СИСТЕМНЫЙ ПОДХОД К РЕШЕНИЮ ПРОБЛЕМЫ «БОЛЕЗНИ УКАЧИВАНИЯ» — КиберПедия


Общие условия выбора системы дренажа: Система дренажа выбирается в зависимости от характера защищаемого...

Механическое удерживание земляных масс: Механическое удерживание земляных масс на склоне обеспечивают контрфорсными сооружениями различных конструкций...

СИСТЕМНЫЙ ПОДХОД К РЕШЕНИЮ ПРОБЛЕМЫ «БОЛЕЗНИ УКАЧИВАНИЯ»



Можно видеть два подхода к решению проблемы кинетоза использующие принципы системного анализа. Первый — изучение различных функциональных систем, участвующих в развитии кинетоза. Это, собственно, не в полной мере системный анализ а скорее предваряющий его подход, так как в данном случае рассматриваются субсистемы, составляющие систему, подлежащую анализу. Второй подход — это системный анализ кинетоза как целостной системы с отграничением зкзосистем, входящих вместе с данной системой в метасистему. Следует сказать о наличии в литературе большого числа данных в плане первого (предваряющего) подхода. Вместе с тем до настоящего времени в исчерпывающем виде не сформировано представление о кинетозе как о целостной систе-теме. Концепции, касающиеся преимущественно причин возникновения этого синдрома (его этиологии), были рассмотрены выше (лабиринтная, гемодипамическая и др.). Ниже мы остановимся на концепциях механизмов его развития (патогенеза).

Взгляд на «сенсорный конфликт» какна основную причину кинетоза.Наряду с отолитовой (лабиринтной) концепцией кинетоза, предполагающей ведущим фактором этого состояния чрезмерное раздражение отолитового (лабиринтного) аппарата, существовала так называемая копцепция сенсорного конфликта при болезни движения. Согласно этой концепции ведущим звеном кинетоза считается дисфункция в работе интегрирующих центров мозга вследствие несогласованного поступления к ним сенсорных потоков. Несоответствие информации, содержащейся в этих потоках, приводит к конфликту при их совмещении. Эта информация может поступать от вестибулярной системы, зрения и невестибулярных проприоцепторов. Раньше других подобная точка зрения была высказана Ирвином [438], который предположил, чгозрительное головокружение, чувство неопределенности своего положения в пространстве и тошнота, возникающие при морской болезни, вызваны несоответствием между непосредственными, истинными визуальными впечатлениями при качании и зри тельной «привычкой» видеть окружающее в статических условиях.

Концепция сенсорного конфликта как причины различных ф°Р болезни движения была сформулирована Клермонтом [339J-полагал, что кинетоз вызывается непривычным сочетанием, ко ликтом между ощущениями, обычно сочетающимися другим с собом. Подобного представления о механизме возникновения


лезии движения придерживались многие исследователи [146, 150, 291, 329, 401, 419, 446, 486, 504, 538 и др.].



Ряд авторов обращал внимание на то, что концепция сенсорного конфликта не исключала, а скорее дополняла лабиринтную концепцию в связи с тем, что «болезнь укачивания» возникает под влиянием чрезмерных воздействий на лабиринтные рецепторы, афферентация от которых в этом случае не согласуется е сигналами от других анализаторов пространства [146, 275, 450 и др.].

До конца 50-х годов основной причиной болезни движения считался конфликт между зрительной и вестибулярной афферен-тацией. В последующие годы определенное значение стали придавать конфликту внутри вестибулярной системы между сигналами от разных отолитов [244] и между афферентацией от отолитов и от полукружных каналов (275, 291, 401, 450 и др.]. Подобного рода конфликты, по мнению указанных авторов, могли быть причиной болезни движения в условиях невесомости, при движениях человека во вращающейся комнате, а также при его вращении вокруг горизонтальной оси.

М. Д. Емельянов указывал, что нарушения «функциональной системности» анализаторов пространства могут быть основой возникновения кииетоза. Исходя из предположения, что «адекватные вестибулярные раздражения в виде прямолинейных и угловых ускорений в орбитальных полетах в период невесомости практически отсутствовали» [86, с. 9], и основываясь на литературных данных «о возможности воспроизведения вегетативных расстройств и иллюзорных ощущений при раздражепии любого органа чувств» (там же, с. 10), он высказал мнение, согласно которому решающим фактором возникновения неблагоприятных симптомов кинетоза является нарушение взаимодействия («конфликт») афферентных систем, в частности анализаторов пространства.

