Инстинкт врачевания у сновидцев — КиберПедия


Механическое удерживание земляных масс: Механическое удерживание земляных масс на склоне обеспечивают контрфорсными сооружениями различных конструкций...

Папиллярные узоры пальцев рук - маркер спортивных способностей: дерматоглифические признаки формируются на 3-5 месяце беременности, не изменяются в течение жизни...

Инстинкт врачевания у сновидцев



 

Теперь мы можем перейти к более трудному вопросу, а именно: может ли сновидение быть названо врачом не только со стороны определения болезней, но и со стороны их лечения? Если бы этот вопрос относился ко сну, то его можно было бы решить скоро, так как физиологам давно уже известно, что во время нашего сна совершается процесс обновления нашего организма и обнаруживает свою деятельность присущая нам целебная сила природы. Но наш вопрос относится к сновидению, к внутреннему пробуждению, и здесь речь идет не о процессе обновления в организме сновидца, а о процессе возникновения у него представлений о лекарстве. Но так как то, что при нашем внутреннем пробуждении является у нас в виде ясного представления и сознательной воли, заявляет о себе уже во время нашего внешнего бодрствования в виде инстинкта, в виде смутного представления и бессознательного влечения (что и заставляет предложить, что все наши инстинкты коренятся в трансцендентальной половине нашего существа и проявляют свою деятельность с возникновением сообщения между двумя находящимися в разобщении во время бодрствования нашими нервными системами), так как затем на наши инстинкты, направленные на лечение, можно смотреть как на естественное продолжение и форму обнаружения действующей в нас целебной силы природы, то с этой силы мы и должны начать наше исследование.

Человек проводит во сне едва ли не треть своей жизни. Физиология еще не уяснила себе причин, рождающих сон; но несомненно то, что для нас такое периодическое ослабление сознательной жизни составляет потребность, что правильный и крепкий сон служит одним из первых условий нашего телесного здоровья. Вот почему лишение человека сна может повлечь за собой очень плачевные для него последствия, даже его смерть. Я читал где-то, что оно служило у японцев одним из видов смертной казни. Оно фигурировало также в имевших место в истории Германии, Англии и Папских Владений процессах о ведьмах, в виде tormentum insomnii, и состояло в том, что ведьмам не давали спать, гоняя их без устали по тюрьме до тех пор, пока у них не делались на ногах раны и пока они не впадали в состояние полного беспамятства и бешенства.*

* Soldau. Geschichte der Hexenprozesse. I. 263. Stuttgart, 1880.

Это приводит к заключению, что противоположное обращение с больным, погружение его в возможно более глубокий сон, увеличивая деятельность производительной силы его организма, должно оказывать на его здоровье чрезвычайно благодетельное влияние.



Это и делают: природа – вызывая натуральный, естественный, а врач – искусственный сомнамбулический сон. Каков бы ни был сомнамбулический сон, во время его деятельность целебной силы природы бывает интенсивнее, чем во время нормального сна и бодрствования. Подобно тому, как, согласно наблюдениям, даже у растений в периоды сноподобного состояния их совершается процесс их усиленного роста, у человека во время сомнамбулического сна совершается процесс усиленного обновления его организма. По наблюдению Брэда (открывшего гипнотизм), этот сон, в отличие от обыкновенного, оказывает чрезвычайно большое целебное действие на острые болезни и ослабляет хронические.*

* Preyer. Die Entdeckung des Hypnotismus. 144.

То же самое имеет место и в искусственном сомнамбулическом сне. Он представляет также один из видов глубокого сна и уже в силу одного этого служит таким действительным лекарством, что может даже, благодаря имеющему в нем место простому усилению деятельности целебной силы природы, исправлять хирургические повреждения. Очень часто сомнамбулы говорят, что магнетический сон обладает особенно большой целебной силой. Однажды одна чахоточная больная, находясь в сомнамбулическом сне, приказала своему врачу погрузить ее на девять дней в состояние мнимой смерти, которое, действительно, настолько укрепило ее легкие, что она проснулась совершенно здоровой.*

* Schopenhauer. Parerga 1. 275.

Если существует целебная сила природы, то искусство врача только и может состоять в содействии ей и в ее направлении. Это было известно уже предшественнику Месмера Максуэллу. Сказав, что "нет такой болезни, которая не была бы уже излечена без помощи врачей жизненной силой", он делает совершенно правильное заключение, что "панацеей есть не что иное, как вся, какой только может обладать человек, скопившаяся в избраннике судьбы жизненная сила".*

* Maxwell. Magnetische Heikunde. II. Anhang.



