Участие Соединенных Штатов в войне, 1917–1918 годы — КиберПедия


Поперечные профили набережных и береговой полосы: На городских территориях берегоукрепление проектируют с учетом технических и экономических требований, но особое значение придают эстетическим...

Общие условия выбора системы дренажа: Система дренажа выбирается в зависимости от характера защищаемого...

Участие Соединенных Штатов в войне, 1917–1918 годы



 

Участие в вооруженном конфликте требовало от США выполнения ряда условий: укрепления армии, мобилизации всех ресурсов, повышения государственных доходов и усиления федеральной власти. А учитывая масштаб войны, речь шла о значительном усилении правительства. То расширение национальной власти, которое произошло в Америке благодаря прогрессивной реформе, теперь должно было послужить установлению нового порядка во всем мире.

Прежде всего требовалось создать сильную армию. На момент вступления в войну вооруженные силы Соединенных Штатов насчитывали 200 тыс. военнослужащих, к концу войны эта цифра увеличилась в 25 раз. Основной прирост (3 млн) обеспечило введение обязательной воинской повинности, остальные 2 млн появились за счет добровольцев. Сорок процентов служило во Франции в составе Американских экспедиционных войск. Командовал этой армией генерал Першинг – опытный военный, который до того уже участвовал в столкновениях с индейцами, филиппинцами и мексиканцами. Будучи сторонником строгой воинской дисциплины, он основательно вымуштровал своих подчиненных. На первых порах Першинг избегал массового участия американских солдат в военных действиях. Так продолжалось до весны 1918 года, когда Першинг, выведенный из терпения оборонительной тактикой британского командования, настоял на проведении наступательной операции. Генерал отказался рассредоточивать своих солдат по войскам союзников и сохранил американский корпус в виде отдельного соединения под собственным командованием.

К тому времени положение дел на военном театре складывалось не слишком удачно для союзников. На море они несли тяжелые потери из-за постоянных нападений немецких подводных лодок. На суше им тоже приходилось сдерживать натиск центральных держав, поскольку те сосредоточили большую часть своих войск на Западном фронте (это стало возможным в результате подписания Германией в марте 1918 года сепаратного мирного договора с большевистским правительством Ленина). Вступление в войну Соединенных Штатов изменило ход войны. Американские эсминцы активно включились в военные действия, значительно снизив к концу 1917 года как число немецких субмарин, так и эффективность их нападений. Военные корабли США обеспечивали конвоирование караванов торговых судов. Получив подкрепление, союзные силы в конце весны – начале лета сумели блокировать немецкое продвижение в направлении Кантиньи, Шато-Тьерри и Белло. В июле союзники начали собственное наступление. Двадцать шестого сентября генерал Першинг во главе миллионной армии развернул Маас-Аргонскую наступательную операцию. Совместными усилиями враг был отброшен. Наступление германских войск захлебнулось, это значительно подорвало боевой дух центральных держав, и вскоре они капитулировали. Союзники согласились на перемирие, что, по сути, означало конец войны.



 

Домашний фронт

 

Участие в войне подразумевало использование значительных людских и промышленных ресурсов. А это, в свою очередь, требовало беспрецедентной координации всей жизни в Америке. Как писал историк Дэвид М. Кеннеди, члены «американского общества – предельно раздробленного, в котором традиционно преобладали волюнтаристские настроения, должны были сойти с ума, чтобы действовать в соответствии с назначенными ролями». Война стала своеобразным экспериментом по внедрению прогрессистских принципов – коллективной деятельности, централизованного контроля и усиления народной власти. Искусно лавируя, Вильсон прокладывал курс «между скрытыми опасностями пассивного невмешательства и полновесным экономическим контролем со стороны государства».

Правительственные организации осуществляли контроль над ключевыми областями экономики. В промышленном секторе Военный совет по промышленности под началом финансиста Бернарда Баруха занимался правительственными закупками и надзирал за поставками сырья, выпуском продукции и процессом ценообразования. Совет сумел привлечь к своей деятельности и частные концерны, передав им часть выгодных заказов и добившись смягчения антитрестового законодательства. Результатом стало заметное укрепление крупного бизнеса. Для координации сельскохозяйственной деятельности было сформировано Управление по продовольствию, во главе которого встал опытный инженер Герберт Гувер. Благодаря ему продуктовое снабжение в стране значительно расширилось и стабилизировалось. Гувер справедливо рассудил, что механизмы свободного рынка сработают надежнее, чем принудительный контроль со стороны правительства. И действительно, повышение цен на сельскохозяйственную продукцию стимулировало американских фермеров, а искусственные спады производства, которые время от времени организовывал Гувер, помогали более экономному использованию ресурсов. В итоге повысилась механизация фермерского хозяйства, объемы сельскохозяйственной продукции заметно выросли, равно как и доходы самих производителей.



