Публицистика 70-х – 80-х годов — КиберПедия


Кормораздатчик мобильный электрифицированный: схема и процесс работы устройства...

Индивидуальные и групповые автопоилки: для животных. Схемы и конструкции...

Публицистика 70-х – 80-х годов



Публицистика этого периода не многим отличается от публицистики 20-30 годов. Сменились конкретные ситуации и герои, а подчеркнутый пафос в очерках и репортажах, восторг перед «всенародными свершениями» остался прежним.

Идейные стереотипы прессы 70 годов:

  1. Идея коллегиального решения вопросов. Благодаря использованию оборотов «мы», «советская власть» образ партии отходит на задний план, перенося меру ответственности на некий коллективный разум с расплывчатой мерой ответственности. Но готовый решать все новые задачи.
  2. Приоритет коллективного мнения над индивидуальным. (коллективные письма в газеты)
  3. Неизмеримо возрастающая роль коллективного труда на фоне индивидуального
  4. «Общая платформа» - навязывание общей эмоциональной доминанты, (освещение партийных съездов, в дни «всенародных свершений», описание ситуаций опасных для страны - гонка вооружения, нападки на социализм западных стран и тд.)

А. Аграновский

Среди публицистических произведений, отмеченных постоянным поиском истины, заслуживают внимания очерки А. Аграновского.

Очерк «Своего дела мастер»(«Известия», 1977, 16 февраля) начинается с русской притчи, изложенной, по словам очеркиста, у Достоевского так: «Стоял на дороге камень, огромный, и вышел государев приказ: убрать! А как? Англичане запросили пятнадцать тысяч серебром, потому рельсы нужны, да погрузить, да вывезти паром. Тут мужичонка стоит ухмыляется. Ты, мол, что? «Сто рубликов определите, ваша светлость, сведем камешек». И точно: утром приходят - гладко. А он вырыл яму, «понаперли» «этак на ура», свалили, засыпали и нет камня, как не было». Такой зачин не только сразу заинтересовывает, но и служит раскрытию основной идеи очерка: показать смекалку, мастерство русского человека, на долю которого выпало участвовать на монтаже реактора первой в мире атомной электростанции в Обнинске и стартовой позиции на Байконуре. Герой очерка, в котором «что-то есть», который «не похож на других», а в то же время самой обыкновенной судьбы: и квартира в новом доме обычная, и награды - обычные - «За боевые заслуги» (он воевал) и «За трудовую доблесть» (трудился всю жизнь). Задавшись целью показать обаяние простого, красивого своим трудом человека, очеркист сумел раскрыть подлинную радость творческого физического труда, радость настоящего мастера. Поднимая проблему профессионального мастерства, противопоставляя своего героя еще встречающимся «околоспецам», «подмастерам», «худшей категории работника на белом свете», А. Аграновский делится с читателями своими раздумьями о том, как писать о людях «нравственного и трудового эталона». Пафос, замечает он, в больших дозах утомителен, красноречие, превышающее средние нормы потребления, вызывает обратное воздействие. «Чем выше дела, тем проще нужны слова, - заключает очеркист. - Мне сейчас нужны самые простые слова».



Самые простые слова нужны были А. Аграновскому и при написании очерка «Реконструкция»(«Знамя», 1982, № 3), в котором тоже ставятся проблемы государственной важности. «Реконструкция», заявляет автор в самом начале своего повествования, вот то слово, которое «в ущерб стилю» придется все время повторять, «реконструкция» - вот дело, к которому пора привлечь самое широкое общественное мнение. Убедительно показывая, какие огромные прибыли дает реконструкция старых заводов, и, сокрушаясь, как мало еще выделяется на нее средств, публицист скрупулезно анализирует затронутую проблему, утверждая, что реконструкция - нормальное состояние производства, застой - ненормальное.