Вторично открытый Месмером метод лечения и состоял в лечении больного организма заключающейся в нем самом силой, которую при помощи магнетизма Месмер только вызывал к деятельности и направлял. Хотя современные врачи и редко сознают это, однако они близки к такому воззрению на лечение. С каждым годом они все более и более оставляют медикаментозное лечение, которое не только исходит из материалистического предположения, будто человек представляет собой чисто химическую задачу, но и действует на организм так, что дьявол изгоняется вельзевулом. К такому методу лечения применимы сказанные Петром Потерием о врачах слова, что вместо того, чтобы лечить болезни скорее, чем то может сделать без посторонней помощи природа, они часто поступают так, что природе приходится бороться одновременно и с болезнью, и с ними.*

* Poterius. Opera omnia. 604.

В новейшей медицине все более и более утверждается взгляд, что лечит не врач, а природа, что искусство врача только в том и состоит, чтобы помогать целебной силе природы и сообщать ей направление, то есть при помощи медикаментов облегчать природе достижение ее целей. Благодаря такому взгляду, разделяемому теперь всеми врачами, учение о лекарствах сводится к учению о способах облегчения деятельности целебной силе природы. Если мы обратимся теперь к вопросу о том, в каком отношении к действующей в организме сомнамбул целебной силе природы находится способность их обретать соответствующее их болезни лекарство, то увидим, что он представляет собой только частный вид общего вопроса об отношении между природой и духом, бессознательным и сознательным, волей и представлением. Но здесь не место вдаваться в философские рассуждения по этому вопросу; достаточно ограничиться замечанием: что всякий монист, будь то пантеист или материалист, уже самой логикой поставляется в необходимость смотреть на дух, сознание и представление как на естественные продукты процесса органического развития. Смотреть ли на сознание с биологической или физиологической точки зрения, в том и другом случаях оно является естественным цветом на стволе органической жизни, как бы продолжением организма.

Если жизнь духа есть не что иное, как продолжение жизни природы; если, подобно биологии, история жизни человечества должна быть понимаема в смысле эволюции, так что Гегель и Дарвин дополняют друг друга; если представление относится к воле, как цветок к своему стволу; если та самая сила, которая образует мозг, управляет и его функциями, – то само собой понятно, что то, что действует в природе, должно заявлять о себе и в области представления, равно как понятно и то, что деятельность целебной силы природы должна выражаться как в инстинкте врачевания, так и в бессознательном представлении лекарства. И если уже наше чувственное сознание находится в такой же тесной связи с нашим организмом, в какой цвет со своим стволом, то тем более это имеет место относительно сознания сновидца, так как чем крепче сон, тем глубже погружается человек в органическую жизнь природы. Таким образом, если существует объективная целебная сила природы, то с монистической точки зрения должно существовать и субъективное представление лекарства, в бодрственном состоянии могущее выразиться у нас только в виде инстинктивного влечения к лекарству, во сне же доходящее до его узрения нами.

Итак, сновидение может быть названо врачом не только со стороны диагноза и определения будущего хода болезни, но и со стороны лечения.

Бодрствование, обыкновенный сон и сомнамбулизм – это звенья одной и той же цепи. В первом состоянии человека чувственное сознание его находится на высшей ступени своего развития; с отходом его ко сну оно ослабляется и ослабляется тем больше, чем глубже сон, в сомнамбулизме же исчезает совершенно. Но пропорционально ослаблению нашего чувственного сознания совершается наше внутреннее пробуждение, достигающее в сомнамбулизме высшей степени. Таким образом, кто хочет изучить связанные с внутренним пробуждением человека анормальные способности его души, тот должен изучать их и во всех трех его состояниях последовательно: они явятся перед ним в элементарной своей форме уже в первом состоянии, яснее выступят во втором и обнаружатся с полной ясностью в последнем. Только при таком сравнительном изучении явлений жизни человека во сне они взаимно осветят друг друга и утратят свою загадочность, которая будет существовать для нас до тех пор, пока мы будем изучать их отдельно по вышеуказанным категориям.