Участие в войне обошлось американцам в колоссальную сумму, превышавшую 33 млрд долларов. Нация, которая за долгие годы привыкла к сбалансированному бюджету, внезапно обнаружила, что ее расходы решительно не желают сходиться с доходами. В годы войны федеральное правительство тратило втрое больше, чем получало. Национальный долг, составлявший в начале войны 3 млрд долларов, к 1919 году вырос до 27 млрд. Отчасти это объяснялось финансовой политикой президента, который активно использовал займы для покрытия военных издержек. В результате налоги, то есть реальные деньги, покрывали лишь треть необходимой суммы, все остальное приходилось на долговые обязательства. Это неизбежно привело к росту инфляции и значительному повышению (чуть ли не вдвое) цен на большинство товаров.

Война существенно изменила материальное положение некоторых групп населения Соединенных Штатов. Благодаря деятельности Национального военного совета по труду, который защищал право рабочих на создание организаций, членство в профсоюзе возросло на 60 %. Для женщин открылись новые возможности на производстве. Участие в войне значительно (примерно на одну шестую) сократило число рабочих-мужчин, соответственно, на их места пришли женщины. В годы войны американки занимали 25 % всех рабочих мест на заводах и фабриках. Но и этого было мало. По мере расширения производства росла и потребность в рабочей силе. Около полумиллиона чернокожих южан снялись с насиженных мест и потянулись в крупные промышленные города Севера. В результате резко возросла численность черного населения в таких городах Среднего Запада, как Детройт, Чикаго, Кливленд и Гэри. На востоке эта тенденция вызвала недовольство у местного населения, в ряде городов (например, в Сент-Луисе, Нью-Йорке, Вашингтоне и том же Чикаго) возникли расовые беспорядки.

В годы войны усилилось влияние федерального правительства, как на производственную сферу, так и на общественное мнение. Комитет общественной информации играл роль мощной пропагандистской машины, выполняя сразу несколько задач: формируя демонический образ врага, по возможности американизируя собственных иммигрантов и насаждая в обществе выработанное на правительственном уровне отношение к войне. Тех, кто не желал поддаваться агитации, убеждали с помощью закона. Акт о шпионаже, принятый в 1917 году, а также акт о саботаже и подстрекательстве 1918 года были направлены не только против шпионов и саботажников. Под их действие подпадали и рядовые граждане, выражавшие несогласие с войной. Правительство возбудило свыше 2 тыс. судебных дел за антивоенные настроения. Преследование радикалов продолжались и в послевоенные годы, только теперь, в 1919–1920 годах, они проходили под знаком борьбы с большевистской «красной угрозой». В январе 1920 года министр юстиции провел рейд по трем десяткам американских городов, арестовав свыше 4 тыс. подозрительных радикалов.

 

Битва за мир

 

Державы-победительницы желали максимально ослабить Германию, расчленив и уничтожив основу ее военной мощи. Однако Вильсон в своих мечтах лелеял куда более грандиозные планы: он надеялся покончить не только с этой войной, но и вообще со всеми войнами в мире. Однако президента ждало жестокое разочарование: его предложения – благородные и справедливые, по мнению самого Вильсона, – не встретили понимания ни у европейских союзников, ни у американских сенаторов.

В январе 1918 года он подготовил проект договора, который носил не столько карательный, сколько миротворческий характер. Программа мероприятий, изложенная в четырнадцати пунктах, должна была устранить «главные стимулы к войне». Суть вильсоновской «программы мира» можно свести к пяти основным положениям. Во-первых, президент отстаивал приоритет демократии перед империализмом (для этого он предлагал ослабить колониальные амбиции и, напротив, расширить право государств на самоопределение). Во-вторых, он требовал покончить с секретностью и практиковать открытость в дипломатической деятельности. В-третьих, вместо системы ограничений он предлагал ввести свободу торговли и мореходства. В-четвертых, при решении международных споров советовал полагаться на силу морали, а не на силу оружия (в качестве решения предлагалась демилитаризация). И, наконец, в-пятых, призывал смирить узконациональные интересы во имя духа сотрудничества и коллективизма. Последнее предложение являлось, по мнению Вильсона, «кульминационным моментом всей программы, окончательным боем за свободу человечества». Для его реализации президент предлагал совместно учредить организацию под названием Лига Наций.

В январе 1919 года Вильсон представил свой план на Парижской мирной конференции – в противовес альтернативной повестке дня, предложенной Британией, Францией и Италией. В свете исключительной важности вопроса обсуждение велось на закрытой сессии, куда Германия и Советская Россия не были допущены. Предложение Вильсона о свободе торговли и мореходства не встретили должного отклика у остальных участников конференции. Не лучше обстояло дело и с правом наций на самоопределение: оно вступало в противоречие с существовавшими территориальными соглашениями. Принятая в результате система мандатов служила не уничтожению колониальной системы, а, скорее, ее перераспределению. Предложение о разоружении прошло, но только применительно к побежденным государствам. Мало того, выигравшие войну европейские союзники планировали примерно покарать врагов, раздробив их территории, равно как и проживавшие на них народы. Поскольку основной виновницей войны считалась Германия, то на нее налагался штраф в размере 30 млрд долларов – так сказать, в порядке компенсации расходов. Вильсону трудно было возражать, поскольку он никогда не выставлял свои мирные принципы в качестве предварительного условия для вступления Соединенных Штатов в войну. И вот теперь европейские союзники вынудили его пойти на уступки в основных вопросах.