И. Ризоп и И. Брандт [504] полагают, что реальность концепции сенсорного конфликта для понимания кинетоза подтверждается ее продуктивностью в анализе механизмов адаптации организма к действию кинетозогенных факторов. При этом они указывают, что реакции, характерные для «болезни движения», могут рассматриваться но как изолированный феномен, а как часть широкого спектра реакций, связанных с так называемой сенсорной пеРоранжировкой. Этот термин был предложен Хелдом для си-Уацни, при которой соотношение потоков информации об этой туацци к разным рецепторам систематически отличается от со-тНотевия идентичных потоков информации в привычной для Рганилма обстановке [4141. Такие ситуации могут возникать при рпении очков, инвертирующих визуальное пространство,—




опыты Страттона 1542], при хождении человека во вращающейся комнате — опыты А. Грейбила [399], при активных движениях головой в невесомости — опыты Г. С. Титова [56].

И. Ризон и И. Брандт [504], обобщая имеющиеся в основном в западной литературе данные, касающиеся сенсорной проблемы, приходят к выводу, что этот конфликт — исключительный фактор болезни движения. Они анализируют шесть видов такого конфликта: три между зрительной и гравирецепторной информацией, три между сигналами отолитовых рецепторов и рецепторов полукружных каналов. Приведем эти виды сенсорных конфликтов и те ситуации из числа описанных Ризоном и Брандтом, которые, по нашему мнению, правильно иллюстрируют эти конфликты, чего нельзя сказать про некоторые другие ситуации, описываемые этими авторами (см. пиже).

I. Конфликт между зрительной афферентацией (ЗА) и гра-виинерционной афферентацией (ГА).

1) ЗА и ГА изменяются, но эти изменения не соответствуют друг другу. Пример подобной ситуации: движение головой при ношении очков, искажающих или инвертирующих видимое пространство.

2) ЗА изменяется при неизменпой ГА. Пример: «управление» неподвижной транспортной моделью при движении относительно нее видимого пространства.

3) ГА изменяется при неизменной ЗА. Пример: раскачивание человека, фиксированного в закрытой, без окон, кабипе.

II. Конфликт между купулярной афферентацией (КА) от полукружных каналов и макулярной афферентацией (МА) от рецепторов отолитов.

1) КА и МА изменяются, по эти изменения не соответствуют друг другу. Пример: человек двигает (вращает) головой вокруг оси иной, чем та, вокруг которой его в это время вращают.

2) К А изменяется при пеизменной МА. Пример: тепловая (ка лорическая) вестибулярная стимуляция (орошение теплой водой паружного слухового прохода).

3) МА изменяется при неизменной КА. Пример: равномерное вращение человека вокруг оси, наклонепной относительно вертикали.

По нашему мнению, дифференциация различных типов и видов сенсорного конфликта, изложенная выше, несомненно, представляет интерес для понимапия различных по характеру ситуаций, вызывающих кинетоз, и для разработки мер профилактики неблагоприятных его проявлений. Вместе с тем следует сказать, что обращение к данной концепции, как к единственной правильно определяющей ведущий фактор болезни движения, обедняет тео-


ретические решения указанных авторов. Следует также сказать, что Ризон и Брандт, проанализировав два типа конфликтов — „[анализаторный и внутрилабиринтный, не поднялись до системного анализа кинетоза, т. е. до анализа кинетоза как системы.

Мы считаем, что сенсорный конфликт следует рассматривать как фрагмент функциональной системы этого состояния. Во многих ситуациях сенсорный конфликт действительно может выступать в качестве ведущего, пускового звена болезни движения, рассмотрим, какое место занимает он в общей системе болезни движения. Конфликтные ситуации, выступающие в качестве факторов кинетоза, выходят за рамки сенсорных систем организма, речь должна идти о конфликтах между информационными «потопами», актуализирующимися в организме, т. е. об «информационных конфликтах». Необходимо учитывать, что они разворачиваются на разных иерархических уровнях организма. Рассмотрим иерархическое подразделение информационных конфликтов при кипетозе, начиная с их низкого уровня (см. табл.).