Итак, прежде всего мы должны констатировать, что душа человека обладает хотя и обнаруживающейся только в виде бессознательного инстинкта способностью находить соответственное болезни его лекарство, но и во время его бодрствования. Достаточно указать на два общеизвестных явления; инстинкт питания у животных и прихоти беременных женщин, причем в последнем случае у человека наряду с отвращением от привычной для него пищи появляются нередко требования несъедобных веществ, например, обломков карандаша и пр. Отвращением могут сменяться в период беременности женщин обычные симпатии их и к другим предметам. Так, недавно мне пришлось быть свидетелем того, как одна беременная дама неохотно позволяла своему мужу целовать себя в то время, как он курил сигару, хотя бы и отлагаемую им при этом в сторону; но уже через несколько дней после родов она опять находила запах сигары таким же приятным, как и до беременности. Очевидно, что подобные явления должны быть поставлены в параллель с обнаруживающимися у сомнамбул в виде остатков от их магнетического состояния, в течение долгого времени по прекращении этого состояния, инстинктами врачевания. Одна сомнамбула Кернера сказала, что и по прекращении магнетического ее состояния в течение долгого времени внутренний голос ее будет побуждать ее принимать то или другое лекарство и подсказывать ей, что ей полезно, а что вредно.* Другая сомнамбула говорила Кернеру: "С тех пор, как меня начали магнетизировать, мне претит всякая пища, не соответствующая моему теперешнему, простому, состоянию; мясо и пирожное отвратительны мне, молоко же и яблоки – единственная приходящаяся мне по вкусу пища".** Когда же сам Кернер начал употреблять предписанное ему этой сомнамбулой средство, то, по словам его, он получил отвращение к предрасполагающей к его болезни пище, к смешанной пище вообще, а к мясной в особенности, и наоборот, возымел чрезвычайную охоту к пище, употреблявшейся им до этого очень неохотно, к растительной.*** Таким образом, здесь мы имеем дело с переходом инстинкта питания к магнетизеру.

* Kerner. Geschichte zweier Somnambulen, 259.

** Ebendort. 380.

*** Ebendort. 362.

К числу обыкновенных действий магнетизма на человека принадлежит вызов им в магнетизируемом субъекте склонности к полезной и отвращения от вредной для него пищи.* Бонетус рассказывает об одном мужчине, который никогда не мог есть хлеба, но стал требовать его, заболев лихорадкой, и перед последним пароксизмом с жадностью съел его очень большое количество. После этого лихорадка его оставила, а вместе с тем к нему возвратилось и прежнее отвращение к хлебу.** Брентано рассказывает об известной монахине Катерине Эммерих, она приносила к себе домой и разводила у себя одной ей известные лечебные травы, причем истребляла далеко вокруг своего жилища ядовитые растении.*** Это явление наблюдается и у некоторых религиозных экстатиков, представляющих собой, чего не хочет знать новейший рационализм, окрашенных в религиозную окраску сомнамбул.

* Kluge. Darstellung etc. 87. Heineken. Ideen und Beobachtungen lier. Magnetismus betr. 51. Hufeland. System der prakt. Heilkunde I. 41 etc.

** Mutatori. Uber die Einbildungskraft. II. 258.

*** Die Tyroler ekstatischen Jungfrauen. I. 119. 1843. Der ungenannte. Autor ist Wilhelm Vokl.

Таким образом, несомненно, что целебная сила природы может обращать в орудие для достижения своих целей сознание бодрствующего человека, вызывая в нем инстинктивное влечение к лекарству. Но нам важно знать, собственно говоря, то, может ли власть этой силы простираться на мир представлений сновидца, и доказать это является моей обязанностью. Что сновидец обладает способностью находить лекарства против своих болезней, в этом в прежние времена не существовало ни малейшего сомнения. Гиппократ, Аристотель, Гален, Аретей, Плиний, Цицерон, а затем Тертулиан, Бэкон Веруламский, Монтэн и многие другие стоят за возможность узрения лекарства во время сна и только теперь вместо того, чтобы ограничиться утвердительным на этот вопрос ответом, прибавив к нему слова "как известно", считают необходимым вдаваться в исследования.

Существует два соображения, в высшей степени способных привести к пониманию возможности, даже необходимости возникновения у сновидца таких представлений о лечении и тем лишить их всякой чудесности. Первое соображение состоит в том, что слепо действующая в нас целебная сила природы в сущности еще гораздо чудеснее возникновения у нас во сне представлений о лечении, а второе – в том, что сновидение сопровождается перемещением психофизического порога сознания сновидца, доставляющим последнему новый материал для восприятия, а потому сообщающим его представлениям о лечении вполне материальную подкладку, даже до некоторой степени делающим их необходимыми.

