БЫЛ ЛИ САТАНА ВЫШЕ ВСЕХ АНГЕЛОВ ПРЕЖДЕ СВОЕГО ПАДЕНИЯ? — КиберПедия 

Индивидуальные и групповые автопоилки: для животных. Схемы и конструкции...

Общие условия выбора системы дренажа: Система дренажа выбирается в зависимости от характера защищаемого...

БЫЛ ЛИ САТАНА ВЫШЕ ВСЕХ АНГЕЛОВ ПРЕЖДЕ СВОЕГО ПАДЕНИЯ?



 

В книге пророка Иезекииля Сатана называется «херувимом»... Херувим значит «знающий», а серафим— «огненный» или «воспламеняющий». Первое наименование говорит о знании, которое совместимо со смертным грехом; второе — о пылающей любви, которая с грехом несовместна. Вот причина, чтобы считать первого падшего ангела, скорее, херувимом, нежели серафимом81. Имена двух ангельских чинов, Серафимов и Престолов, не причисляются в Библии к злым духам, ибо имена сии означают нечто несовместимое со смертным грехом, то есть пылающую любовь и присутствие Божие. Но демоны называются «Херувимами», «Силами» и «Началами», поскольку слова сии означают знание и силу, каковые есть как у добрых, так и у злых82. Если считать, что у греха есть движущая причина, тогда ясно, что величайшие из ангелов должны были, скорее, впасть в грех: как мы видели, прегрешением дьявола была гордыня, а движущая причина гордыни — природное превосходство83. Как мы уже говорили, когда ангел устремляется к цели, благая она или злая, он устремляется к ней всем своим существом, и ничто в нем самом не может замедлить его движения. Стало быть, величайший из ангелов, обладая от природы большей силой, нежели остальные ангелы, соответственно погрузился в грех особенно глубоко. И этого было достаточно для него, чтобы стать худшим из всех84.

 

Мэтью: Потрясающе! Дьявол — херувим, обладающий «знанием и силой, каковые есть как у добрых, так и у злых». Новое время ознаменовалось грандиозным всплеском знания и силы — в том числе в страшной сфере военных технологий, ядерного и химического оружия. Чрезвычайно важно осознавать, что знание и сила — область незримого пребывания демонической энергии.

Руперт: Это отсылает нас к истории Фауста. Миф о Фаусте — это во многом миф о науке. Фауст продает душу дьяволу в обмен на неограниченные знание и силу.

Научные изыскания с самого начала были посвящены знанию и силе. Еще до механистической революции XVII века сэр Фрэнсис Бэкон предсказывал, что наука — жрица знания и силы — преобразит человечество и Землю. Образ Фауста, продавшего душу дьяволу в обмен на знание и силу, — это архетип, который лежит в основе механицизма как феномена.

Конечно же, как говорит Аквинат, знание и сила могут быть употреблены и во благо. Но если их ставят на службу исключительно человеческим целям, пренебрегая Божьей силой и благодатью, это уже сатанинский грех высокомерия.

Мэтью: Существует миф о нравственной нейтральности научного знания. Но когда ученые продают свою силу военной элите, правительствам и химическим компаниям, не нужно быть доктором этики, чтобы усомниться в нравственной нейтральности знания. Всякая сила требует духовной дисциплины. Она должна быть неразрывно связана со справедливостью, с состраданием, взаимозависимостью. Ужасающую силу научного знания необходимо ввести в строгие рамки.



 

Вот еще один отрывок, который кажется мне не обычайно выразительным: «...когда ангел устремляется к цели, благая она или злая, он устремляется к ней всем своим существом, и ничто в нем самом не может замедлить его движения». Ангела нельзя затормозить. Поскольку один ангел и есть целый вид, у него нет ни папы с мамой, ни бабушки с дедушкой, ни детей, которые могли бы ему сказать: «Эй, ангел, ты не прав!» Ангел — это сила, предоставленная самой себе, и поэтому он совершает бросок всем своим существом, с полной отдачей.

Мы привыкли считать ангелов эфирными созданиями, которые порхают туда-сюда, предаются всяким изящным занятиям, играют на музыкальных инструментах и так далее. Но Аквинат пишет о силе, мощи, максимальной отдаче, решительности, безошибочном попадании в цель. У всего этого есть и светлая сторона. Добрым ангелам тоже присущи подобные свойства. Поэтому если добрые ангелы, с их несравненной мощью, точностью и преданностью цели, поставили себе задачу следить за правильным функционированием Вселенной, Солнечной системы, нашей планеты, лучше иметь их на своей стороне.

Руперт: Меня тоже весьма впечатлила та мысль, что Сатана был херувимом. Это так непривычно и странно, ведь херувимы в нашем представлении — это стайка маленьких мальчиков с розовыми попками, вроде тех, что изображены на барочных фресках. Но Аквинат напоминает нам, что херувимы — высший ангельский чин, самые могущественные и устрашающие из всех ангелов, а вовсе не мальчонки с крылышками. Он развеивает все наши иллюзии по этому поводу.