Тем не менее Вильсон не желал отказываться от Лиги Наций. Он верил, что организация коллективной безопасности покончит с войнами и обеспечит стабильный мир во всем мире. Он надеялся, что сумеет добиться от сената ратификации мирного договора (а следовательно, и устава Лиги Наций как составной части). Однако и здесь президента ожидало горькое разочарование, отчасти по его собственной вине. Хотя на выборах 1918 года республиканцы сумели обеспечить себе большинство мест в Конгрессе, Вильсон не включил никого из них в состав «Мирной комиссии». Понятно, что обманутые в ожиданиях республиканцы не склонны были поддерживать президента. Они не преминули указать на многочисленные отступления от «программы мира», которые допускал сам Вильсон.

Наибольшие нарекания у критиков вызывал тот факт, что в случае ратификации мирного договора Соединенные Штаты должны будут подчиняться решениям Лиги Наций.

В этом вопросе вильсоновский идеализм действительно вступал в противоречие с американской традицией, предполагавшей независимость внешней политики. Пока США оставались вне всяких международных союзов, они были вольны выбирать, когда и куда им вмешиваться. Вступление в Лигу Наций, доказывал республиканский сенатор Уильям Э. Борах, противоречит национальным принципам американцев. Если договор будет утвержден, то Америке придется «раз и навсегда отказаться от своей великой политики «неприсоединения к запутанным европейским союзам», на которой вот уже сто пятьдесят лет базируется сила республики». Кроме того, данный мирный договор ущемлял «право нашего народа самостоятельно управлять своей судьбой, не подвергаясь никаким ограничениям – ни моральным, ни юридическим – со стороны иностранных держав». Концепция коллективной безопасности, столь милая сердцу Вильсона, вызвала дружное возмущение у тех, кто видел в ней угрозу американской независимости.

Критики потребовали внести необходимые изменения в устав Лиги Наций. Президент отказался идти на уступки. Вместо того он отправился в длительный тур по штатам, повсюду пропагандируя мирный договор и свое детище, Лигу Наций. Осенью 1919 года он вернулся в Вашингтон – вконец измотанный постоянными переездами и напряженным расписанием встреч. Второго октября у Вильсона случился обширный инсульт, который сделал его практически нетрудоспособным на оставшиеся полтора года президентства. В ноябре того же года сенат отказался ратифицировать Версальский договор. В 1921 году Соединенные Штаты подписали сепаратные мирные договоры с Германией, Австрией и Венгрией.

Первая мировая война стала шокирующим событием для всего мира: она продемонстрировала, сколь негуманной может быть наша цивилизация. Американцы стали всерьез сомневаться в возможности разумного и нравственного решения международных споров. Свыше 10 млн человек сложили головы на полях сражений, еще 20 млн получили различные ранения. Мирные переговоры обнаружили наличие глубоких противоречий в победном лагере союзников. Итоговые соглашения оставили чувство глубокой обиды в сердцах у немцев, на котором позже и сыграл Гитлер. Громкие разговоры о самоопределении подтолкнули к действиям таких националистических лидеров, как Хо Ши Мин и Махатма Ганди. Долгие прения в американском Конгрессе по поводу судьбы Лиги Наций лишь усилили тягу к автономной (а никак не коллективной) международной политике. И вдобавок ко всему события, связанные с завершением войны и мирными переговорами, окончательно испортили отношения между Советской Россией и Западом. Одностороннее решение Ленина о выходе из войны вызвало справедливое негодование у союзников (Соединенные Штаты не были исключением). В результате они не только исключили Россию из версальских переговоров, но и организовали в 1918 году коллективное военное вторжение с целью поддержки контрреволюции. Вплоть до 1920 года западные войска оставались на территории России.

Хуже всего то, что окончание войны не сняло международной напряженности. Скорее, следовало говорить о ее переориентации. Верный своим прогрессистским устремлениям Вильсон втянул нацию в войну. Но очень скоро Америка обнаружила, что не может переделать мир по своему образу и подобию. Потерпев поражение на пути реализации собственной социальной программы, послевоенная Америка подвергла ревизии и свои отношения с другими государствами, и основополагающие принципы прогрессизма. Желание вернуться к «привычным стандартам» возобладало над всеми лозунгами о коллективной ответственности.

 

 

Глава 11






Кормораздатчик мобильный электрифицированный: схема и процесс работы устройства...

Общие условия выбора системы дренажа: Система дренажа выбирается в зависимости от характера защищаемого...

Индивидуальные и групповые автопоилки: для животных. Схемы и конструкции...

Организация стока поверхностных вод: Наибольшее количество влаги на земном шаре испаряется с поверхности морей и океанов (88‰)...





© cyberpedia.su 2017-2020 - Не является автором материалов. Исключительное право сохранено за автором текста.
Если вы не хотите, чтобы данный материал был у нас на сайте, перейдите по ссылке: Нарушение авторских прав. Мы поможем в написании вашей работы!

0.008 с.