Если принять во внимание извращенность образа жизни большинства людей, особенно живущих в наших цивилизованных странах, а также скученность народонаселения наших больших городов, рассадников всевозможных миазмов и болезней; далее, если подумать о том, что везде, особенно в деревнях, большинство больных подвергают сами себя или подвергаются другими людьми нерациональному лечению, то всякий, даже необразованный человек должен будет согласиться с тем, что на долю целебной силы природы выпадает далеко нелегкая задача. А так как эта сила, несмотря ни на какие препятствия, с успехом выполняет свою роль, то она должна возбуждать в нас величайшее к себе уважение. Еще резче должна бросаться в глаза всякому, даже необразованному человеку целебная сила природы, заявляющая о себе при наружных повреждениях: порезах, ранах от огнестрельного оружия, переломах костей и пр., когда обнаруживается воочию, что врач – только помощник у природы. Но сам врач придет в великое удивление перед обнаруживающейся при лечении им болезней деятельностью целебной силы природы, когда проследить за употребляемыми ею при этом усилиями. Чем больше он вдумывается в это явление, тем лучше поймет, что он может только помочь лечащему каждый организм внутреннему врачу, но не заменить его. Новейшая медицина склоняется даже на сторону того воззрения, что сами болезни наши представляют собой кризисы, производимые в нас внутренним нашим врачом, целебной силой нашей природы, с тем, чтобы путем анормальной деятельности нашего организма отвратить от нас грозящую нашей жизни опасность.

Вот о какой целебной силе природы говорит Карус: "Уже обыкновенное, сопровождающееся остановкой кровотечения, самозакрытие пораненного сосуда представляет собой в этом отношении факт чрезвычайной важности. Каким образом течение крови в пораненных сосудах постепенно принимает другое направление; почему прекращается ее приток к раненым местам; как происходит то, что при этом мало-помалу сами собой сокращаются сосуды; как от свертывания крови происходит новообразование, называемое тромбом, и как совершаются при этом природные процессы, в собственном смысле этого слова, процессы, благодаря которым происходит несопровождающееся ни малейшим сознанием окончательное закрытие раны, а вместе с тем образуются новые каналы и вполне восстанавливается кровообращение: все это наводит на множество размышлений... и если я сказал, что высшая задача науки должна состоять, собственно, в том, чтобы сознанием проникать в бессознательные тайники мировой души, то задача врачебной науки преимущественно состоит в том, чтобы проследить эти бессознательные стремления нашей природы к врачеванию и достигнуть наияснейшего их познания с целью возможно большего содействия им, а также возможного им подражания, особенно же их вызова".*

* C.G. Caros. Psyche. 101.

Хотя выражение "целебная сила природы" в сущности не говорит ничего и нуждается в точном определении, однако нельзя утверждать того, чтобы эта сила, действительно существующая в объективном мире, не могла найти себе соответственного выражения в субъективном мире, в мире представлений. Утверждать это можно бы было в том случае, если бы между природой и духом мыслима была непроходимая пропасть, но с мистической точки зрения дух представляет собой только продолжение природы, а значит, и целебная сила природы должна иметь свое продолжение в мире представлений. Да и что такое человек, как не интегральная часть природы, и притом такая, в которой природа достигает самопознания?

Теперь мне остается обратить внимание читателя на второе соображение, состоящее в том, что происходящее во сне перемещение психофизического порога предоставляет нам новый материал для восприятия, чтобы он увидел, что природа действительно так широко пользуется созданным ею для самопознания органом восприятия человека, что для последнего делаются возможными внутреннее самосозерцание и объективное созерцание как органических процессов, так и деятельности целебной силы природы. Подобно всем неосознаваемым нами жизненным процессам, образовательному стремлению нашего организма, нашему инстинкту питания, обнаруживающемуся в процессе ассимилирования выбору нашим организмом питательных веществ, а также нашим симпатиям и антипатиям и вообще всем явлениям нашей душевной жизни, в которых мы не можем дать себе никакого отчета, целебная сила нашей природы вступает в наше сознание во время нашего нахождения в сомнамбулизме и может в качестве нашего внутреннего врача образовывать в нас на почве восприятий, доставляемых нам перемещением нашего порога, представление о процессе лечения.