Важно заметить, что, показывая выгодность реконструкции и то, как еще велики силы, ее тормозящие, автор очерка заявляет: «Тут начинается моя тема». Это авторское «моя тема» вызывает желание глубже вникнуть в содержание очерка, обстоятельнее выявить творческую манеру публициста, сделать определенные выводы для журналистов-практиков. И мы убеждаемся еще раз, какими обширными познаниями нужно обладать, чтобы написать столь проблемный, на научной основе очерк. Промелькнуло сообщение, что в Днепропетровской области на реконструкцию тратится чуть ли не вдвое больше, чем в среднем по Союзу. Иной на это может и не обратил бы внимания, а А. Аграновский с мыслью «стало быть там уже поняли» незамедлительно едет по указанному адресу. Ему необходимо еще и еще раз рассказать о выгоде реконструкции, что на то же количество руды, чугуна, стали повсюду уходит меньше, чем при новом строительстве. Автор берет в расчет (и это чрезвычайно важно) и экономию земли. Он приводит заставляющие задуматься факты: только Днепропетровщина, одна из наших житниц, потеряла за пятилетие с 1976 по 1980 г. около 20 тыс. гектаров. Поля и фермы пришлось потеснить ради заводских корпусов, новых рудников, открытых разработок.



Сказанное существенно дополняет и такая деталь. Летом 1980 г. проходило совещание в ЦК КПСС и в газетном отчете промелькнуло, что после реконструкции Братская ГЭС увеличила мощность на четыреста тысяч киловатт (целый старый Днепрогэс). Не будь совещания, признается очеркист, мог бы и пропустить. «И мне стало стыдно, - пишет он, - потому что на строительство в Братск я ведь тоже ездил и перебывала там тьма писателей и журналистов». Приведя еще множество примеров того, как «мизерно мало пишут» о реконструкции, в том числе и известнейших заводов типа ленинградского Ижорского, очеркист подводит читателей к мысли о необходимости ввести не только в плановое русло реконструкцию, но и о необходимости реконструкции психологии журналистов, привыкших со времен первых пятилеток, чтобы им «подавали новизну». Как видим, «своя тема» получила в очерке А. Аграновского, благодаря тщательному изучению проблемы, глубокому ее осмыслению с научных позиций, всестороннее раскрытие.

Журналистика периода “холодной войны”

Противопоставление жизни двух систем - капиталистической и социалистической стало характерной чертой журналистики периода “холодной войны”. Но особенно это обострилось после объявления программы строительства коммунизма в 1980 г. Показ преимуществ социалистического образа жизни на страницах прессы, на радио и по телевидению было сутью журналистского творчества. Степень объективности этих материалов прессы были весьма условными. Картина процветания с отдельными, нетипичными недостатками - такой итог был нужен для воспитания масс и борьбы с идеологическим противником в лице капиталистической системы.

Одной из важнейших в прессе стала тема роли руководителя. На страницах периодической печати можно было постоянно видеть очерки, посвященные мудрым и умелым хозяйственникам, четко выполняющим решения партии. Другая значимая тема – социалистическое соревнование и ход выполнения пятилетних планов. В прессе были развернуты широкие пропагандистские кампании по подготовке к юбилеям Октября, образования СССР, юбилеям В.И.Ленина. Трудовые почины, трудовые подарки к знаменательным датам – были дежурными темами в газетах всех уровней. Существенная роль отводилась печати в реализации важнейших хозяйственных начинаний – строительстве новых предприятий, железных дорог, освоении целинных земель или земель Нечерноземья. Цель таких материалов - привлечь людей к участию в них. Активно пропагандировался тезис стирания граней между городом и деревней, между умственным и физическим трудом, как важнейший этап создания материально-технической базы коммунизма.

Общий вывод

СМИ были основным связующим звеном между партией и народом. Все партийные решения, события, происходившие в стране, освещались с помощью прессы и радио, а в советский период и с помощью телевидения. В тоталитарном обществе СМИ отражают только одну точку зрения – точку зрения партии. С помощью СМИ осуществлялось “зомбирование” людей, внедрялись нужные партии мысли, идеалы, ценности.
Бесспорно, что СМИ были одним из основных факторов, способствующих формированию “человека-советского” как базового типа личности. СМИ искусственно нагнетали обстановку поклонения и подчинения в обществе. СМИ в тоталитарном обществе не могут быть в оппозиции к правящему режиму. Они могут быть исключительно в государственной собственности и отражать политику государства только в выгодном для него свете. Понятие гласности не может существовать в тоталитарном обществе.

