Коренное отличие марксистско-ленинской теории классов и классовой борьбы от предшествовавших теорий — КиберПедия 

Папиллярные узоры пальцев рук - маркер спортивных способностей: дерматоглифические признаки формируются на 3-5 месяце беременности, не изменяются в течение жизни...

Индивидуальные и групповые автопоилки: для животных. Схемы и конструкции...

Коренное отличие марксистско-ленинской теории классов и классовой борьбы от предшествовавших теорий



О том, что общество делится на богатых и бедных, имущих и неимущих, знали задолго до Маркса и Энгельса. Однако основы классового деления, его коренные причины оставались скрытыми. Во всех предшествующих капитализму антагонистических общественно-экономических формациях разделение на классы выступало в форме разделения на сословия, было прикрыто правовой (юридической) оболочкой, освящено традицией, правом, религией. Только с возникновением и развитием капиталистических отношений классовое расчленение обнажилось: в обществе все в большей и большей мере выступало разделение на два противоположных класса, один из которых владеет средствами производства, а другой — лишен их, обладая лишь своей рабочей силой. В эту эпоху, в эпоху капитализма, и были сделаны первые попытки вскрыть основу классового деления.

Крупнейшие представители английской буржуазной политической экономии конца XVIII и начала XIX в. — Адам Смит и Давид Рикардо пытались доказать, что деление капиталистического общества на классы — не случайное явление, что оно связано с экономическими отношениями. Смит утверждал, что весь общественный продукт распадается на три части — ренту, заработную плату и прибыль и «составляет доход трех различных классов народа: тех, кто живет на ренту, тех, кто живет на заработную плату, и тех, кто живет на прибыль с капитала. Это три главных, основных и первоначальных класса в каждом цивилизованном обществе». Таким образом, существование классов землевладельцев, пролетариев и капиталистов Смит объяснял различными источниками, способами получения дохода.

Хотя эта попытка открыть экономическую основу классового деления представляла шаг вперед в изучении общества, она еще не вскрывала действительных причин классового деления, ибо они лежат не в сфере распределения, а в сфере производства. К тому же у Смита и у Рикардо деление общества на три класса — землевладельцев, капиталистов, пролетариев — выступало как естественное и вечное. Ни Смит, ни Рикардо не видели того, что разделение общества на классы сложилось исторически.

Французские буржуазные историки 20 — 30-х годов XIX в., т. е. периода феодальной реставрации, Тьерри, Минье, Гизо подошли к анализу классов с другой стороны. Многообразные события буржуазных революций XVII — XVIII вв. рассматривались этими историками как проявление борьбы классов и прежде всего как результат борьбы «третьего сословия» против феодалов. Ключ к пониманию политической истории они искали в гражданском быте людей, т. е. в экономических условиях существования различных классов. Однако и французские историки подобно английским экономистам не сумели вскрыть подлинную основу классового расчленения. Происхождение классов они объясняли завоеванием, тем, что один народ, покорив другой, стал господствующим классом. Классовую борьбу эти буржуазные историки признавали «законной» и необходимой лишь до тех пор, пока ее вела буржуазия против феодалов; что же касается классовой борьбы пролетариата против буржуазии, то ее они считали «величайшим злом», «социальным бичом».



Не способны были создать научную теорию классов и утопические социалисты. Они подвергали острой критике капиталистический строй, но, будучи идеалистами в понимании общественных явлений, не могли понять материальную экономическую основу классового деления. Вследствие этого у утопических социалистов не было ясного представления о расчленении общества на классы. Так, например, Сен-Симон считал, что французское общество делится на два класса: «праздных» (тунеядцев) и «промышленников» (трудящихся). К последним Сен-Симон относил всех занятых в производстве как в качестве рабочих, так и в качестве предпринимателей. Противоречия между пролетариями и предпринимателями казались Сен-Симону несущественными, он считал возможным примирить эти противоречия и установить «идеальный промышленный строй», в котором «промышленники» станут первым классом. На взглядах Сен-Симона, как и других утопических социалистов начала XIX в., лежал отпечаток незрелости капиталистических отношений, когда противоположность между буржуазией и пролетариатом еще недостаточно проявилась.