Мэтью: Несомненно. Еще мне нравится, как Аквинат описывает серафимов, «огненных» или «воспламенявших», отождествляя их пламя с пылающей любовью. Они неуязвимы для греха по самой своей природе, в отличие от гораздо более честолюбивых херувимов. Знание и сила могут привести к смертному греху, но любовь - никогда.

 

ПОМОЩЬ ЗЛЫХ АНГЕЛОВ

 

Ангелы по природе своей — посредники между Богом и человеком. Божественное провидение позаботилось о том, чтобы благо низших существ приобреталось с помощью высших существ. Благо человека приобретается двояким способом. Во-первых, напрямую — в той мере, в какой мы стремимся к добру и отвращаемся от зла, и здесь нам помощниками и посредниками будут добрые ангелы. Во-вторых, косвенно: когда мы упражняемся в добродетели, противостоя нападениям и преодолевая препятствия. Разумно было бы думать, что в этом случае нашему благу должны способствовать злые ангелы, иначе они бы вовсе не были ни на что нужны во Вселенной85.

 

Мэтью: Аквинат включает злых ангелов в божественный замысел: все, что они делают, ведет ко благу. И для него это не просто абстрактное логическое умозаключение. Во время работы над «Суммой теологии» ему приходилось выдерживать жестокие нападки как со стороны радикальных аристотелианцев — если угодно, атеистов, — так н со стороны отличавшихся большим красноречием фундаменталистов. Чувствуется, что это убеждение он вынес из личного опыта. Нападки, атаки, противостояние укрепляют и закаляют нашу добродетель, — а добродетель, по Аквинату, лежит в основе нравственности. Нравственность покоится не на предписаниях, а на добродетелях, то есть здоровой, позитивной, силе. Нас поддерживают добрые ангелы, но и от злых тоже есть своя польза: благодаря им мы тренируем и развиваем мышцы добродетели.

Руперт: Старинная мысль о том, что у каждого человека есть добрый и злой ангел. Возьмем, например, трагедию Кристофера Марло «Доктор Фауст». Когда Фауст раздумывает, продать ему душу дьяволу или нет, на сцене по одну руку от него стоит добрый ангел, а и другую— злой. Оба предлагают ему свои советы. Побеждает злой ангел. Борьба добра и зла персонифицирована. Добрый и злой ангелы стараются повлиять на наш нравственный выбор.

Мэтью: Тут возникает тема тайны и мудрости, В противовес злым ангелам неконтролируемого знания, силы и высокомерия сегодня нам нужны ангелы мудрости. Мудрость не противоречит разуму. Она не отменяет знания, но связывает его с любовью к справедливости, служением, сердцем. И с божественной премудростью.

В Новое время была утрачена тайна. Так проявилась теневая сторона обнаженного, неприкрытого знания, стремящегося к власти, а не к мудрости. Тайна свелась к нулю. Для большинства людей слово «тайна» — всего лишь не открытые пока научные закономерности, пробелы в знании. Но тайна — это совсем другое. Тайна — это особая реальность. Мы можем с ней встретиться, но не можем ее изменить.

Мне кажется, все, что связано с божественным, исполнено тайны. У Аквината есть такая фраза: «Нам никогда не познать сущности даже одной-единственной мухи». Муха оберегает тайну своей сущности. Аквинат говорит, что ангелам неведома тайна человека. Мы храним свою сущность в секрете.

Если все это верно в отношении мухи, человека или ангела, то тем более справедливо по отношению ко всем существам во Вселенной вместе взятым, не говоря уже об источнике всего сущего, о божественной тайне.

Высокомерное стремление к знанию и силе отрезало нас от Бога, отрезало от тайны. Это очень печально. Жить, все время решая проблемы, — значит не жить по-настоящему, упустить самую суть жизни. Жизнь — это не бесконечное разгадывание загадок и разрешение проблем: жизнь— это тайна.

А где тайна, там и ангелы. Они по-прежнему там, несмотря ни на что.

Руперт: Они еще таинственнее, чем прежде. В Средние века считалось, что ангелология разработана почти полностью. Ангельские иерархии и чины прекрасно вписывались в геоцентрическую космологию.

С тех пор прошло несколько веков, и ангелов стали считать в лучшем случае символическими фигурами. Сейчас люди, как правило, не верят ни в злых, ни в добрых ангелов. Но если падшие ангелы существуют, сейчас им наверняка самое раздолье. Мне кажется, злые ангелы действуют тем успешнее, чем меньше люди подозревают об их существовании.