 

Билет №10 вопрос 1

Отечественная журналистика в годы демократизации и гласности.Радикальные перемены в укладе общественной жизни страны привели к соответствующим изменениям многих социальных институтов, включая средства массовой информации. Провозглашение демократизации и гласности открыло перед средствами массовой информации возможность анализировать события и явления, поднимать серьезные социальные проблемы и предлагать пути их решения. На первый план в СМИ выступали задачи правдивого отражения действительности, информированность, компетентность, профессионализм. После 70 лет ограничений средства массовой информации заговорили в полный голос. Откровения новой журналистики эпохи демократии и гласности кружили голову, зачастую вызывали эйфорию средств массовой информации, уводили от раздумий о возможных последствиях неограниченной свободы слова для общества в целом. Вместе с тем журналистика оставалась органической структурой однопартийной политической системы со всеми вытекающими отсюда последствиями. В 1987 г. в стране выходило свыше 7,5 тыс. газет, Развернувшаяся перестройка привела к все более возрастающему авторитету СМИ. В 1989 г. газетно-журнальный мир страны насчитывал 8800 газет. При всей деформации межнациональных отношений структурный характер советской журналистики оставался многонациональным. В 1989 г. газеты выходили на 55 языках. Тираж республиканских газет увеличился на 1 млн 200 тыс. экз., 700 тыс. -- областных, на 1 млн 700 тыс. -- районных и на стольк же – городских.Курс на перестройку, демократизацию и гласность привел к отказу от традиционной однопартийное и переходу к новой демократической и многопартийной -- системе. Под давление масс в марте 1990 г. была отменена ст. 6 Конституции СССР, которая признавала только за КПСС право на руководство советским обществом. Таким образом, ликвидировалось монопольное право КПСС на контроль за периодической печатью. В июне 1990 г. был принят Закон СССР «О печати и других средствах массовой информации». Он отменил цензуру, предоставил широкие права на учреждение печатных изданий и других средств массовой информации, ввел их регистрацию как проявление новых принципов строительства журналистики в демократическом обществе. По данным Госкомпечати бывшего СССР, на 15 марта 1991 г. в стране было зарегистрировано около 1800 газет и журналов, рассчитанных на общесоюзную аудиторию. Около 850 газет выходило впервые. Если учесть, что Министерство печати и массовой информации Российской Федерации к середине марта 1991 г. зарегистрировало более 600 изданий, а Моссовет -- около 300, то всего в стране к августу 1991 г. выходило более 2600 газет и журналов, половина из которых -- новые. Создание института учредителей периодических изданий явилось важнейшим шагом в организации видоизменявшейся структуры центральной и местной прессы. Многообразие форм учредительства позволило типологически расширить систему периодической печати. Вышли в свет газеты Верховных Советов республик, издания областных, краевых Советов народных депутатов, общественно-политические и иллюстрированные еженедельные газеты, журналы и бюллетени, еженедельные издания для деловых людей с ежемесячным аналитическим приложением, еженедельники для массовой аудитории, газеты, рассчитанные на подготовленного читателя, ежемесячные издания газетно-журнального типа и др. Новые тенденции в организации издательского дела, переход к рыночным отношениям изменили положение прессы. В особенно тяжелых условиях оказалась демократическая печать России, в наиболее выгодных -- издания партийных комитетов КПСС, в руках которых были сосредоточены все материально-технические средства -- финансы, бумага, полиграфическая база. И все-таки конкуренция вызвала к жизни качественно новые издания: «Независимую газету», «Куранты», «Коммерсантъ» (с воскресным приложением), «Совершенно секретно» (ежемесячник) и др. Появились издания Верховных Советов республик: «Россия», «Вестник Грузии», «Голос Армении» и др. В условиях демократизации и гласности в структуре средств массовой информации все большее значение приобретали телевидение и радиовещание. Передачи в цветном изображении принимались более чем в тысяче городов. ЦТ вело передачи по 14 программам. Все они шли в цветном изображении. В 1986 г. кроме Всесоюзного радио передачи готовили 162 комитета. Радиовещание охватило всю территорию страны. Среднесуточный объем вещания для населения страны составил свыше 1300 часов, в том числе передачи Всесоюзного радио -- свыше 150 часов. Всесоюзное радио транслировало передачи по 9 программам. Радиовещание велось на 72 языках народов страны и на 70 языках народов зарубежных стран. В каждой республике Союза работала своя студия телевидения. В 1989 г. в стране имелось 119 программных телецентров, но права их были чрезвычайно ограничены. Их эфирное время и объемы суточных передач жестко регламентировались Гостелерадио СССР. В зоне уверенного приема телевизионных программ проживало около 230 млн человек, т.