Чтобы выработать научную теорию классов, нужно было стать на позиции нового класса, последовательно революционного, заинтересованного в уничтожении всякой эксплуатации и способного ввиду этого безбоязненно вскрыть глубочайшие основы классового деления. Идеологами такого класса — революционного пролетариата — и выступили Маркс и Энгельс.



В противоположность буржуазным теориям, увековечивавшим классовое деление, Маркс и Энгельс не рассматривали классы как нечто вечное и незыблемое, а, напротив, открыли исторически преходящий характер каждой формы классового общества и классового деления вообще. Они впервые открыли связь между разделением общества на классы и условиями материальной жизни общества, показали, что существование классов вытекает из способа производства, господствующего в данном обществе.

«Что касается меня, — писал Маркс Вейдемейеру 5 марта 1852 г., — то мне не принадлежит ни та заслуга, что я открыл существование классов в современном обществе, ни та, что я открыл их борьбу между собой. Буржуазные историки задолго до меня изложили историческое развитие этой борьбы классов, а буржуазные экономисты — экономическую анатомию классов. То, что я сделал нового, состояло в доказательстве следующего: 1) что существование классов связано лишь с определенными историческими фазами развития производства, 2) что классовая борьба необходимо ведет к диктатуре пролетариата, 3) что эта диктатура сама составляет лишь переход к уничтожению всяких классов и к обществу без классов». (К. Маркс и Ф. Энгельс, Избранные письма, 1947, стр. 63.)

Значение марксистско-ленинской теории классов и классовой борьбы заключается в том, что она дает научную основу для политики, тактики пролетариата и указывает ему пути борьбы за социализм. Марксизм впервые с научной точностью определил положение и роль каждого из классов капиталистического общества и с полной ясностью выразил историческую роль пролетариата как единственного класса, способного возглавить борьбу за свержение капитализма, за создание бесклассового коммунистического общества. Маркс и Энгельс всесторонне, научно доказали, что классовая борьба пролетариата с необходимостью ведет к завоеванию им политической власти, к установлению диктатуры пролетариата, которая является важнейшим орудием для построения коммунизма.

«Тактической основой научного социализма, — указывал товарищ Сталин, — является учение о непримиримой классовой борьбе, ибо это — лучшее оружие в руках пролетариата. Классовая борьба пролетариата — это то оружие, при помощи которого он завоюет политическую власть и затем экспроприирует буржуазию для установления социализма». (И. В. Сталин, Соч., т. 1, стр. 353.)

Марксистско-ленинская теория классов и классовой борьбы является надежным идейным оружием революционной партии пролетариата.

Определение классов

Маркс, Энгельс, Ленин и Сталин показали, что источник классового деления общества нужно искать в характере способа производства. В соответствии с достигнутым уровнем развития производительных сил между людьми устанавливаются определенные производственные отношения. Состояние производственных отношений характеризуется тем, в чьем владении находятся средства производства: в распоряжении всего общества или отдельных лиц, групп, классов, использующих средства производства для эксплуатации других лиц, групп, классов.

Если средства производства находятся в распоряжении всего общества (как это, например, было при первобытно-общинном строе), то нет почвы для существования общественных классов. Если средства производства находятся в собственности той или иной части общества (как это имеет место при рабовладельческом, феодальном или капиталистическом строе), то общество разделено на классы. Главная, решающая черта классового общества — разделение общества на такие группы, из которых одни владеют средствами производства, а другие частично или полностью лишены их. Это и дает возможность одной части общества присваивать себе труд другой.

