Исторически обусловленные реальности существования человека. — КиберПедия


Кормораздатчик мобильный электрифицированный: схема и процесс работы устройства...

Индивидуальные и групповые автопоилки: для животных. Схемы и конструкции...

Исторически обусловленные реальности существования человека.



Условием развития человека помимо реальности самой Природы яв­ляется созданная им реальность культуры. Для понимания законо­мерностей психического развития человека следует определить про­странство человеческой культуры.

Под культурой обычно понимают совокупность достижений обще­ства в его материальном и духовном развитии, используемых общест­вом в качестве условия развития и бытия человека в конкретный исто­рический момент. Культура - явление коллективное, исторически обу­словленное, сконцентрированное прежде всего в знаково-символической форме.

Каждый отдельный человек входит в культуру, присваивая ее ма­териальное и духовное воплощение в окружающем его культурно-историческом пространстве.

Возрастная психология как наука, анализирующая условия разви­тия человека на разных этапах онтогенеза, требует выявления связи культурных условий и индивидуальных достижений в развитии.

Определяемые культурным развитием, исторически обусловленные реальности существования человека можно классифицировать следую­щим образом: 1) реальность предметного мира; 2) реальность образно-знаковых систем; 3) реальность социального пространства; 4) при­родная реальность. Эти реальности в каждый исторический момент имеют свои константы и свои метаморфозы. Поэтому психологию лю­дей определенной эпохи следует рассматривать в контексте культуры этой эпохи, в контексте значений и смыслов, придаваемых культурным реальностям в конкретный исторический момент.

В то же время каждый исторический момент следует рассматривать в плане развития тех деятельностей, которые вводят человека в про­странство современной ему культуры. Эти деятельности, с одной сто­роны, являются компонентами и достоянием культуры, с другой -выступают условием развития человека на разных этапах онтогенеза, условием его обыденной жизни.

А. Н. Леонтьев определял деятельность в узком смысле, т.е. на пси­хологическом уровне, как единицу «жизни, опосредованной психиче­ским отражением, реальная функция которого состоит в том, что оно ориентирует субъекта в предметном мире»5. Деятельность рассматри­вается в психологии как система, имеющая строение, внутренние связи и осуществляющая себя в развитии.

Психология исследует деятельность конкретных людей, которая протекает в условиях существующей (заданной) культуры в двух ви­дах: 1) «в условиях открытой коллективности- среди окружающих людей, совместно с ними и во взаимодействии с ними»; 2) «с глазу на глаз с окружающим предметным миром»6.



Обратимся к более подробному обсуждению исторически обусловлен­ных реальностей существования человека и деятельностей, определяю­щих характер вхождения человека в эти реальности, его развитие и бытие.

7. Реальность предметного мира. Предмет или вещь7 в сознании че­ловека есть единица, часть сущего, все то, что обладает совокупно­стью свойств, занимает объем в пространстве и находится в отноше­нии с другими единицами сущего. Мы будем рассматривать матери­альный предметный мир, обладающий относительной независимо­стью и устойчивостью существования. В реальность предметного ми­ра входят предметы природы и рукотворные предметы, которые чело­век создал в процессе своего исторического развития. Но человек не только научился создавать, использовать и сохранять предметы (ору­дия труда и предметы для иного назначения), он сформировал систему отношений к предмету. Эти отношения к предмету отражены в языке, мифологии, философии и в поведении человека.

В языке категория «предмет» имеет специальное обозначение. В большинстве случаев в естественных языках - это существительное, часть речи, обозначающая реальность существования предмета.

В философии категория «предмет», «вещь» имеет свои ипостаси: «вещь в себе» и «вещь для нас». «Вещь в себе» означает существование вещи само по себе (или «в себе»). «Вещь для нас» означает вещь, какой она раскрывается в процессе познания и практической деятельности человека.

В обыденном сознании людей предметы, вещи существуют априо­ри - как данность, как явления природы и как составная часть культуры.

Одновременно они существуют для человека как объекты, ко­торые создаются и уничтожаются в процессе предметной, орудийной, тпуловой деятельности самого человека. Лишь в отдельные моменты человек задумывается над кантовским вопросом о «вещи в себе» - о познаваемости вещи, о проникновении познания человека «во внут­ренность природы»8.



В практической предметной деятельности человек не сомневается в познаваемости «вещи». В трудовой деятельности, в простом манипу­лировании он имеет дело с материальной сущностью предмета и по­стоянно убеждается в наличии его свойств, поддающихся изменениям и познанию.

Человек создает вещи и осваивает их функциональные свойства. В этом смысле Ф. Энгельс был прав, утверждая, что «если мы можем доказать правильность нашего понимания данного явления природы тем, что мы сами его производим, вызываем его из условий, заставля­ем его к тому же служить нашим целям, то кантовской неуловимой «вещи в себе» приходит конец»9.

В реальной действительности кантовская идея «вещи в себе» обо­рачивается для человека не практической непознаваемостью, а психо­логической природой человеческого самосознания. Вещь наряду с ее функциональными особенностями, нередко рассматриваемыми чело­веком с точки зрения ее потребления, в других ситуациях обретает черты самого человека. Человеку свойственно не только отчуждение от вещи для ее использования, но и одухотворение вещи, придание ей тех свойств, которыми обладает он сам, идентификация с этой вещью как родственной человеческому духу. Здесь речь идет об антропомор­физме - наделении предметов природы и рукотворных предметов человеческими свойствами10.