е. почти 90% населения страны. 160 млн человек имели возможность принимать две программы. У населения в 1988 г. было свыше 80 млн телевизоров, в том числе 8 млн цветных. В 1990 г. вещание вел 131 программный телецентр, 176 радиодомов и свыше 5 тысяч местных радиостанций. Передачи Всесоюзного радио велись по 1 4 программам, включая дубли для всех часовых поясов. Центральное телевидение осуществляло передачи по 14 программам. Радиовещанием была охвачена практически вся территории СССР, 85% населения принимало телевизионные передачи, осуществляемые с использованием космических средств связи. 1990 г. стал последним годом существования Государственного комитета СССР по телевидению и радиовещанию. В феврале 1991 г. он был преобразован во Всесоюзную государственную телерадиовещательную компанию. Но за ней, как и в прошлые годы, во многом сохранилось монопольное право на технические средства. В 1991 г. начался процесс разрушения единого информационного пространства СССР. Национальные республики Союза одна за другой провозглашали свой суверенитет. Освобождаясь от диктата Центра, они рвали десятилетиями установившиеся традиции и в сфере журналистики, решительно отказывались от распределения сверху эфирного времени и его объемов для республиканских радиокомитетов и телестудий и по своему усмотрению устанавливали время трансляций теле- и радиопередач из Москвы. Устранение монопольного права Центрального телевидения и Всесоюзного радио на эфирное время привело к существенным изменениям в структуре телевидения и радиовещания страны. На смену единой системе пришли разобщенные, не связанные общими целями 15 государственных телерадиокомплексов со своими проблемами и задачами. Таким образом, распад СССР, ускоренный августовскими событиями 1991 г., новое геополитическое устройство на обширной территории страны повлекли за собой коренные изменения в работе телевизионной и радиосистем. Создание Содружества Независимых Государств (СНГ) в декабре 1991 г. не смогло существенным образом повлиять на восстановление даже на новой организационной основе единого информационного пространства стран содружества. Во второй половине 80-х гг. значительные изменения произошли в информационной службе страны. Телеграфное агентство Советского Союза, оставаясь основным монополистом оперативной информации, ежедневно готовило и передавало для 4 тыс. советских газет, радио и телевидения СССР 300-325 внутрисоюзных и международных сообщений. Еще больший поток информации направлялся на восьми языках по зарубежным каналам ТАСС. Его подписчиками являлись свыше 600 зарубежных информационных агентств, министерств информации, редакций газет, журналов, телевизионных и радиокомпаний и других организаций из 115 стран. В середине 80-х гг. корреспонденты ТАСС были аккредитованы в 125 зарубежных странах. Новые тенденции в журналистике, возникшие в конце 80-х гг., на первых порах мало что меняли на рынке оперативной информации. По-прежнему над информационными просторами СССР высился монопольный гигант ТАСС, остававшийся фактически одним из главных пропагандистских органов ЦК КПСС, а значит и всех уровней советской власти. В 1989-1991 гг. ТАСС оставался в стороне от тех процессов, которые происходили в обществе, хотя они касались и средств массовой информации, информационной службы. Произошла реорганизация АПН в информационное агентство «Новости», в стране возникали новые информационные агентства. Первые независимые агентства начали появляться в самом конце 80-х гг. и, конечно, они не составляли сколько-нибудь серьезной конкуренции ТАСС или еще существовавшему тогда АПН. Непривычно звучали их названия -- «Интерфакс», «Постфактум», «ИМА-пресс», «СИА», «Харьков-новости», «БИС», «МГ» и др. Организацию