Современная космология коренным образом отличается от средневековой: она куда обширнее, и ее творческий потенциал гораздо богаче. Но в новом космосе ангелы стали еще таинственнее. Мы едва только начали понимать, как разумная сила ангелов соотносится с эволюцией природы, с развитием человечества или с расширением человеческого сознания. Мы почти ничего не знаем о сверхчеловеческих разумах, оказывающих такое влияние — во благо и во зло — на нашу жизнь.

 

ХИЛЬДЕГАРДА БИНГЕНСКАЯ

 

Хильдегарда Бингенская (1098—1179) была исключительно одаренной личностью, практически ровесницей необыкновенно плодотворного в творческом отношении XII века. Этот век ознаменовался созданием Шартрского собора, открытием первого университета и появлением новой космологии, заимствованной из арабских переводов Аристотеля. Хильдегарда, настоятельница бенедиктинского монастыря в Рейнской области Германии, прославилась своими сочинениями (ей принадлежит авторство десяти книг, посвященных самым различным предметам — холистическому здоровью, растениям, деревьям, горным породам, рыбам, теологии, космологии и науке), целительством, живописью и музыкой (среди прочего она сочинила первую западную оперу и уникальный григорианский хорал). Она писала стихи и сочиняла тексты к своим музыкальным композициям. Хильдегарда была не только мистиком, но и пророком: в своих посланиях и проповедях в главных соборах и монастырях той эпохи она призывала Церковные власти к преобразованиям и обновлению. Ангелы играют очень важную роль в личном опыте Хильдегарды, а также ее космологии и богословии. В отрывках, которые мы выбрали из сочинений Хильдегарды об ангелах, наиболее интересно и полно отразились ее ангелологические представления.

 

БОГ - ИСТОЧНИК АНГЕЛЬСКОГО ОГНЯ

 

Первоначальный огонь, воспламеняющий и оживляющий ангелов, — это Сам Бог. Огонь сей — всяческая слава, из коей рождается тайна тайн86. Ангелы окружают Бога в сверкании пламени, ибо они живой свет. У них нет крыл, подобных птичьим, но они суть летучие языки пламени под водительством Божьим87. Бог — первоначальный живой источник, изливающий волны. Когда Он произнес слова «Да будет», возникли светящиеся существа88. Их природа — сверкающее горение. Они воспламеняются от Бога, корня огня. Ничто иное не может ни воспламенить их, ни угасить их пламени. Сей огонь горит неугасимо в любви Божьей89.

Руперт: По словам Хильдегарды, ангелы берут начало от божественного огня. Огонь — источник их существования. Удивительный образ в контексте современной космологии с ее идеей первичного сгустка энергии!

Мэтью: Первым, что создал Бог, согласно Книге Бытия, был свет, и одновременно с ним, говорит Хильдегарда, появились светоносные создания, ”светящиеся существа”. Так же, как и мы сегодня, она «встраивает» ангелов в свою космогонию. Поскольку она твердо опирается на Библию, то связывает рождение ангелов с первым актом творения. У нее очень выразительный язык: ангелы не просто возникли и существуют — они полны жизни и пронизаны огнем. Бог— первоначальное пламя. Слава, doxa, — это слово, которым обозначается божественное сияние.

У ангелов нет крыльев — они больше похожи на летучие языки пламени. Этот образ существенно меняет наши представления о том, как выглядят ангелы.

 

СВЕТ И ЗЕРКАЛА

 

[Бог говорит]: «Я сотворил зерцала, дабы созерцать Свой Лик и все созданные Мною нескончаемые чудеса. Я сотворил эти живые зерцала, дабы они все вместе воспевали Мне хвалу. Через Мое безначальное и вечносущее Слово сила света проявляется в бесчисленном сонме ангелов»90.

И Бог создал свет, невидимое свечение, которое сливается с живыми парящими сферами — ангелами91. О вы, ангелы! Лик ваш изливает вашу сущность. Вам одним дозволено видеть отблеск сокровеннейшей силы творения, которой дышит сердце Отца. Вы созерцаете ее собственными очами92. [Ангелы] — это свет, образующий живые сферы93.

 

Руперт: Для Хильдегарды ангелы — не просто отражения или зеркала: сквозь них струится свет, «образующий живые сферы». Ангелы — посредники (так же, как и зеркала). Можно даже сказать, что ангелы — это своего рода двойные зеркала. Они отражают Божий лик. Бог созерцает Самого Себя в зеркале ангелов. И в то же время они выполняют функции посредников— наполняют жизнь всего сущего божественным светом.

Мэтью: Когда Хильдегарда говорит, что «Бог создал свет, невидимое свечение», она имеет в виду вовсе не свет Солнца, поскольку никакого Солнца тогда еще не существовало. Наша космогония тоже считает, что Солнце далеко не так старо, как Вселенная. Мы обычно думаем о свете как о свете Солнца, но ни Хильдегарда, ни современная наука не связывают происхождение света с Солнцем. Нам, наверное, нужно представить себе совершенно иной свет — но вряд ли это возможно.