Наиболее глубокое и всестороннее определение классов дал В. И. Ленин в брошюре «Великий почин»: «Классами называются большие группы людей, различающиеся по их месту в исторически определенной системе общественного производства, по их отношению (большей частью закрепленному и оформленному в законах) к средствам производства, по их роли в общественной организации труда, а, следовательно, по способам получения и размерам той доли общественного богатства, которой они располагают. Классы, это такие группы людей, из которых одна может себе присваивать труд другой, благодаря различию их места в определенном укладе общественного хозяйства». (В. И. Ленин, Соч., т. 29, изд. 4, стр. 388.)

Итак, Ленин указывает, что классы различаются друг от друга прежде всего своим местом в исторически определенной системе общественного производства. Это значит, что каждый класс связан с тем или иным исторически определенным способом производства. Каждому антагонистическому способу производства свойственно свое разделение общества на классы: рабовладельческому способу производства — разделение на рабовладельцев и рабов, феодальному — на феодалов и крепостных, капиталистическому — на капиталистов и пролетариев. Внутри каждой системы общественного производства эти классы занимают диаметрально противоположное положение: один из них является господствующим, другой — подчиненным.

Различие места в системе общественного производства вытекает из различного отношения классов к средствам производства. Господствующий класс обладает монополией на средства производства, т. е. ему принадлежит собственность на все или по крайней мере на важнейшие средства производства, тогда как угнетенный класс полностью или частично лишен собственности на средства производства. Как отмечает Ленин, отношение классов к средствам производства большей частью закрепляется и оформляется в законах: государство охраняет собственность господствующего класса. Так, например, при капитализме закон стоит на страже частной собственности как экономической основы капиталистического строя, объявляя ее «священной и неприкосновенной».

Из различного отношения к средствам производства как коренного, решающего признака вытекают и все остальные признаки классов, в том числе и роль классов в общественной организации труда. Господствующие, эксплуататорские классы, составляющие меньшинство населения, сосредоточивают в своих руках управление производством, заведывание государственными делами, превращают умственный труд в свою монополию, тогда как огромное большинство населения, принадлежащее к угнетенным, эксплуатируемым классам, обречено на изнуряющий, тяжелый физический труд.

Тот класс, который владеет средствами производства, как правило, руководит производством. Маркс отмечал в «Капитале»: «Капиталист не потому является капиталистом, что он управляет промышленным предприятием, — наоборот, он становится руководителем промышленности потому, что он капиталист. Высшая власть в промышленности становится атрибутом капитала, подобно тому как в феодальную эпоху высшая власть в военном деле и в суде была атрибутом земельной собственности». (К. Маркс, Капитал, т. I, стр. 339.)

В эпоху империализма в среде господствующих классов выделяется обширный слой рантье, который живет доходами с ценных бумаг, «стрижкой купонов». Это паразитический слой, который не выполняет никакой организаторской роли в производстве. Растущий паразитизм буржуазии свидетельствует о том, что этот класс уже отжил свое время, что он не только не нужен производству, но прямо мешает его развитию и, следовательно, должен быть насильственно устранен.

Различным отношением к средствам производства определяется также различие в способах получения и размерах той доли общественного богатства, которой располагает каждый класс. Так, например, капиталист получает свой доход в виде прибыли на вложенный им в предприятие капитал путем присвоения прибавочной стоимости, произведенной наемным рабочим. Напротив, наемный рабочий, пролетарий, получает свой доход в виде заработной платы, которая едва возмещает стоимость его рабочей силы.

Эксплуататорские классы, представляющие ничтожное меньшинство населения, присваивают, как правило, большую часть народного дохода. В царской России в 1913 г. эксплуататорские классы, составлявшие 15,9% населения страны, присваивали 75% народного дохода, а трудящиеся, составлявшие 84,1% населения, получали лишь 25% народного дохода. Таким же приниженным остается и поныне положение трудящихся в капиталистических странах. В США накануне второй мировой войны трудящиеся, составлявшие 78,6% населения, получали 44,4% народного дохода; в Англии трудящиеся, составлявшие 88,2% населения, располагали 40,8% народного дохода. Вторая мировая война и послевоенный период еще более углубили эту противоположность между богатством меньшинства и нищетой большинства. Чудовищно возросли прибыли американских монополистов, которые составили за 1940 — 1948 гг. 106,8 млрд. долларов (не считая налогов). Эта сумма более чем в полтора раза превышает весь народный доход США за предвоенный 1938 г. В то же время резко сократилась доля рабочего класса в народном доходе, и снизился его жизненный уровень. Более 80% населения США не имеют необходимого минимума средств для поддержания нормального существования.