их взяли на себя профессиональные журналисты, имевшие опыт работы в центральной прессе. Информационное агентство «Интерфакс» было организовано в сентябре 1989 г., когда в стране существовало уже несколько негосударственных агентств, в частности «Постфактум», «Студинфо» и др. Практически меньше чем за год «Интерфакс» по достоверности информации и ее тематическому спектру вышел на первое место среди негосударственных агентств, а в бизнес-информации обошел и ТАСС. Колыбелью «Интерфакса» стал отдел информации студии иновещания Гостелерадио, который за счет продажи информации на внешний рынок сумел отделиться в самостоятельную структуру, уделив большое внимание организации отдела политики и службы бизнес-информации. Из других агентств большим авторитетом у подписчиков пользовался экономический отдел «Постфактум». Но вскоре он влился в структуру издательского дома «Коммерсантъ» и стал основным поставщиком информации для его изданий. С начала 90-х гг. экономическая информация агентства «Интерфакс» среди иностранных деловых кругов и бизнес-изданий котировалась выше, чем подобного же рода сообщения всех других агентств страны, включая ИТАР-ТАСС. Кроме ежедневного экономического обзора «Интерфакс» выпускал пять еженедельных специализированных изданий для иностранных и российских промышленных и торговых фирм и финансовых структур. Помимо ежедневного выпуска экономических новостей и специализированных бизнес-изданий агентство четыре раза в сутки, не считая экспресс-выпусков, распространяло блок политических новостей «Интерфакс Ньюс» и около десяти специализированных изданий по законодательству, дипломатии, социологии, статистике и другим вопросам. В конце 80-х -- начале 90-х гг. появлялись новые информационные агентства и на местах: «Сибинформ», «Урал-акцепт», «Урал-Советы» и др. Региональные агентства представляли собой объединения местных журналистов. Используя свой профессиональный опыт и деловые контакты, они взялись за сбор и распространение информации, удовлетворявшей запросы не только местных структур средств массовой информации, но и более высокого уровня. Попытка государственного переворота в августе 1991 г. заметно отразилась на состоянии средств массовой информации страны. Одно из первых постановлений Государственного комитета по чрезвычайному положению (ГКЧП), принятых 19 августа 1991 г., касалось прекращения выпуска всех центральных и московских газет и журналов, за исключением шести газет КПСС, а также «Труда», «Известий» и «Красной звезды». 19 августа журналисты «Независимой газеты» решили выпустить очередной ее номер. Но это им не удалось. Материалы не вышедшего в Москве номера «НГ» были переданы за рубеж. Их опубликовали многие газеты мира. В полном своем варианте номер «Независимой газеты», запрещенный в Москве, вышел в Париже на французском языке 100-тысячным тиражом. Его выпустил на свои средства французский еженедельник «Курье Интернасьональ». Вечером того же дня редакция «НГ» передала ведущим информационным агентствам и газетам зарубежных стран «Обращение к свободным журналистам мира», в котором содержался призыв организовать мощную международную акцию в поддержку свободных советских журналистов и всей свободной советской прессы. «Обращение» было напечатано на следующий день в газетах США, Англии, Франции, Испании, Италии, Бельгии, Греции, Австрии и других стран. К концу дня 19 августа на улицах Москвы, в метро, в переходах появились сотни листовок, отпечатанных на ксероксах, изданных практически всеми запрещенными к выпуску газетами. Листовки единодушно осуждали путчистов и тех, кто их поддерживал. августа у Белого дома в Москве состоялся стотысячный митинг. Вместе с защитниками демократии на площади были и Журналисты газет, запрещенных путчистами. Утром того же дня Редакторы 11 независимых газет собрались в редакции «Московских новостей» и договорились выпускать «Общую газету», экстренно зарегистрированную в Министерстве печати РСФСР. 