Руперт: Ну, может быть, это не так уж и невозможно. Физике известно множество форм невидимого излучения. Видимый свет — всего лишь малая часть электромагнитного спектра. Радиоастрономы улавливают радиоволны далеких галактик. А космическое микроволновое фоновое излучение повсюду во Вселенной? Согласно современной космологии, это ведь не что иное, как «ископаемый» свет времен «Большого Взрыва».

Основная часть электромагнитного спектра нашему зрению недоступна. То, что воспринимается глазом, связано не столько с природой излучения, сколько с природой самого зрения. Во всех видах электромагнитного излучения задействованы фотоны.

Спиральная Галактика, NGC 2997.

 

Если ангелы — передатчики видимого и невидимого света, это значит, что они испускают, помимо всего прочего, ультрафиолетовый и инфракрасный свет, космические лучи, радиоволны, микроволны и Х-лучи. Ангелы задействованы в обширной сети излучения, которая связывает друг с другом все части творения, космоса, и объединяет все человечество посредством электромагнитных технологий — радио и телевидения.

 

КОСМИЧЕСКАЯ ХВАЛА

 

Как солнечный свет возвещает о появлении солнца, так и ангелы возвещают о Боге, вознося Ему хвалу, и как нет солнца без света, так нет Бога без ангельской хвалы94.

Весь космос пел ангельскую песнь95. В дивном благозвучии ангелы поют славу в вышних Господу. Блаженные духи силой Божьей в неописуемом ликовании превозносят творимые Им чудеса. Повсюду на небесах раздается песнь радости и благословения96.

Языки ангельские суть чистая хвала... И языки пламени суть хвала Господу. Ветер разносит огненные языки: дабы хвалить Бога. В гласе живет слово: и это хвала Господу. И глас будет услышан: и это чистая хвала Богу. Итак, все мироздание есть хвала Господу.97

 

Мэтью: По мнению Хильдегарды, хвала необходима для Вселенной и божества. Хвала — это ответ на красоту, благодать, радость. Хильдегарда говорит, что хвала сосредоточена в самом сердце божества. Что свет для солнца, то похвала для Бога.

Руперт: «Языки ангельские суть чистая хвала». Огонь, языки пламени — это тоже хвала. Голос — хвала, и слух — тоже хвала. Все образы хвалы — это образы движения: пламя, ветер, языки, дыхание, слух — все это движется. В самой хвале совершается обратное движение к Богу, своего рода отражение в зеркале. Энергия исходит от Бога через ангелов и возвращается обратно к Богу в виде хвалы: вибрирующей, динамичной, исполненной смысла.

Мэтью: В текстах Хильдегарды просматривается особая космология, в рамках которой она строит свои рассуждения. Она говорит, что «все мироздание есть хвала Господу» и что «весь космос пел ангельскую песнь». Песнь и хвала исходят от всего мироздания в целом.

Речь идет не об отдельных голосах, а о космических колебаниях, космическом песнопении, космических волнах, хвале. Как свет лишь в очень незначительной степени доступен нашему зрению, так и песнь— нашему слуху. И огонь, и ветер... Тайное слово, сокрытое в сущем, возносит непрерывную вселенскую хвалу Богу.

 

Ганс Мемлинг «Музицирующие ангелы» Деталь. 1487 – 1490

 

Руперт: Хвала имеет отношение к вибрации. Колебания звука, колебания трепещущих язычков пламени... С точки зрения современной науки вся природа пронизана колебаниями. Ритм и колебания присутствуют повсюду, даже в сердце атома.

Но в каком смысле колебательная активность Вселенной означает хвалу Богу? Каким образом Бог воспринимает хвалу, обладающую природой колебания или звука? Он слышит ее не ушами — но мы все же можем провести здесь аналогию с человеческим слухом. Как устроен слух? Слух — это резонанс. Барабанные перепонки колеблются, резонируют с каждым звуком. Чтобы услышать звук, надо войти с ним в резонанс.

Это значит, что сенсориум Бога, с помощью которого Он воспринимает хвалу, должен быть по самой своей природе резонирующим. В противном случае хвала, выраженная в звуке и колебаниях, осталась бы для Него недоступной. Всякий ответ подразумевает резонанс.

Мэтью: Что это значит — резонанс? Канал, улавливающий колебания?

Руперт: Здесь дело не только в улавливании колебаний, но и в ответе на них. Классический пример — симпатический резонанс натянутых струн. Если поднять крышку рояля, нажать на педаль и спеть «О-о-о», то инструмент откликнется тем же звуком «о-о-о». Если вы споете «А-а-а», то рояль ответит вам «а-а-а». Эти две гласные различаются обертонами, входящими в резонанс с разными струнами, поэтому рояль и возвращает вам ту гласную, которую вы пропели. То же зеркальное отражение, но в звуке.