Знаменитый химик Берцелиус, Рейхенбах и врач при минеральных водах Гохбергер произвели в 1845 году в высшей степени поучительный опыт. Они отправились к одной из так называемых сенситивов – девице фон Секкендорф, разложили перед ней на столе множество завернутых в бумагу химических препаратов и предложили ей провести по ним внутренней поверхностью правой руки, она, сделав это, получила от них различные впечатления, некоторые из них не оказали на нее никакого влияния, каждый же из остальных произвел у нее в руке своеобразные подергивания. Тогда попросили ее рассортировать их так, чтобы в одной группе находились вещества, не оказавшие на нее никакого влияния, а в другой остальные. "Немалое удивление, – говорит Рейхенбах, – выказал основатель электрохимической системы, когда в одной группе оказались тела исключительно электроположительные, а в другой – тела с резким электроотрицательным характером. Ни одного электроположительного тела не оказалось между электроотрицательными, и наоборот; сортировка была произведена вполне верно... Таким образом, электрохимическая классификация тел, на которую в течение столетия было употреблено столько труда и остроумия, была произведена в совершенстве девушкой-сенситивом в течение десяти минут путем простого прикосновения к ним невооруженной ничем руки".*

* Reichenbach. Aphorismen uber Sensitivitat und Od. 7, 8. Wien, 1866. Der Sensitive Mensch. I. 706. Stuttgart, 1854.

Но если сомнамбулы и сенситивы чувствуют нечувствуемые нами действия веществ, то нечего удивляться тому, что они больше знают об их свойствах, чем находящийся в нормальном состоянии человек, для которого эти действия остаются под его порогом, так же как и тому, что эти лица, в сознание которых проникает целебная сила природы, познают специфические действия веществ и знают, насколько они содействуют или препятствуют деятельности этой силы- "Преворстская ясновидящая" так тонко реагировала на прикосновение, даже на приближение к минералам и органическим веществам, что в тот же час ощущала их врачебные действия. Зимерс подвергал одну сомнамбулу действию почти двухсот лекарственных веществ, заставляя ее дотрагиваться до них концами пальцев правой руки, а иногда кладя ей на язык их кусочки, и она обнаруживала, особенно во время нездоровья, очень тонкую чувствительность. Несмотря на то, что многие из этих веществ нарочно были приготовлены в разнообразных видах (экстрата, порошка, декокта и пр.), она всегда признавала их тождество. Эта сомнамбула видела несколько раз в доме у Зимерса ноготки шафрана, Светланы, гиацинта и тюльпана и определяла, за редкими исключениями, правильно цвет будущих цветов и то, будут ли последние простыми или двойными.*

* Perty. Die mystischen Erscheinungen. I. 263.

Итак, подобно тому, как при внутреннем самосозерцании человека вступает в его сознание стремление к органическому образованию, при имеющем место во сне и сомнамбулизме внутреннем его пробуждении вступает в его сознание целебная сила природы. Советник Санитарного комитета Шиндлер говорит об этом следующим образом: "Если мы проследим те совершающиеся в нашем организме процессы, которые производятся им с целью сделать безвредным отравление, например, процесс превращения поступивших в него вредных для него металлических окислов в причиняющие ему меньший вред сернистые металлы, или процессы, ведущие к удалению из организма проникнувших в него посторонних тел, как-то: нагноение или инкапсулирование, выпотевание и вытеснение, или процессы, к которым прибегает тело в случае ущемленной грыжи, когда омертвевает и удаляется из него бесполезное, когда, благодаря воспалению, нагноению, распрямлению кишечного заворота, делается удобопроходимой кишка и заживает искусственный проход; если мы проследим затягивание ран, образование вещества нервов, мускулов или костей, имеющее место при опустении какого-нибудь большого кровеносного сосуда восстановление кровообращения при помощи новообразования, а именно образования сообщительной сети кровеносных сосудов; если мы обратим внимание на повседневно совершающиеся при воспалениях и лихорадке процессы, имеющие целью спасение жизни индивидуума от пагубных на нее влияний; если мы сделаем все это, то должны будем сознаться, что ни один врач не может поступать предусмотрительнее природы и сделать заключение, что деятельность его может быть плодотворной только в том случае, если он ограничится устранением препятствий, лежащих на пути, избираемом природой при лечении, и будет, таким образом, ее слугой. Но куда денется в таком случае искусство лечения? Не в самих ли нас оно? Да и не появилась ли на свете вся врачебная наука только тогда, когда мы в основание лечения стали полагать врачебную деятельность нашего организма? Если мы называем медицину опытной наукой, то мы должны обратить внимание на то, что самолечение организма гораздо древнее науки его лечения и что внутренний врач наш лечил нас задолго до того времени, когда начала существовать последняя. Но этот врач имеет полное сходство с инстинктом животных... У сомнамбул этот инстинкт сопровождается сознательными представлениями; они внимают голосу его и смотрят на употребление прописываемых им лекарств как на условие своего здоровья".*

* Schindler. Das magische Geistesleben. Breslau, 1857. S. 247.