21 августа 1991 г. Президент Российской Федерации Б. Ельцин издал указ «О средствах массовой информации в РСФСР», в котором говорилось о том, что имевший место переворот показал опасность монополизации СМИ, функционировавших на территории РСФСР. ТАСС, агентство «Новости», а также газеты «Правда», «Советская Россия», «Гласность», «Рабочая трибуна», «Московская правда», «Ленинское знамя» и другие, отмечалось в документе, вели активную кампанию клеветы против представителей законной российской власти, дезинформировали народ и по сути явились соучастниками государственного переворота. В соответствии с указом был временно приостановлен выпуск этих газет как изданий КПСС. Этим же указом отстранялись от исполнения должностных обязанностей директор ТАСС и председатель информационного агентства «Новости» за «осуществление дезинформации населения и мировой общественности о событиях в стране». В связи с тем, что Всесоюзная телерадиокомпания в дни путча являлась одним из основных орудий ГКЧП, ее руководитель указом президента был смещен со своего поста. В августе возобновился выход всех запрещенных ГКЧП демократических изданий. В эти августовские дни широкое признание, в первую очередь со стороны зарубежных средств информации, пришло к агентству «Интерфакс». В дни путча большинство иностранных журналистов, работавших в Москве, были единодушны в своей оценке деятельности «Интерфакса»: он работал оперативнее и объективнее всех советских средств массовой информации. События августа 1991 г. в значительной мере повлияли на политический спектр формировавшейся демократической журналистики страны. Гарантом ее стабильности в обществе явился указ президента РСФСР «О мерах по защите свободы печати в РСФСР», принятый 11 сентября 1991г. Проходившие перерегистрация функционировавших и регистрация вновь создаваемых периодических изданий и других средств массовой информации позволили представить реальное состояние структуры СМИ в последние месяцы 1991 г. На начало ноября 1991 г. Министерство печати и массовой информации РСФСР зарегистрировало 1269 газет, журналов, информационных агентств. Более 2200 информационных органов получили свидетельства в бывшем союзном ведомстве. Особенно большое количество изданий выходило в крупных городах. Реформы в области экономики, начавшиеся в конце 80-х гг., не могли обойти стороной и журналистику. Газетный рынок в стране сложился одним из первых. Как любая отрасль, столкнувшись с экономическими проявлениями рынка, средства массовой информации оказались под их воздействием. И дело здесь было не только в конкурентоспособности издания. Даже у лучших из них -- газет «Московские новости», «Литературная газета», журнала «Новый мир» резко упало число подписчиков. А такие массовые популярные газеты, как «Труд» и «Комсомольская правда», потеряли по пять миллионов подписчиков Читательская привязанность к изданию обернулась тяжелыми последствиями. Неконтролируемый рост цен на бумагу и распространение печатной продукции сделали нищими прежде всего те издания, которые получили самую большую поддержку читателей. Последующий рост цен на бумагу, транспорт, связь, типографские расходы привел к невероятно высоким ценам на периодику. В газетно-журнальном мире страны сложилась такая ситуация, когда производство газеты обходится дешевле, чем ее доставка читателю. Причина резкого падения тиражей многих центральных изданий была связана также с тем, что они превратились в инструмент борьбы за власть. Не случайно читательская аудитория отдала предпочтение такой газете, как «Аргументы и факты». В 1991 г. у нее было зарегистрировано рекордное число подписчиков -- 33 млн. В условиях складывавшихся рыночных отношений судьба большинства изданий оказалась в руках рекламодателей. «Охота» за рекламой явилась следствием экономических трудностей, с которыми столкнулась освобожденная пресса. Предоставленная независимость для большей части ее оказалась формальной в силу непомерных расходов на производство и транспортировку. Даже реклама не смогла обеспечить финансовую независимость многих изданий. Они, как и прежде, могут существовать, лишь получая государственные дотации. В журналистике начала 90-х гг. заметно выделились несколько направлений. Первое -- это издания, политические по сути, но не связанные с какой-либо организацией: «Московские новости», «Известия», «Литературная Россия» и др. Второе вызвало к жизни издания, тип которых сформировался в результате перестроечных процессов и рыночных отношений, соединивших в себе черты политической журналистики и других направлений информационной деятельности: «Коммерсантъ», «Независимая газета», «Сегодня» и др. Третье было, связано с возрождением многопартийности -- системы партийных изданий, являвшихся центрами партийных организаций.