К этому уровню следует отнести внутрнанализаторные конфликты. В вестибулярной системе примерами такого рода конфликтов являются: несоответствия сигналов от разных отолитов при невесомости или сигналов от отолитов и полукружных каналов, к примеру при равномерном вращении человека внутри закрытой камеры вокруг оси, отличной от вертикальной и т. п. В зрительной системе это конфликт между сигналами о напряжении аккомодации, сигналами о копвергенции и сигналами о совмещении видимого изображения на диспаратных участках сетчатки. Ситуация несоответствия всех этих сигналов возможна при пользовании искажающими визуальное поле очками. В этом случае даже при неподвижной голове и фиксированном взгляде через некоторое время у человека могут возникнуть симптомы кинетоза.

К межанализаторным относятся конфликты между зрительной и гравирецепторной афферентацией. Следует сказать, что, анализируя этот конфликт, Ризон н Брандт не учитывали, что в ситуациях возникновения конфликта между этими видами афферентации участвуют также слуховой и тактильный анализаторы. Например, при невесомости, возникшей в закрытой кабине самолета или космического корабля, слуховая и тактильная афферента-Ция у фиксированного в кресле человека будет аналогично зрительным афферентным сигналам свидетельствовать о стабильности окружения. В то же время вестибулярная афферентация, по крайней мере в первые секунды невесомости, может способствовать актуализации представления об опускании лли о первворачива-вии кабины корабля.

конфликт между зрительным анализатором и остальпыми ана-


лизаторами пространства (вестибулярный, слуховой, тактильный кинестетический) возникает при хождении с очками, искажающими (инвертирующими) визуальное пространство.

Конфликт между слуховым ж прочими анализаторами может явиться причиной выраженных симптомов кинетоза ири пользовании наушниками, когда к наушнику, одетому на правое ухо поступают сигналы от микрофона, укрепленного около левого уха, а к наушнику, который слышит левое ухо, напротив, поступают сигналы от микрофона, размещенного у правого уха. При пользовании такой акустической системой у перемещающегося по комнате человека могут появиться симптомы кипетоза при условии, что это помещепие без звукопоглощающих стен.

Несколько иной вариант межанализаторпого конфликта возникает при пользовании наушниками, к каждому из которых раздельно поступают сигналы от соединенных с ними двух микрофонов. Симптомы кипетоза возникают, например, при размещении этих микрофонов на вращающемся диске, тогда как человек-аудитор сидит неподвижно.

Информационный конфликт между вестибулярной и слуховой системами в описанных опытах с использованием наушников, в режимах невесомости и т. п. разворачивается не только в центрах, интегрирующих афферентную информацию об изменении пространственного положения субъекта. В этих ситуациях своего рода конфликт возникает на уровне лабиринтных аппаратов, являющихся чрезвычайно сложными гидроиитеграторами не только сигналов о работе рецепторных аппаратов улитки, полукружных каналов и отолитов, но и сигналов об изменении внутричерепного и атмосферного давления. В невесомости, создаваемой в кабинах лифта, самолета, космического корабля, «гидросигналы» отолитов о «падении» субъекта, распространяющиеся через эндо- и экзолимфу, заполняющие перепончатый и костный лабиринты, не проходят надлежащей в таком случае интеграции с гидросигналами о падении, возбуждаемыми аппаратом улитки, так как последний не воспринял акустических эхо-сигналов о перемещении человека вниз относительно окружающих предметов, которое должно произойти при реальном падении. Напротив, эхо-сигналы свидетельствуют при невесомости, создаваемой в кабине, о стабильности внешней среды. Таким образом, как в вестибулярные, так и в акустические центры поступает возникающая на «досеисорпом» уровне информация конфликтного содержи ния. Этот конфликт, возникший за счет интеграции «гидросигналов» от сообщающихся полостей, содержащих отолиты и аппарат улитки, естественно, усугубляется за счет того, что давление на внутричерепной эндолимфатический «вырост» лабиринта И8Мд


няется, во-первых, из-за того, что внутричерепное Содержимое стало невесомым, во-вторых, из-за прилива крови к голове в невесомости.

До сих лор мы рассматривали варианты информационных конфликтов, которые можно расценивать как «сенсорные конфликты». Перейдем к анализу информационного конфликта более высокой иерархии, своего рода «надсенсорного конфликта».