Исходя из способа производства как решающей основы классового деления, исторический материализм приходит к признанию непримиримости интересов антагонистических классов. Различие места в укладе общественного хозяйства, указывает Ленин, дает возможность одному классу присваивать себе труд другого, что и делает их интересы объективно непримиримыми, порождая между ними непримиримую классовую борьбу.

Для современной буржуазной социологии характерно то, что при определении классов полностью игнорируется материальная основа классового деления. Все усилия буржуазных социологов направлены к тому, чтобы доказать недоказуемое: будто на базе буржуазной «демократии» исчезает противоположность классов. Существование классов буржуазные социологи связывают не с условиями материальной жизни людей, а с теми или иными сторонами их психической жизни. Так, например, американские социологи Уорнер и Лант в книге «Социальная система современного общества» (1942) утверждают, что основой для различения классов является не их положение в экономической системе общества, а их социальный «ранг». В соответствии с этим Уорнер и Лант разделили население обследованного ими американского города на 6 классов, которым даже не дали названий, а именуют их как «наивысший», «высший», «средний» и т. д. Принадлежность к тому или иному классу, уверяют они, определяется не столько богатством, сколько социальными связями человека, тем, с кем он общается, и т. д. Таким образом, деление капиталистического общества на два враждебных друг другу класса подменяется неопределенным делением людей на «ранги», чтобы скрыть, замазать коренной классовый антагонизм между буржуазией и пролетариатом. Однако жизнь все нагляднее раскрывает картину ожесточенной классовой борьбы в капиталистических странах, беспощадно разоблачая все вымыслы ученых лакеев империализма и подтверждая истинность марксистско-ленинской теории классов.

Происхождение классов

Классы и классовое неравенство рассматриваются многими буржуазными социологами как вечное и естественное явление, вытекающее из «природы» человека. Такой взгляд не имеет ничего общего с наукой, а служит лишь оправданию классового господства буржуазии.

В действительности классы — продукт исторического развития, они не вечны. Возникновению классового общества повсеместно предшествовал первобытно-общинный строй, при котором не было ни разделения людей на классы, ни эксплуатации человека человеком. Из разложения первобытно-общинного строя возникли первые классовые общества. На Востоке — в древнем Египте их возникновение датируется концом пятого и началом четвертого тысячелетий до н. э. В Европе классовое общество появилось намного позднее: на Крите — во втором тысячелетии, а в древней Греции — не раньше начала первого тысячелетия до н. э. История классового общества охватывает, следовательно, всего около 6 — 7 тыс. лет и представляет относительно небольшой отрезок человеческой истории. Но за эти несколько тысячелетий человечество прошло несравненно больший путь развития, чем за все предшествовавшие сотни тысяч лет своего существования.






Индивидуальные и групповые автопоилки: для животных. Схемы и конструкции...

Организация стока поверхностных вод: Наибольшее количество влаги на земном шаре испаряется с поверхности морей и океанов (88‰)...

Общие условия выбора системы дренажа: Система дренажа выбирается в зависимости от характера защищаемого...

Опора деревянной одностоечной и способы укрепление угловых опор: Опоры ВЛ - конструкции, предназначен­ные для поддерживания проводов на необходимой высоте над землей, водой...





© cyberpedia.su 2017-2020 - Не является автором материалов. Исключительное право сохранено за автором текста.
Если вы не хотите, чтобы данный материал был у нас на сайте, перейдите по ссылке: Нарушение авторских прав

0.009 с.