Нашему зрению доступен далеко не весь световой спектр, а нашему слуху (и микрофонам) — далеко не все частоты. Но если все мироздание возносит хвалу Богу и Бог ее слышит, то это значит, что Он отвечает, то есть входит в резонанс со всеми возможными частотами.

Мэтью: Слово — это вибрация и откровение. Бог слышит всякую тварь и входит в резонанс с каждым своим созданием. Божественный слух и хвала едины, они равны друг другу. «В гласе живет слово». Слово будет услышано. Мы слишком «очеловечили» слово «слово» за последние века. В действительности оно обладает куда более глубоким смыслом. Слово — это вибрация, колебания. Это прежде всего божественное, а потом уже человеческое.

Руперт: Всегда ли хвала сознательна? Атомы вибрируют, и божественный сенсориум, вероятно, входит с ними в резонанс, но хвала ли это в собственном смысле слова? Ангелы — существа, наделенные сознанием, поэтому можно предположить, что их восхваления — особого рода.

Мэтью: Но Хильдегарда говорит, что огонь и ветер тоже возносят хвалу, а не просто звучат или вибрируют.

Руперт: Поясни.

Мэтью: Стихии возносят хвалу, совершая то, для чего они задуманы, и не изменяя своему предназначению; они создают нечто, безусловно заслуживающее хвалы; красоту, порядок, внутреннюю цель мироздания. Наверное, бывает сознательная хвала, а бывает и бессознательная.

Руперт: Но хвалить— значит осознавать, чему ты возносишь хвалу. Похвала красоте подразумевает знание о безобразии. Похвала свету — знание о тьме и так далее. Мне кажется, что хвала должна включать в себя элемент сознательного выбора.

Мэтью: Ключевое слово здесь «выбор»: есть создания, которые могут выбирать — возносить или не возносить хвалу. Возможно, в этом и заключается разница между хвалой, возносимой стихиями, и хвалой, возносимой ангелами и людьми. Огонь и ветер, наверное, хвалят Бога бессознательно; они не выбирали другой возможности — не хвалить Его. А люди могут выбрать другую возможность: например, цинизм, жалость к себе, зашоренность, которая не дает им разглядеть разлитую в мире красоту и благодать.

 

БЛАГИЕ ДЕЛА

 

Как святые ангелы возносят хвалу Богу и Его творению, прославляя Его игрой на цитре и созвучием голосов, ибо в этом их служение, так и человечество хвалит Господа. Люди возносят славу Господу двояким образом: они поют Ему хвалу и совершают благие дела. Восхваляя Бога, они признают Его; а в благих делах совершаются чудеса Господни.

В хвале(laus) проявляется ангельская природа человека, а в его святых деяниях (opus)— человеческая. Но человек в целом — законченное и полное творение Божье (plenum opus Dei), ибо в хвале и деяниях человеческих все дела Божьи приводятся к совершенству98.

 

Мэтью: Хильдегарда говорит, что via positiva, то есть хвала, — это та половина нашей задачи, которую мы делим с ангелами. Другая половина — это действие.

Эти две части должны находиться в равновесии: люди призваны возносить хвалу и трудиться, а наилучший труд рождается из хвалы — деяние из недеяния.

Руперт: Мне не совсем понятно, в чем разница между хвалой и трудом. Ведь ангелы не только хвалят, они еще и трудятся: мы знаем, например, что они — Божьи посланники. Когда Хильдегарда говорит, что собственно человеческая природа проявляется в «святых деяниях», означает ли это, что необходимость постоянного выбора между добром и злом касается одних только людей? Согласно традиционным ангелологическим представлениям, ангелам пришлось выбирать лишь однажды, в самом начале творения. Одни ангелы пали, но остальные навеки сохранили связь с Богом. Все, что они делают, — это служение Богу: не только восхваление Господа, но и жизнь в согласии друг с другом. Хильдегарда употребляет музыкальную метафору и слово «созвучие» — то есть ангелы связаны не только с Богом, но и друг с другом. Созвучие, гармония покоятся на взаимосвязанности.

Мэтью: Совершенно верно. В этом, на ее взгляд, и состоит отличие ангелов от людей. Ангелы выбирают хвалу и выбирают ее единожды, раз и навсегда, а людям приходится выбирать ежедневно. Хвала больше труда, потому что труд ангелов — это и есть хвала. Но человек должен выбирать труд. Этот выбор связан с природой творчества. Людям свойственно творить, а ангелам — нет. Ангелы уже сделали свой выбор. Но творчество — это выбор, который людям приходится совершать ежедневно. Мы должны сражаться за то, чтобы совместить свой труд и свой выбор с сознательной хвалой.