Рассмотрим его на примере возникновения тошноты, рвоты, а также чувства слабости и т. п. при виде уродства, расчлененного человеческого тела и т. д. у лиц, непривычных к таким картинам. В этом случае имеет место конфликт между миестической информацией о привычном, нормальном, казалось бы, единственно возможном, единственно вероятном облике человека. Такая «невозможная» ситуация порождает за счет указанного информационного конфликта не вполне осознаваемые сигналы о нежелательности (недопустимости) и, накопец, об опасности такой ситуации. Эти сигналы (на неосознанном уровне) требуют организации защитного реагирования. Так как данная ситуация, допустим, беспрецедентна для данного человека, то в его памяти не запечатлено опыта поведения в такой ситуации. В качестве в определенном смысле «защитных» реакций актуализируются вегетативные симптомы кинетоза, в частности рвота, т. е. выбрасывание метаболитов. Эта экскреторно-эвакуаторная реакция, бесполезная в рассматриваемой ситуации, может быть защитной в случае накопления в организме токсических метаболитов или ядов. Таким образом, происходит выключение или невключение защитного эмоционально-двигательного реагирования, направленного на предотвращение опасности, и включение другой, менее «специфической» (менее остронаправленпой) вегетативной защитной реакции рвоты, потливости, слюнотечения и т. д.

Еще один вид информационного конфликта может быть отнесен к «надсенсорному» уровню, надо полагать, более высокой иерархии, чем только что рассмотренный. Он возникает при монотонном Раздражении стимулами, не теряющими субъективной значимости.

Например, при вертикальном качании сенсорные сигналы образуют нрц каждом движении вниз информацию об опасности Удара о землю. Следствием является комплексная «защитная» эмоционально-двигательная реакция (испуг, «лифтная», хватательная реакции и т. п.). При продолжающемся качании возника-ет конфликт между информацией в связи с «ожиданием» эффекта °т этой реакции, т. е. прекращения качания, и реально поступаю-Щей информацией (афферентация от анализаторов пространства) 0 прекращающемся повторении качания. Этот конфликт меж-ДУ реальной и прогнозированной информацией «дискредитиру-


ет» прогноз. Фило- и онтогенетическая установка на прогнозированную эффективность указанной защитной реакции «отменяется», так как текущая ситуация, первоначально оцениваемая как определенная, вероятная («понятная»), остается определенной, т. е. реально происходящей, становясь при этом субъективно невероятной, субъективно невозможной («непонятной»).

При действии некоторых экстремальных факторов могут одновременно возникать информационные конфликты разных иерархических уровней. Например, при невесомости имеет место: 1) конфликт между гидросигналами разных отделов костио-черецного лабиринта; 2) впутрианализаторпый конфликт между сигналами от отолитовых рецепторов и рецепторов полукружных каналов и т. п.; 3) межанализаторный конфликт между зрительной, слуховой и прочей афферептациями о стабильности оптического и акустического пространства и гравирецепторными сигналами об изменении пространства; 4) конфликт на надсенсорном уровне между информацией, поступающей из фило- и онтогенетической памяти о беспрецедентпости (субъективной невероятности) такого явления, как невесомость, и информацией о реальности этого события; наконец, 5) многократные движепия и перемещения в невесомости порождают конфликт между прогнозом (информацией «ожидания») эффективности возникающих у ряда людей эмоционально-двигательных реакций, направленных на прекращение невесомости как начавшегося надения, и реальной информацией о неэффективности указанных реакций.

Таблица 4

Иерархический уровень Конфликт
«Надсенсорный» уровень конфликта Межанализаториый конфликт Внутрианализаторный конфликт Конфликт между концептом, обусловленным фило- и онтогенетически сформированной субъективной вероятностью ситуации и текущей информацией о реальном событии, «невероятном», «невозможном» с позиции фило- и онтогенетического опыта Конфликт между потоками информации, поступающим» от различных анализаторов пространства а) Конфликт между сенсорными сигналами, поступающими от разных рецеиторных образований одного анализатора; б) Конфликт между возможностями приема гравцинер-ционпых сигналов гравирецепторами и невозможностью адекватного анализа этих сигналов нервно-исихпчесьои сферой; в) Несоответствие («конфликт») между возможностью рецепции, обусловленной анатозормофизиологическими особенностями анализатора и параметрами воспринимаемого воздействия

Указанные виды «конфликтов» либо не осознаются, либо актуализируются в виде представлений, далеких от сущности этих конфликтов, например, как указывалось, в виде иллюзорных пространственных представлений или в виде ощущений неопределенного дискомфорта д т. д. (см. табл. 4). Естественно, несмотря ва отсутствие адекватного отражения в сознании, указанные «конфликты» участвуют в организации поведенческих эмоциональных и прочих реакций, являясь элементами этой организации.