2 Возрождение в стране многопартийной печати.Демократизация жизни советского общества дала импульс развитию печати неформальных организаций, возникшей во второй половине 70-х гг. в знак протеста против жесткой цензуры в стране и отсутствия демократии. Потребность высказать несогласие с существовавшими порядками сделала ее, по сути, оппозиционной по отношению к КПСС и государственной власти. Активизация деятельности неформальной прессы произошла после апреля 1985 г. В этом году начала выходить газета «Гласность», которая ставила целью ускорить процесс позитивных преобразований в обществе. Вячеслав Аргунов создал в Москве Московское бюро информационного обмена, которое вскоре фактически стало координационным центром неформального демократического движения. Бюро создало библиотеку самиздата. В рамках Московского бюро информации действовала служба ежедневных новостей. Требования демократии, гласности заставили руководителей КПСС дать зеленый свет разоблачению преступлений Сталина, порочных методов руководства Хрущева и Брежнева и даже отдельных негативных явлений в самой партии. Бранить прежних государственных и партийных руководителей, критиковать ошибки и заблуждения периодов террора, волюнтаризма и застоя стало для советской журналистики делом обычным. Вместе с тем незыблемой оставалось признание руководящей роли партии. Именно партийные и иные властные структуры хотели бы установить гласности совершенно определенные пределы. Деятельность советской журналистики во второй половине 80-х гг. стала особенно сложной. С одной стороны, она выступала обличителем всех пороков, рожденных административно-командной системой, с другой -- выражала готовность критиковать, что укажут и как укажут. Хотя запретные в прошлом темы и открывались для обсуждения, но оставался тот предел, перешагнуть который означало посягнуть на святая святых -- на партию, ее руководящую роль в обществе. Именно в том и была притягательная сила неформальной печати, что она вышла за рамки официальной дозволенности. Материалы ее раскрывали пагубные последствия основанной Лениным тоталитарной диктатуры, большевизма на всех этапах его развития. Среди первых самиздатовских журналов и бюллетеней, выходивших нелегально, были «Гласность», «Экспресс-хроника», «Меркурий», «Община», «День за днем» и др. К началу августа 1988 г. в стране, главным образом в Москве, Ленинграде, в Прибалтике, на Урале, выходило 64 самиздатовских журнала. Количество их неуклонно росло, все более пестрым становился их политический спектр: либерально-демократические, христианские, пацифистские, марксистские, художественно-философские и др. Прямой наследницей самиздата -- не подцензурной литературы -- стала альтернативная пресса. Вокруг периодических изданий типа «Хроника текущих событий», «Хроника защиты прав человека», «Поиск» и других складывалась группа единомышленников, объединяемых неприятием ценностей и целей тоталитаризма. Подготовка, распространение и хранение подобных изданий вплоть до конца 80-х гг. считались уголовно наказуемыми. В течение всего четырех лет (1987-1990) численность альтернативных изданий возросла почти в 100 раз и к 1991 г. составила не менее двух тысяч, а разовый тираж -- несколько миллионов экземпляров. Но многие газеты, журналы, бюллетени, не успев возникнуть, прекращали свое существование. Только в 1989 г. перестали выходить 30% изданий. Пик активности неформальной, альтернативной прессы приходится на первую половину 1989 г. Прежде всего это было связано с небывалым ростом политической активности населения в период выборов на Первый съезд народных депутатов СССР. К концу 80-х гг. в альтернативной прессе по своим направлениям сформировалось несколько групп изданий: общественно-политические, религиозно-философские, литературно-художественные и др. Преобладающее место в альтернативной прессе заняли политизированные издания. Но были здесь газеты и журналы находившиеся вне политики: кооперативно-коммерческие, женские («Женское чтение»), по проблемам секса и т.д. Осень 1990 г. совершила переворот в неформальной и альтернативной прессе. Верховный Совет СССР принял два закона: Закон о печати и других средствах массовой информации и Закон об общественных организациях Об общественных организациях. Первый закон гласил, что пресса свободна, т.е. неподцензурна. Цензура ликвидируется. Любое издание получает право не существование, но подлежит регистрации. Второй закон провозглашал свободное существование любой общественной организации. Для этого она должна быть легализована, т.е. зарегистрирована в органах советской власти. А деятельность ее не должна противоречить конституционным нормам государства. Оба закона лишали неформальную и альтернативную печать корней -- отныне такие издания могли выходить свободно, если не пропагандировали то, что было запрещено законом: насилие, вооруженную борьбу, национальную рознь и т.