Так как телесные органы внешнего и внутреннего бодрствования человека – нервные системы его головного мозга и ганглий – понятны как в анатомическом, так и в физиологическом отношении только в связи в целым его организмом, ибо они в такой же мере представляют собой продукт жизни этого организма, в какой цветок представляет собой продукт жизни растения, то отсюда вытекает само собой то заключение, что функции этих органов человека не могут быть рассматриваемы отдельно от общей деятельности его организма. Природа и дух нераздельны, и материализм, видящий во всяком явлении нашей духовной жизни исключительно функцию и продукт выделения наших телесных органов, от такого заключения может уклониться меньше всех других систем. Но раз он признает справедливость его, он, в силу требований логики, безусловно должен будет признать существование у людей, находящихся в различных видах сна, представлений о процессе лечения, а следовательно, смотреть на нижеприводимые нами явления не как на невозможные чудеса, но как на вполне естественные явления; иначе ему придется оспаривать существование целебной силы природы и отрицать, что порез на пальце может зажить сам собой. Таким образом, стоит только материалисту понять самого себя (а он понимает себя не в достаточной мере), и он признает возможность врачевательных сновидений. Пока же материалисты считают всякие разговоры на эту тему продуктом суеверия, оскорбляющим здравый смысл, и тем доказывают справедливость наших слов, что они – такие мироистолкователи, у которых нечего искать логики.

Так как логика возбраняет всякому монисту смотреть на природу и дух, как на лишенные внутреннего единства части мозаики, то для него врачевательные сновидения должны представлять только последнюю ступень лестницы продуктов органической деятельности природы. Материалист-монист, ибо он соединяет в органическое целое природу и дух, волю и представление, тело и душу; но он делает это так, что душа является продуктом деятельности тела. Последнее, однако, справедливо только отчасти, а именно, только в том отношении, что наше чувственное сознание находится в зависимости от функций наших нервов и нашего головного мозга; если бы оно было справедливо вполне, то материализм должен бы был и подавно заключить от факта существования целебной силы к возможности врачевательных сновидений. Вот почему нашим материалистам должно показаться чрезвычайно странным, что Кабанис, так много содействовавший распространению материалистических воззрений, не делает ни одного возражения против разделяемого нами и подтвержденного его собственным опытом взгляда на представления людей, находящихся в анормальных состояниях. "У некоторых экстатиков и лиц, страдающих конвульсиями, говорит он, органы чувств делаются восприимчивыми к впечатлениям, не воспринимаемым ими в обыкновенном состоянии, или даже вообще людьми не воспринимаемым. Не раз приходилось мне наблюдать у женщин, которые в прежние времена, несомненно, прослыли бы отличными волшебницами, необыкновенно странные, представляющие результат органических изменений, о которых я веду речь, явления. Между ними были такие, которые легко могли различать невооруженным глазом микроскопически малые предметы; другие настолько хорошо видели в полной темноте, что могли ходить в ней с совершенной уверенностью. Были и такие, которые, подобно собакам, отыскивали человека по его следам и по запаху узнавали предметы, которые употребляло или к которым только прикасалось известное лицо. Я видел еще и таких, вкус которых достигал необыкновенной тонкости и которые, со встречающейся обыкновенно только у животных прозорливостью, умели выбирать или пищу, или даже казавшиеся им существенно для них полезными лекарства. Наконец, между ними были и такие, которые во время припадков своей болезни могли видеть в себе или известные подготовлявшиеся в их организме кризисы, вскоре затем и доказывавшие своим наступлением справедливость их показаний, или другие совершавшиеся в их организме изменения, подтверждавшиеся изменением их пульса и еще более несомненными симптомами".* Значит, Кабанис наполовину признавал сомнамбулизм уже тогда, когда не было еще и речи о сомнамбулах. Заметим здесь мимоходом, что Кабанис был одним из первых учеников Месмера, что, кажется, недостаточно известно, но что доказано доктором Миал.**

* Cabanis. Rapports du physique a du moral de l'homme. II. 35. Paris, Mussov, 1855.