Концептуальные модели развития болезни движения. Экспериментальные, методически хорошо оснащенные, обширные исследования реакций вегетативной системы при кинетозе были проведены Р. И. Баевским, Б. И. Поляковым. Эти исследования позволили дифференцировать значимость различных функциональ ных систем организма на разных этапах развития кинетоза [222].

На основании статистического исследования при вестибулярных пагрузках ритма сердечных сокращепий сделано заключение о том, что он может служить индикатором вегетативного дисбаланса при кинетозе [23]. Наиболее благоприятной формой вегетативного реагирования при этом, по мнению авторов, является повышение активности симпатической нервной системы со снижением активности парасимпатической. Неблагоприятное течение кинетоза протекает в двух случаях: 1) когда имеется высокая активность гуморального канала управления; 2) при наличии «парасимпатического преобладания» (там же, с. 98).

Комплексное исследование при кинетозе различных функциональных систем организма с выявлением тех, которые могут компенсировать друг друга, необходимо для дифференцирования целесообразных, т. е. в конечном итоге полезных для организма, реакций, от проявлений недостаточности или «поломки» биологической системы, вызванных чрезмерными или неадекватными нагрузками. В этом плапе интересным является исследование сердечно-сосудистой системы и системы внешнего дыхания при кратковременных (до 15 мнн.) «вестибулярных» нагрузках, проведенное Б. И. Поляковым [221]. Реакции рссиираторно-гемодипами ческой системы, согласно данным автора, свидетельствуют о различном кислородно-энергетическом снабжении тканей организма при той или иной форме кинетоза. При манифестированных экскре-торно-эвакуаторпых вегетативных реакциях, выраженных уже на первых пяти минутах (у людей, «подверженных укачиванию»), это снабжение уменьшалось за счет уменьшения «ударного вы 6-Роса» крови сердцем при незначительном увеличении «дыхатель-°го объема». У «устойчивых» к укачиванию, т. е. у выдержав-"hv пробу до 15 минут без возникновения заметных экскреторно-'вакуаторных вегетативных и других субъективно неприятных


 

реакций, в ходе пробы резко возраста.! дыхательный объем п" незначительном на первых трех минутах пробы возрастании, а з тем снижении «ударного выброса» крови. Автор высказал пр~ положение о «более высоком уровне системной организации в гетагнвных функций у людей, не подверженных укачиванию» (22 с. 77].

По нашему мнению, данные Б. И. Полякова позволяют сделать более широкие обобщения. Они свидетельствуют не стол ко о разном уровне организации, сколько о разной направленное" реакций респираторно-гемодинамической системы. У лиц, под верженных укачиванию в описанных им экспериментах, видимо, имело место уменьшение кровоснабжения тканей адекватно сни женню у них эмоционально-двигательной активности. Напротив, у лиц, не подверженных укачиванию, респираторно-гемодинами-ческая система служила возрастанию готовности организма и активизации эмоционально-двигательных реакций, характерны для данной группы лиц на начальном этапе развития у них кин~ тоза. Таким образом, как у «укачиваемых», так и у «неукаадвае мых» «системная организация вегетативных функций» (согласи терминологии Б. И. Полякова) была адекватна разным форм-' прогноза динамики экстремальной ситуации. У «укачиваемы этот прогноз основывается па целесообразности поведенческо реагирования в режиме «пережидания» неблагоприятной для о ганизма ситуации, исходя из «невозможности» прогнозирова активную ликвидацию этой ситуации силами организма (вследс вие отсутствия в фондах памяти адекватных сложившейся ситу ции программ реагирования). У «неукачиваемых» прогноз д наашки экстремальной ситуации основывался на целесообра ности нарастания готовности к активизации защитного поведени исходя из определенной субъективной вероятности ситуации. наличия в организме программы ликвидации данной ситуаци силами организма.

Таким образом, результаты исследований Б. И. Полякова согласуются с нашей концепцией о возникновении при кратковременной экстремальной ситуации двух типов эмоционально-двиг тельного реагирования. «Предпочтение» того или иного типа ре гировапня определяется той или иной сформированной лилии дуальным доминированием фило- и онтогенетически программ защитного поведения (см. ниже).