Различие между хвалой и трудом можно рассматривать с точки зрения различия между via positiva (то есть хвалой) и via transformativa (хвалой, проявляющейся в творческом труде).

 

 

АНГЕЛЫ ПЕРЕМЕЩАЮТСЯ СО СКОРОСТЬЮ МЫСЛИ

 

У ангелов нет крыл, как у птиц, но летают они во много раз быстрее, со скоростью человеческой мысли.

 

Руперт: Мы привыкли к тому, что ангелы изображаются с крыльями. Это очень древний образ, его можно найти во многих культурах. Крылатые духи присутствуют в шаманизме, в культурах Египта, Вавилона, Шумера, в индуизме, буддизме и повсюду в мире, во всех традициях. Вероятно, этот образ связан со скоростью и свободой птичьего полета, с нашими полетами во сне и с шаманским переживанием полета в трансе.

Но Хильдегарда утверждает, что это всего лишь образ, простое обозначение того факта, что ангелы передвигаются очень быстро. Полет — самый свободный и стремительный вид движения. Поэтому крылья у ангелов изображают для того, чтобы передать эту способность передвигаться свободно и стремительно. Хильдегарда идет еще дальше: она говорит, что ангелы перемещаются со скоростью мысли. Ничего лучше этой метафоры не придумано и по сей день. Мы не знаем, какова скорость мысли. Когда я звоню кому-нибудь в Австралию, я передаю этому человеку свою мысль со скоростью света. Но, может быть, скорость мысли еще выше. Когда я смотрю на далекую звезду, мои мысли достигают ее мгновенно, с невероятной скоростью преодолевая в буквальном смысле слова астрономические расстояния.

 

Джесси Унарк. "Полет шамана" 1970.

 

Мэтью: Твои слова вселяют в меня надежду. В мире существуют создания, способные действовать с необычайной быстротой. И мы — в их числе. Слово, мысль, воображение поразительно проворны.

Будем надеяться, что мы сумеем изменить мысль к лучшему, наделить ее целительной силой, и благодаря этому начнем не разрушать, а прославлять жизнь и планету.

Руперт: В мире людей скорость мысли вполне поддается измерению. Нам понадобились бы высокочувствительные приборы, чтобы установить с точностью до микросекунды, может ли телепатически переданная мысль достичь Австралии быстрее, чем телефонный звонок. Но по отношению к ангелам та же проблема приобретает совершенно иной характер. Поперечник нашей Галактики, например, — около 100 000 световых лет. Стало быть, если бы мысль ангела распространялась со скоростью света, ей понадобилось бы 100 000 лет, чтобы дойти от одного края Галактики до другого.

Мэтью: Да, это очень важно. Расширяющаяся Вселенная требует все большего количества ангелов. В Швейцарии живет женщина, которая общается с ангелами, и она говорит, что ангелам нужно четыре-пять дней, чтобы попасть оттуда сюда.

Руперт: Оттуда — это откуда?

Мэтью: Из любого места. Она слышит, как они приближаются с пением. Ангелы учат ее своим песням, а она их записывает, хотя она не музыкант. Она слышит, как они приближаются, и весь путь занимает у них четыре-пять дней.

Руперт: Если эти ангелы двигались со скоростью света, то это значит, что они находятся совсем рядом с нами. До ближайшей от Солнечной системы звезды — четыре световых года, а от большинства звезд нас отделяют сотни световых лет. Чтобы связаться на скорости света с духами этих звезд, понадобилось бы время, во много раз превышающее продолжительность человеческой жизни, а если говорить о самых дальних звездах — время более длительное, чем вся история цивилизации. Поэтому, чтобы наладить общение с дальними звездами и галактиками, нам нужна скорость, превышающая скорость света.

Мэтью: Поэтому с огромным количеством ангелов нам в нашей земной жизни встретиться не суждено.

Руперт: Это зависит, скорее, от подвижности ангельской мысли. Хильдегарда оставляет этот вопрос открытым. Он остается открытым и по сей день. Нельзя сказать, чтобы мы со времен Хильдегарды хоть сколько-нибудь серьезно продвинулись в понимании природы ангельского движения или скорости мысли.

Мэтью: Но мы продвинулись в представлениях о размерах Вселенной, отчего эта проблема только усложнилась.

Руперт: Да, этот вопрос стал еще более острым и актуальным.

 

ИЕРАРХИЧЕСКИЙ ПОРЯДОК

 

Ибо Всемогущий Господь, в соответствии со Своей божественной волей, установил различные порядки для небесных сил. Некоторым из них предназначено совершать особое служение, но все они — зерцала, в коих отражаются печати остальных порядков. В каждом отражении сокрыта тайна, которую другим ангельским порядкам не дано увидеть, познать или привести к завершению. Посему они ожидают в изумлении и поднимаются от хвалы к хвале, постоянно таким образом обновляясь, и хвала их никогда не истощится90.

