четверть XIX века ознаменовалась общим подъемом идейности и строительного размаха в русской архитектуре, что вызвало значительное оживление и в прикладном искусстве. Победа в войне 1812 года в определенной мере ускоряет и завершает процесс формирования русской национальной культуры, приобретающей общеевропейское значение. Деятельность наиболее известных зодчих — Воронихина, Кваренги, Казакова, тесно связанная с классицизмом предшествующей поры, приходится только на первое десятилетие века. На смену им выдвигается плеяда таких замечательных мастеров, как Росси, Стасов, Григорьев, Бове, принесших в русское искусство новые идеи, иной стилевой дух.

Строгость и монументальность являются характерными особенностями архитектуры и форм различных предметов быта стиля ампир. В последних заметно изменяются декоративные мотивы, точнее, расширяется их типология за счет использования декоративной символики Древнего Египта и Рима — грифонов, сфинксов, фасций, военных атрибутов («трофеев»), перевитых гирляндой венков и др. По сравнению с образчиками раннего классицизма вообще возрастает количество декора, его «зрительный вес» в композиционном решении изделий. Монументализация, порой как бы огрубление форм, происходит из-за большей обобщенности и геометризованности классических орнаментальных мотивов — оканта, венков, лиры, доспехов и др., которые все более удаляются от своих реальных прообразов. Почти полностью исчезает живописная (сценки, пейзажи, букеты) роспись предметов. Орнамент стремится к пятну, контурности, аппликативности. Изделия в своем большинстве, особенно мебель, становятся крупными, массивными, но разнообразными по общей конфигурации, силуэту. Однако к середине XIX века гарнитуры мебели по составу, типажу и размерам все более приспособляются к габаритам небольших квартир. Тяжеловесность ампира в предметах мебели почти пропадает уже в 1830-х годах.

С середины XIX века начинается широкое строительство во всех городах так называемых доходных домов, отдельные квартиры которых сдавались владельцами в наем. Выросшая в рамках сословно-феодального общества разночинческая прослойка (преимущественно из нее выходили инженеры, врачи, учителя и т.д.), а также возникшие в капиталистических кругах тенденции организовать быт по своей специфической мерке стали одним из самых значимых факторов новых исканий в области архитектуры, прикладного и промышленного творчества.

Намного меньшие по объему помещения доходных домов и особняков буржуазии требовали и соответствующей обстановки. С этим связано рождение европейского художественного направления, получившего название «бидермейер», по имени буржуа — одного из персонажей немецкого писателя Л. Эйхродта с его идеалом уюта, интимности и экономности. За образец берутся дворцовые изделия начала XIX века, но уменьшается их величина, облегчается и более скромной становится их форма.

Во второй половине XIX века происходит дальнейшее вытеснение ручного труда из производства утилитарно-бытовых изделий. Веками складывавшиеся способы и приемы их художественного решения, принципы формообразования вступают в противоречие с новыми экономическими тенденциями массовости и рентабельности производства вещей на рынок. Реакция на изменяющуюся ситуацию двойственна. Одни мастера — их большинство — идут на компромиссы. Считая нерушимым традиционный взгляд на все бытовые вещи как предмет декоративно-прикладного искусства, они начинают приноравливать орнаментальные мотивы классицизма к возможностям машины и серийных технологий. Появляются «эффективные» виды декора и отделки изделий. Еще в 1830-х годах в Англии Генри Куль выдвигает внешне реформаторский лозунг — украшать фабричные изделия элементами «из мира форм изящных искусств». Многие промышленники охотно подхватывают лозунг, стремясь максимально использовать в своих интересах привязанность потребительской массы к внешне украшенным, орнаментально обогащенным формам предметов домашней обстановки.