Особого внимания заслуживает концепция кннетоза, предя женная А. Е. Курашвили и В. И. Бабияком. По их мнению, с'" птомокомплекс укачивания может быть объяснен как явле «рассогласованности в гомеостатических системах организма, во пикающее на почве несоответствия между активностью предуг


товливающих механизмов (нейроэндокриштя регуляция) и пассивностью механизмов конечной реализации приспособления Гпрпгятельвые реалдни, работа сопряженных анализаторов)» 1173, с. 141. Итак, авторы предполагают наличие двух периодов в формировании кинетоза: во-первых, подготовку за счет «нейроэндо-крпнпой регуляции» защитных двигательных реакций, во-вторых, развития симптомов кинетоза как проявление рассогласования «гомеостатических систем организма» из-за того, что что-то помешало осуществлению этих движений. На вопрос о том, что мешает их осуществлению, авторы цитированной работы не отвечают, ограничиваясь замечанием о том, что «чаще всего рвота и типичный симптомокомплекс «болезни передвижения» возникает при пассивных качаниях» [Там же, с. 144], При этом они не используют собственные обширные данные о вестибуло-соматичных и ве-стибуло-гдазодвигательных реакциях, которые и есть те «защитные движения», предуготовяиваеяшв организмом в ответ ва гра-виинерционные воздействия. Следует учитывать, что наряду с затухающими существуют незатухающие вестибулярные сомато-двигательные и глазодвигательные реакции [67, 72, 273 и др.]. Совокупность тех и других составляет двигательную реакцию или преднастройку к этой реакции. Такие «преднастроечные» вестибуло-моторные реакции преобладают при угнетении двигательной активности во время «болезни движения». Двигательная активность подавляется при кинетооо, сменяясь адинамией. Вопрос, почему это происходит, остается у цитируемых авторов без ответа. Адинамия — элемент кинетоза, представляется им его причиной. Согласно А. Е. Курашвила и В. И. Бабияку «болезнь передвижения» — результат «рассогласования в гомеостатических системах организма», т. е. они примыкают к исследователям, которые относят этот синдром к категории нецелесообразных, вредных для организма последствий «дисфункции», «поломки» его структуры. Цитированные авторы полагают: «шголне вероятно, что именно ангионевротический комплекс служит начальным патогенетическим механизмом во всем симптомокомплсксо укачивания» (Там же, с. 160]. При этом причину указанной выше дисфункции они видят в «нарушении мозгового кровообращения ? °"еДнеиии кислородом жизненно важных образований мозга» Нам же, с. 160]. К нарушению кровоснабжения центральных и пеРиФерических отделов вестибулярного анализатора как к первопричине кинетоза обращались многие авторы [42, 43, 260 и др.].

пеР1"1еитальныс данные школы академиков А. С. Дмитриева »" улыгина позволяют рассматривать изменения церебраль-

г®м°Циркуляции как начальный механизм одного из звеньев Ч пнои вегетативной реакции при килетозе: этот механизм сопря-

Л- А- Кщаев-Смык 193


 

жен, в частности, со снижением эмоционально-двигательной активности [80 и др.].

По нашему мнению, первая фаза (стадия) кинетоза — защитное эмоционально-двигательное реагирование на первые, одиночные гравитоинерционные стимулы, сопровождается адекватными этому реагированию, обслуживающими его гемоциркулярныик реакциями, чаще вазодилятаторпыми. Согласно терминологии Г. Л. Комендантова и В. М. Копанева это «скрытая» фаза кинетоза. Переход ко второй фазе — пассивному эмоционально-двигательному реагированию — сопровождается преимущественно вазокопстрикторными реакциями, которые играют роль пусковых в развитии ряда симптомов кинетоза. При этом вегетативная активность выступает в роли «управляющей» но отношению к «запускаемым» эмоционально-психическим, поведенческим реакциям.

Известны данные, позволяющие считать, что снижение мышечной активности, предшествующее «вестибулярным» раздражениям, способствует большей выраженности вегетативных реакций при кннетозе [275, 276, 296 и др.]. Следовательно, адинамия как симптом кинетоза должна усугублять тяжесть его течения, т. е. может быть отнесена к числу «пусковых» факторов возникновения последующих «циклических» вегетативных реакций. Напротив* известио, что напряжение тех или иных мышечных групп снижает вегетативные проявления кинетоза [11]. По мнению авторов последнего сообщения, указанный эффект возможен за счет конвергенции афферентных мышечных импульсов на вестибулярные ядра.