** Cp. Deleuze. Faculte de prevision. 141.

Другую форму монизма представляет пантеизм. Этот уже в самой органической деятельности видим господство психического начала и, полагая неразрывную связь между целебной силой природы и врачевательными представлениями, может, конечно, еще меньше материализма иметь что-либо против их возможности. Самым обстоятельным образом развит такой взгляд Гартманом. Для него органический рост, замена утраченных частей тела новыми, целебная сила природы, инстинкт и пр. сопровождаются представлениями, которые он относит к области бессознательного, то есть в которых он видит акты деятельности своей метафизической мировой субстанции. За это ему пришлось испытать сильнейшие нападки со стороны естествоиспытателей, справедливые в том отношении, что точная наука должна черпать объяснения жизненных процессов только в самом организме. Но если вы прочтете его без всякой предвзятой мысли, то вы скоро найдете у него очень крупное зерно истины. Он делает вполне точный анализ органических процессов, хотя и не может освободиться от недостатков, сопряженных с признанием принципа бессознательного образования представлений. Если же вы захотите органически примирить неопровержимые естественнонаучные данные с такого рода философическим воззрением, то вы увидите себя вынужденным, как бы законом параллелограмма психических сил, считать местом возникновения всех, соединенных с бессознательным или инстинктивным влечением нашего организма наших представлений индивидуальную душу, находящееся под нашим психофизическим порогом наше трансцендентальное я. Конечно, органические процессы совершаются в нас бессознательно, но они совершаются бессознательно для нашего я, находящегося над этим порогом, а не для трансцендентального нашего я. Этот третий вид монизма представляет собой результат соединения незыблемых частей материализма и пантеизма, с оставлением в стороне их слабых частей, и, по-видимому, находится в наибольшем соответствии с действительностью.

* Hartmann. Phylosophie des Unbewussten. Ableitung A.

Но этот третий вид монизма есть вместе с тем такой монизм, который меньше всех других способен к враждебному отношению к возможности врачевательных сновидений, так как, с его точки зрения, эта возможность обусловлена только наличностью одного из заурядных явлений жизни человека во сне, перемещения порога его сознания.

Сделав эти предварительные замечания, мы можем теперь обратиться к изложению отдельных примеров врачевательных сновидений, причем начнем со сновидения, способного вызвать наибольшее к его врачевательности недоверие. У жестоко израненного в Лейпцигской битве 1636 г. полковника В. была прострелена голова. После продолжительных страданий однажды ночью ему явилась во сне девушка и приказала выбросить вставленную ему в голову для проведения эфира золотую трубочку, сказав, что вслед за этим он выздоровеет- Хотя врачи объявили ему, что это неминуемо повлечет за собой его смерть, тем не менее он внял голосу вторично явившейся ему во сне в следующую ночь девушки и еще настоятельнее повторившей ему свое требование, и на следующее утро врачи нашли его рану зажившей.* Понятно, что эта золотая трубочка, как и всякое вводимое в организм человека постороннее тело, должна была причинять больному мучительное раздражение; а так как часто такого рода раздражения вызывают во сне даже имеющие целью удаление их рефлективные движения, то раздражение, производившееся трубочкой, легко могло послужить поводом к возникновению сновидения, в котором потребность такого удаления, благодаря фантазии сновидца, приняла драматическую форму приказания. Следовательно, стоит только сделать бесспорно возможное допущение, что в трубочке не было уже необходимости, и тогда самозакрытие раны объяснится помимо возведения этого сновидения на степень врачевательного, с которым оно во всяком случае имеет большое сходство.

* Hennings. Ahnungeu und Visionen. 317.