д. Результатом демократизации общества стал процесс формирования новых политических образований, чаще всего весьма недолговечных. Многие из них сразу же проявили стремление создать свои печатные органы. Так, с возникновением партии социал-демократов появилось множество газет и центральный орган партии «Меньшевик». «Конституционный демократ» -- так назвала свой орган партия кадетов. С ростом числа новообразованных партий в стране росло и количество изданий, все больше формировавшихся в многопартийную структуру. В начале 90-х гг. этот процесс находился в начальной стадии. Но уже тогда обозначился весьма разнообразный политический и тематический спектр общественно-политических изданий, выпускавшихся новообразованными партиями. За 1990 г. появилось 1173 газеты, журнала, бюллетеня различных политический партий и общественных организаций. Демократизация жизни нашего общества позволила возродить традиции русской журналистики дооктябрьского периода. Официальное право на широкое массовое издание получила церковная пресса. Во второй половине 80-х годов активно содействовала борьбе неформальной и альтернативной печати за права человека в СССР пресса русского зарубежья. С потоком «третьей волны» эмиграции из Советского Союза в страны Западной Европы и Америки здесь заметно увеличилась численность русскоязычной периодики. Наряду с изданиями, основанными еще первой, а затем второй «волной» эмиграции, в 80-е годы продолжалось издание «Русской мысли» в Париже, «Нового русского слова» и «Нового журнала» в Нью-Йорке, «Вестника РХД», переехавшего из Парижа в Нью-Йорк, «Посева» и «Граней» во Франкфурте-на-Майне... При заметно изменившейся их проблематике, они все же не в полной мере выражали те тенденции, которые были присущи людям, родившимся и выросшим при авторитарном режиме. Пресса «третьей эмиграции» стала фактически ветвью советской журналистики, получившей возможность не подцензурно, свободно выражать свои мысли и идеи. Она отражала взгляды людей, оказавшихся в ненасильственной, а добровольной эмиграции. Литературно-публицистические центры новой эмиграции оставались прежними: Париж, Нью-Йорк; Мюнхен, Брюсселе, Тель-Авив. Созданные периодические издания выносили на свои страницы «недоспоренные» полушепотом дома споры, нереализованные в условиях советской цензуры несбыточные проекты -- художественные, социально-философские, экономические. Дальнейшая судьба новых изданий во многом зависела от их финансовых возможностей, от умения завоевать читательскую аудиторию и выдержать конкурентную борьбу, от типа издания, его модели. Так сложилось, что по разного рода причинам некоторые газеты и журналы просуществовали недолго. В частности, не нашли своего читателя журналы, пытавшиеся реализовать проекты в области изящной словесности. Основная часть изданий новой волны эмиграции решила следовать традициям русской журналистики и в качестве модели взяла тип «толстого» журнала, позволявшего иметь отделы, присущие общественно-политическому и литературно-художественному изданию. В материалах журналов «Посев», «Грани» и других, в передачах радиостанций «Свобода», «Свободная Европа», «Европа» и других содержался призыв к ускорению процесса демократизации в советской стране, решительному преодолению наследия тоталитаризма. Вряд ли в начале 80-х гг. кто-то мог предположить, что спустя 5-6 лет будет прекращено глушение западных радиостанций, что миллионы советских людей свободно будут слушать их передачи. Глушение программ Би-Би-Си окончательно прекратилось, например, в 1986 г. На протяжении долгих лет советские власти рассматривали «Русскую службу» Би-Би-Си как врага. Однако в середине 80-х гг. многое изменилось, а в 1991 г., после августовских событий, сразу же после своего освобождения из «форосского плена» М. Горбачев провозгласил Би-Би-Си лучшей информационной службой. Так называемые «вражеские голоса» -- западные радиостанции -- были единственным источником достоверной информации. В августе 1991 г. «Всемирная служба» Би-Би-Си первой из зарубежных радиостанций сообщила о попытке государственного переворота в СССР. В эти дни «Русская служба» Би-Би-Си увеличила продолжительность своих передач и довела их до 16 часов в сутки. В 1991 г. Би-Би-Си подписала договор о сотрудничестве с «Радио России», который стал первым в истории радиовещания договором между западной и российской радиостанциями. 3 Журналистика эпохи «перестройки».Вопросы «перестройки» заняли одно из главных мест и в передачах телевидения и радио. Большой интерес у телезрителей вызывали репортажные и проблемные циклы «Прожектор перестройки», «В силу сложившихся обстоятельств», «В фокусе - проблема», «Для всех и для каждого», «О проблемах социальной справедливости» и др. Огромную аудиторию собирали публицистические программы «Взгляд», «Позиция». Перспективы реорганизации народного хозяйства нашли многообразное и широкое отражение на радио. Всесоюзное радио регулярно обращалось к «Радиоанкете перестройки», к жанрам «Актуальное интервью», «Радиоперекличка». Живой интерес у радиослушателей вызывали программы «Контакт», проблемно-публицистическая передача «Сигнал», в определенной мере перекликавшаяся с «Прожектором перестройки». Новым достижением телев<






Папиллярные узоры пальцев рук - маркер спортивных способностей: дерматоглифические признаки формируются на 3-5 месяце беременности, не изменяются в течение жизни...

Поперечные профили набережных и береговой полосы: На городских территориях берегоукрепление проектируют с учетом технических и экономических требований, но особое значение придают эстетическим...

Индивидуальные и групповые автопоилки: для животных. Схемы и конструкции...

Общие условия выбора системы дренажа: Система дренажа выбирается в зависимости от характера защищаемого...





© cyberpedia.su 2017-2020 - Не является автором материалов. Исключительное право сохранено за автором текста.
Если вы не хотите, чтобы данный материал был у нас на сайте, перейдите по ссылке: Нарушение авторских прав

0.014 с.