О сложности взаимоотношений вегетативной и двигательной систем при кинетозе свидетельствуют данные М. Д. Емельянова [86]. Он обнаружил, что вегетативные расстройства, возникающие у испытуемых, расположенных на неустойчивой он<\ нее выражены при стабильных мышечных усилиях (при фиксации взгляда, при стабилизированном напряжепип скелетных мышц). Напротив, непроизвольная беспорядочная длительная активность глаз, балансирование испытуемого на неустойчивой опоре приводят к более выраженным вегетативным расстройствам.

На основе сопоставления результатов исследований кинетоза при кратковременных (режимы невесомости в авиационном полете) и длительных (многосуточное вращение) «кинетозогепных» воздействиях нами был предпринят анализ «болезни движения» с использованием принципов системного подхода. Исходным положением было выделение микро- и макростуктуры кинетоза.

Под микроструктурой понималась реакция в ответ на одиночный гравитационный, инерционный и другие динамические воз-


действия, сигнализирующие об изменении положения субъекта относительно пространства. Такое воздействие, как правило, вызывало двухфазную реакцию. Первая фаза — это рефлекторная, двигательная реакция, которая, как правило, имела эмоциональную окраску 155, 73, 80, 173, 275, 478 и др.]. Вслед за рефлекторной реакцией имело место непродолжительное оживление поведения, что также сопровождалось эмоциональными реакциями. Эти две основные фазы реагирования являлись реализацией фило-и онтогенетической программ защитного реагирования на одиночный экстремальный гравиинерционный стимул (см. вьнпе). Данная программа предусматривала предотвращение опасности нежелательного изменения положения субъекта в пространстве (потери равновесия, падения и т. п.), о котором с той или иной субъективной вероятностью сигнализировал гравиинерционный стимул.

Многократное (непрерывное) повторение подобных стимулов создает ситуацию, когда указаппое защитное реагирование не предотвращает последующих стимулов и поэтому оказывается «бесиолезным», т. е. программа этого реагирования оказывается «дискредитированной» (это не осознается субъектом) как неадекватная требованиям ситуации. Эмоциональпо-двигательное реагирование на такие воздействия — стимулы угасает, сменяясь адинамией, апатией и т. д. Информация о неадекватности рефлекторного реагирования «включает» менее специфическое, «защитное», вегетативпое реагирование: экскреторпо-эвакуаторные, гомеоциркулярные, гемопоэтические и т. и. реакции, которые сменяют «дискредитировавшие» себя эмоционально-двигательные защитные реакции.

Развитие проявлений кинетоза со сменой указанных стадий нами предложено рассматривать как его макроструктуру [123, 126 и др.). Таким образом, данная концепция кинетоза обращает внимание на смену разных представлений о субъективно-вероятностном прогнозе опасности экстремальной ситуации. При кине-тозе реализуются разные «степени» прогнозирования. Концепт прогноза первой степени актуализируется на основе информации об опасности изменения пространственной среды (опасности первого рода). На основе такого прогноза осуществляется микроструктурный элемент кинетоза. Концепт прогноза второй степени возникает на базе информации о том, что концепт прогноза первой стенепи не адекватен действительной реальной экстремальной ситуации. Прогноз второй степени служит основанием для реализации макроструктуры кинетоза. Адаптация к условиям гравпиыерциопной стимуляции осуществляется за счот формирования новой функциональной системы пространственной ориен-

7*


тации и сеысомоторной координации; при этом угасает бол очевидная вегетативная активность. Следовательно, «привыканий к укачиванию предусматривает исчезновение указанных пыше концептов прогноза первой, а затем второй степени. Таким образом, первоначально «отменяется» прогпоз опасного изменения пространства — «опасности» первого рода. В дальнейшем также «отменяется» прогноз «опасности» второго рода, возможной из-за неадекватного реагирования на стимулы, информирующие об; опасности первого рода.

Следует сказать, что непрекращающееся экстремальное воздействие может формировать и другие, помимо указанного, концепты субъективно-вероятностного прогнозирования более чем первой «степени». Их актуализация обусловливает смену форм защитной биологической активности (эмоционально-двигательной, вегетативпой, интеллектуально-мыслительной, социально-психологической и др.) [126 и др.].

Данная концепция указывает на возможность новых принципов профотбора операторов для работы в кинетозогенной среде и для разработки лечебно-профилактических мероприятий при «болезни движения».