Меланхтон страдал мучительным, не поддававшимся никакому лечению воспалением глаз. Однажды, по словам Камерариуса, ему приснилось, что врач прописал ему белую очанку (Euphrasia officinalis); после употребления ее он выздоровел. О подобном же случае, но таком, когда процесс узрения лекарства облекается в драматическую форму, рассказывает в своих "Смешанных историях" Элиан. Сделавшаяся впоследствии персидской царицей знаменитая Аспазия в молодости имела на лице очень безобразившую ее опухоль. Призванный для совета врач потребовал за лечение такую сумму денег, которой не мог уплатить ее отец, так что она должна была отказаться от мысли об излечении и предалась безутешному горю. Но вот однажды ей во сне является голубка, принимает вслед затем образ старухи и говорит: "Утешься! Плюнь на докторов и их лечение; сделай порошок из украшающих статую Венеры, теперь увядших роз и положи его на опухоль". Девушка последовала этому совету, и опухоль исчезла. Существенная особенность этого сновидения заключается в драматизации инстинкта врачевания. Форма, в которую облекаются подобного рода сновидения, заимствуется всегда из сферы представлений сновидца, а потому бывает обусловлена пространством и временем.

По словам Авиценны, одному заболевшему воспалением языка субъекту приснилось, что он должен держать во рту сок салата; исполнив немедленно предписанное ему во сне, больной выздоровел.* Кажется, что и в обыкновенном сне может иметь место обычное явление сомнамбулизма, видение места нахождения лекарства. У одного пятилетнего мальчика, имевшего на ноге рану, образовалась гангрена, потребовавшая ампутации. В ночь под день операции он увидел себя в аптеке и в ней

банку с мазью, имевшую на себе латинскую надпись, которая осталась у него в памяти даже по пробуждении. Употребление этой мази сделало излишней операцию, вылечив ногу.**

* Nudow. Theorie des Schlafes. 139. Konigsberg. 1791.

** Splittgerber. Schlaf und Tod. I. 141.

Что такого рода инстинкт может даже во время бодрствования развиться до степени возникновения соответственного видения, это доказывается, между прочим, общеизвестными случаями призрачного появления перед томимыми в пустынях жаждой путниками оазисов и источников. Так, дошедшему во время одного из своих путешествий по Африке до полной истомы Мунго Парку постоянно грезились обильно орошенные водой луга и долины его родины.* Так мучимый голодом в магдебургском звездчатом укреплении Тренк видел себя окруженным роскошными кушаньями, а умиравшего от голода участника первой экспедиции Франклина Георгия Бака неотступно преследовала с неизменной ясностью картина уставленного яствами стола.** Таким образом, здесь объектом видения делается необходимый организму предмет. То же самое наблюдается и у сомнамбул, с той только разницей, что у них и вызывающие видения потребности, и сами видения отличаются гораздо большей сложностью.

* Schubert. Geschichte der Seele. II, 205.

** Mayo. Wahrheiten im Volksaberglauben. 101.

Многочисленные сновидения такого рода были у ясновидящей еврейки Зельмы, о которой сообщает доктор Винер. Но здесь рождается вопрос, как смотреть на ее видения: как на видения обыкновенного сна или как на видения сна сомнамбулического? Однажды она увидела в своем сне, что некто дает ей намазанную свиным салом булку и говорит: "Ешь! Это – свиное сало". Хотя, пробудясь, она чувствовала неудержимое желание съесть свиного сала, но, будучи ревностной исполнительницей своего закона, не могла решиться удовлетворить это свое желание. От врача она скрыла свое сновидение, боясь, что он будет настаивать на употреблении ею сала. Но так как то же сновидение повторилось в следующую ночь и она не могла бороться дольше со своим желанием, то она открылась доктору, который сказал ей, что сам давно бы уже посоветовал ей то же средство, если бы не знал, что она принадлежит к иудейскому вероисповеданию.

Таким образом, во сне использование целебной силы природы нашими душевными силами распространяется и на область нашего представления, во время же бодрствования оно ограничивается только областью нашей воли. Во всяком случае, если бы наша воля была, как то думает Шопенгауэр, слепой, то она в сомнамбулизме не могла бы являться в сопровождении представлений.

Сомнамбулич<






Общие условия выбора системы дренажа: Система дренажа выбирается в зависимости от характера защищаемого...

Индивидуальные и групповые автопоилки: для животных. Схемы и конструкции...

Кормораздатчик мобильный электрифицированный: схема и процесс работы устройства...

Механическое удерживание земляных масс: Механическое удерживание земляных масс на склоне обеспечивают контрфорсными сооружениями различных конструкций...





© cyberpedia.su 2017-2020 - Не является автором материалов. Исключительное право сохранено за автором текста.
Если вы не хотите, чтобы данный материал был у нас на сайте, перейдите по ссылке: Нарушение авторских прав

0.021 с.