 

Руперт: Все авторы согласны с идеей ангельских иерархий, их описания различаются только деталями. Подобно Дионисию и Аквинату, Хильдегарда выделяет девять ангельских чинов, образующих концентрические круги. Это иерархия вложенных уровней, или холархия.

Мэтью: По Хильдегарде, ангельские иерархии вписаны в круг. В другом месте она говорит: «Бог — это колесо». Иерархия вложенных уровней покоится на принципе взаимозависимости: различные порядки нуждаются друг в друге. В любой структуре части нуждаются в целом, а целое — в частях. Ангелы помещены в природную сферу. Ангелы не самодостаточны — они подчиняются тому же принципу взаимосвязанности целого и частей, что и вся остальная природа.

Руперт: Это совершенно необходимо. Ангелы не могут управлять всем сущим, не сообразуясь с его внутренним порядком.

Мэтью: Мне нравится то, что она говорит о тайне, «сокрытой в каждом отражении».

 

«Все создания славят творение». Заставка 15 из книги Хильдегарды Бингенской «Wisse die Wege Scivias». 1151.

 

 

Руперт: Тайна существует на каждом уровне холархического порядка. Например, клетка печени никогда не поймет, как устроена вся печень, а печень не поймет, как устроен организм в целом.

Мэтью: Но правда и то, что организм никогда не постигнет до конца, как устроена клетка.

Руперт: Верно. Наша способность к пониманию тесно связана с тем уровнем, на котором мы находимся. Мы можем изучать устройство клетки с помощью таких наук, как клеточная биология и биохимия, но проникнуть внутрь клетки, в ее самосознание, нам не дано. Это выходит за пределы нашего понимания, потому что здесь мы сталкиваемся с совершенно иным способом функционирования. Клетка не говорит по-английски, ее не интересуют подоходные налоги и прочее в том же духе. У нее другие заботы, они не совпадают с нашими. Все уровни взаимосвязаны, но также и взаимно непостижимы.

Идея ангельской холархии позволяет нам понять, что помимо человеческого существуют также другие типы и уровни сознания. Материалисты и светские гуманисты это отрицают: они считают, что природа не обладает сознанием, что она — всего лишь слепой механизм. Все живое выползло из первичного ила, затем появились млекопитающие, а потом возникли человеческие сознание и рассудок— и это единственная форма сознания во всей природе. Нет никакого божественного разума и никаких ангелов, хотя на других планетах, возможно существуют гуманоиды и у них там есть наука, похожая на нашу. Современное мировоззрение не признает идеи различных уровней или порядков сознания. Это невероятно обедняет сегодняшнюю мысль.

Мэтью: Высокомерный, исключительно антропоцентрический взгляд на вещи. Хотя мы и говорим, что коперниковская революция изъяла человека из центра мироздания и заставила его по-новому, более объективно, взглянуть на Вселенную, тем не менее, зрелище, представшее нашему взору, оказалось куда менее таинственным и вдохновляющим и гораздо более унылым и антропоцентричным, чем то, во что верили наши предки до Коперника.

Руперт: Это и называется, строго говоря, «гуманизмом»: человек в центре Вселенной.

Мэтью: Теперь, когда мы знаем, что Вселенная безгранична, разве не глупо полагать, будто крошечный мир людей — единственная область сознания и разума во всем мироздании? Это же просто нелепо!

Руперт: Да. И тем не менее это считается просвещенным взглядом на положение вещей. Эпоха Просвещения во многом сузила сознание, сосредоточившись на одном только человеческом рассудке, то есть весьма ограниченной способности понимания.

Мэтью: Гуманисты, наверное, хотят сказать, что только людям нужны книги. И они, пожалуй, правы. Если ангелы и духи могут путешествовать со скоростью мысли, то они, вероятно, куда дальше нашего продвинулись в области мышления. И им не нужны средства массовой информации.

Руперт: Точно — им не нужен Интернет.

 

ТЬМА

 

[Бог сказал:] «Дом Мой повсюду, во всех концах мира, дела Мои явлены на Востоке, Юге и Западе. Но Север Я оставил в запустении: там не светят ни солнце, ни луна. Посему в том месте, вдали от всего мироздания, находится ад, у которого нет ни кровли, ни пола. Там царит кромешный мрак, но и он служит свету Моей славы. Ибо как возможно познать свет, не познав тьмы? И как познать мрак, не познав сверкающего сияния Моих слуг света? Если бы это было не так, сила Моя не была бы совершенной: ибо не все дивные деяния Мои возможно описать101.