Разработанные А. Грейбилом с использованием принципов системного анализа концепции кипетоза отличаются смелостью и петривиальностью и опираются на обширный экспериментальный материал. Будучи одним из ведущих зарубежных специалистов в области исследования прикладных аспектов пространственной ориентации человека, оп был привлечен к решению прикладных проблем «болезни движения». А. Грейбил предлагает рассматривать кинетоз как «внесистемные нарушения функционала». При кинетозе возникает некий, еще не до конца определенный комплекс функциональных расстройств, «внесистемный» по отношению к «внутрисистемным» реакциям. «Внесистемные расстройства» и «внутрисистемные вестибулярные реакции» находятся в тесном взаимодействии [72, с. 288]. Болезнь движения он расценивает как комплекс «абсурдных реакций», в основе которых лежит происходящий в пределах центров вестибулярного анализатора «выход нейронной активности за пределы нормы» (Там же, с. 301). [absurdus (лат.) — неприятный, неуместный и т. п.] Он предполагает, что для осуществления кинетоза (в соответствующих условиях) в организме имеются структуры, обеспечивающие распространение этой активности по некоторым нервным путям, облегчающим возникновение вегетативных реакций, к областям, где формируются симптомы болезни движения. В нормальном состоянии, т. е. в отсутствии симптомов кипетоза, эти гипотетический структуры, по мнению А. Грейбила, не функционируют [72, с. 288].


A. Грейбил, видимо, предполагает эволюционную обусловленность жеазанных гипотетических, функционирующих только при кинетозе нервных путей. Среди симптомов кинетоза он выделяет реакции первого порядка (например, повышение потливости), второго порядка (папример, сонливость) и третьего порядка — нарушение сложных поведенческих реакций.

В отечественной литературе также проводилось «подразлсле-ние» разных уровней реакций при кинетозе, указывалось на иерархию утих уровней [541. Разделение реакций, возникающих а невесомости, на вегетативные и нервно-психические было положено в основу классификации нарушений самочувствия и работоспособности людей в невесомости [123, 126 и др.]. Кроме того, было высказано мнение, что иерархическая зависимость между этими двумя видами реакций мепяется на разных стадиях кинето-за. Если на стадии рефлекторной активизации двигательных функции в ответ на первые (одиночные) гравиинерционные стимулы вегетативные реакции (I порядка) «обслуживают» двигательные и эмоциональные реакции (II и III порядка), то па этапе выражен-ных проявлений «болезни движения» вегетативная сфера может оказывать, условно говоря, управляющее действие, инициируя некоторые психические проявления. Например, как показано

B. И. Медведевым, субъективно переживаемое чувство общей слабости обусловливается, в частности, выбросом с мочой некоторых активаторов мышечной деятельности.

Неспособность субъекта точно воспроизвести желаемое движение п измененной гравиинерционной среде (во вращающейся комнате), а также возникающие при этом зрительные иллюзии и иллюзорные ощущения движения А. Грейбил рассматривал как необычные, «пенормальные» внутрисистемные реакции вестибулярной системы. Выраженность указанных иллюзий находится в прямой зависимости (как указано А. Грейбилом, эта зависимость статистически недостоверна) с последующей выраженностью неблагоприятных проявлений болезни движения. Из этого следует, что выраженность сепсорпых иллюзий может иметь при кинетозе прогностическое значение. Цитируемый автор дифференцировал вестибулярные иллюзии на возникающие при преимущественном раздражении отолитов и при стимуляции полукружных каналов. Ло нашему мпению, такое разделение иллюзий с последующей дифференциацией их в зависимости от выраженности поме шало А. Грейбилу получить статистически достоверную корреляцию индивидуальной выраженности иллюзий с индивидуальной склонностью к последующим болезненным проявлениям кипстоза.

В ходе экспериментов во вращающемся степде «Орбита» (нро-водпмых в нашей стране в те же годы, что и эксперименты А. Грей-


била) была выявлена статистически достоверная полож<






Общие условия выбора системы дренажа: Система дренажа выбирается в зависимости от характера защищаемого...

Опора деревянной одностоечной и способы укрепление угловых опор: Опоры ВЛ - конструкции, предназначен­ные для поддерживания проводов на необходимой высоте над землей, водой...

Индивидуальные и групповые автопоилки: для животных. Схемы и конструкции...

Механическое удерживание земляных масс: Механическое удерживание земляных масс на склоне обеспечивают контрфорсными сооружениями различных конструкций...





© cyberpedia.su 2017-2020 - Не является автором материалов. Исключительное право сохранено за автором текста.
Если вы не хотите, чтобы данный материал был у нас на сайте, перейдите по ссылке: Нарушение авторских прав. Мы поможем в написании вашей работы!

0.024 с.