 

Руперт: Этот отрывок поразителен с нескольких точек зрения. Во-первых, здесь говорится о том, что сотворение света по необходимости влечет за собой и сотворение тьмы, отделение света от тьмы. Это и есть природа света — она подразумевает полярность света и тьмы. Волновое распространение света ведет к чередованию участков света и тьмы, когда пересекаются два луча света. Свет состоит из волн. Одна сторона — это свет, другая — тьма. Как говорит Хильдегарда, чтобы познать свет, необходима тьма. Восприятие всегда зависит от контраста.

Говоря о запустении на Севере, Хильдегарда кладет в основу этой метафоры наш опыт. В Северном полушарии солнце, луна и планеты на Севере не светят. Разумеется, на Севере есть звезды— например, Полярная звезда. Но перед нами, — скорее, основанная на наш опыте частная метафора, нежели абсолютный принцип Например, одна из обескураживающих реалий Австралии заключается в том, что полуденное солнце там, наоборот, оказывается на севере. На юге оно не светит.

У этой метафоры есть и более глубокий смысл: когда мы смотрим на ночное небо, то видим вокруг небесных тел сплошную черноту. Тьма охватывает огромную часть Вселенной.

 

«Падение Люцифера преображается в славу человечества».

Заставка 11 из книги Хильдегарды Бингенской "Wisse die Wege Scivias». 1151

 

Мэтью: Рассуждения о тьме Хильдегарда встраивает в космологию четырех сторон света. Коренные американские народы считают Север местом пребывания всего дикого и необузданного. Молясь духам Севера, индейцы просят даровать им силу переносить долгие ночи, суровые ветра и темноту. О ниспослании им духа доброты и мягкости они просят у Юга, потому что оттуда приходит солнце.

Ад для Хильдегарды — не пламя, а холод. Век спустя Данте скажет, что в последних своих глубинах ад — это лед, а не огонь.

Хильдегарда не боится обратить свой взор к Северу, к тьме, чтобы понять, чему они нас могут научить. Творец создал все четыре стороны света, в том числе и тьму. Тьма, по словам Хильдегарды, «служит свету». А свет служит тьме.

В богословии существует традиция апофатического описания божества — Бога, погруженного во тьму. В этом отличие Хильдегарды от некоторых последователей течения «нью-эйдж», что отрекаются от Севера, тени и тьмы. Они склонны описывать мир с позиций дуализма — мол, тьма — нечто нас недостойное, она — зло, и нет ничего, кроме света. Но на самом деле тьма— один из наших учителей. Для мистиков погружение во тьму — это via negativa.

Хильдегарда прославляет важную позитивную роль тьмы: это внутриутробная тьма, предшествующая рождению, тьма сомнений и ожидания. В ней зреет плод. Тьма утробы плодотворна.

Руперт: Тот факт, что она называет это место «адом», свидетельствует о том, что ад— не всегда зло: в первую очередь он — царство тьмы. Древние ведь чаще всего связывали ад с подземным миром, правда? Ад— это тьма, но не обязательно зло.

Мэтью: Так дело обстоит в иудаизме. Шеол, так же, как и Аид, — место, скорее, неизвестности, чем наказания. Но Хильдегарда упоминает, что у ада «нет ни кровли, ни пола». Значит, ад бесконечен?

Руперт: Наверное, это бесконечность космоса, космического мрака.

Мэтью: И также безмерность темной стороны с которой сталкиваешься, когда погружаешься в боль, страдание, подлинное горе. У горя нет ни конца, ни края, ни потолка, ни пола — оно кажется нескончаемым.

 

ЛЮЦИФЕР

 

Создавая первого ангела, Всемогущий Господь наделил его всей красотой творения. Бог украсил его, как украсил Он небеса и все мироздание: звездами, зеленью трав, блистающими каменьями. И нарек ему имя «Люцифер», что значит «светоносный», ибо ангел сей исполнен был света, исходящего от Предвечного Бога102. Люцифер, зная, что красотою своей он должен служить Богу, все же отринул божественную любовь и обратился к тьме, в коей стал вопрошать себя: «Разве не могу я по собственной воле совершать величе






Опора деревянной одностоечной и способы укрепление угловых опор: Опоры ВЛ - конструкции, предназначен­ные для поддерживания проводов на необходимой высоте над землей, водой...

Кормораздатчик мобильный электрифицированный: схема и процесс работы устройства...

Папиллярные узоры пальцев рук - маркер спортивных способностей: дерматоглифические признаки формируются на 3-5 месяце беременности, не изменяются в течение жизни...

Поперечные профили набережных и береговой полосы: На городских территориях берегоукрепление проектируют с учетом технических и экономических требований, но особое значение придают эстетическим...





© cyberpedia.su 2017 - Не является автором материалов. Исключительное право сохранено за автором текста.
Если вы не хотите, чтобы данный материал был у нас на сайте, перейдите по ссылке: Нарушение авторских прав

0.049 с.