Весь природный и рукотворный мир в процессе развития человече­ства обретал антропоморфические черты благодаря развитию в ре­альности социального пространства необходимого механизма, опре­деляющего бытие человека среди других людей, - идентификации.

Антропоморфизм реализуется в мифах о происхождении солнца (солярные мифы), месяца, луны (лунарные мифы), звезд (астральные мифы), вселенной (космогонические мифы) и человека (антрополо­гические мифы). Существуют мифы о перевоплощениях одного суще­ства в другое: о происхождении животных от людей или людей от животных. Представления о закономерных предках были широко распространены в мире. У народностей Севера, например, эти пред­ставления присутствуют в их самосознании и сегодня. Мифы о пре­вращении людей в животных, в растения и предметы известны много­численным народам земного шара. Широко известны древнегреческие мифы о гиацинте, нарциссе, кипарисе, лавровом дереве. Не менее из­вестен библейский миф о превращении женщины в соляной столб.

В категорию предметов, с которыми идентифицируется человек, подпадают природные и рукотворные предметы, им придается значе­ние тотема - предмета, находящегося в сверхъестественном родстве с группой людей (родом или семьей)11. Сюда могут быть отнесены рас­тения, животные, а также неодушевленные предметы (черепа тотем­ных животных - медведя, моржа, а также ворона, камни, части засох­ших растений).

Одушевление предметного мира - это не только удел древней куль­туры человечества с мифологическим сознанием. Одушевление- не­отъемлемая часть присутствия человека в мире. И сегодня в языке и в образных системах человеческого сознания мы находим оценочное отношение вещи, как обладающей или не обладающей душой. Суще­ствуют представления о том, что неотчужденный труд создает «теп­лую» вещь, в которую вложили душу, а отчужденный труд производит «холодную» вещь, вещь без души. Конечно, «одушевление» вещи совре­менным человеком отличается от того, как это происходило в дале­ком прошлом. Но не следует торопиться с выводами о принципиаль­ном изменении природы человеческой психики.

В различении вещей «с душой» и вещи «без души» отражена психо­логия человека - его способность вчувствоваться, отождествлять себя с вещью и способность отчуждаться от нее. Человек творит вещь, восхищается ею, разделяя свою радость с другими людьми; он же раз­рушает, уничтожает вещь, низводит ее в прах, разделяя свое отчуж­дение с соучастниками.

В свою очередь, вещь представляет человека в мире: наличие опре­деленных, престижных для конкретной культуры вещей есть показа­тель места человека среди людей; отсутствие вещей есть показатель низкого статуса человека.

Вещь может занять место фетиша. В начале фетишами станови­лись природные вещи, которым приписывались сверхъестественные значения. Сакрализация предметов через традиционные обряды при­давала им те свойства, которые оберегали человека или группу людей и задавали им определенное место среди других. Так, через вещь из­древле происходило социальное регулирование отношений между людьми. В развитых обществах фетишами становятся продукты чело­веческой деятельности. Собственно многие предметы могут стать фетишами: могущество государства персонифицируется золотым фон­дом, развитостью и множественностью техники12, в частности воору­жения, полезными ископаемыми, водными ресурсами, экологической чистотой природы, уровнем жизни, определяемым потребительской корзиной, жильем и др.

Место отдельного человека среди других людей реально определя­ется не только его личностными качествами, но и обслуживающими его вещами, которые репрезентируют его в социальных отношениях

(дом квартира, земля и другие престижные в конкретный момент культурного развития общества вещи). Вещный, предметный мир -специфически человеческое условие бытия и развития человека в про­цессе его жизни.

Натуралистически-предметное и символическое бытие вещи. Г. Ге­гель считал возможным различать натуралистически-предметное бы­тие вещи и ее знаковую определенность13. Такую классификацию ра­зумно признать правильной.

Натуралистически-предметное бытие вещи представляет собой мир, созданный человеком для трудовой деятельности, для обустрой­ства своей обыденной жизни - дом, место работы, отдыха и духовной жизни. История культуры - это и история вещей, которые сопровож­дали человека в его жизни. Этнографы, археологи, исследователи культуры дают нам огромный материал развития и движения вещей в историческом процессе.

Натуралистически-предметное бытие вещи, став знаком перехода человека с уровня эволюционного развития на уровень исторического развития, стало орудием, преобразующим природу и самого челове­ка, - определило не только бытие человека, но и умственное его раз­витие, развитие его личности.

В наше время наряду с освоенным и приспособленным к человеку миром «прирученных предметов» появляются новые поколения ве­щей: от микроэлементов, механизмов и элементарных предметов, уча­ствующих непосредственно в жизнедеятельности организма человека, замещающих его природные органы, до скоростных лайнеров, косми­ческих ракет, атомных электростанций, создающих совершенно иные условия жизни человека.

Сегодня принято считать, что натуралистически-предметное бытие вещи развивается по своим собственным законам, которые все труд­нее контролировать человеку. В современном культурном сознании людей появилась новая идея: интенсивное приумножение предметов, развивающаяся индустрия предметного мира помимо предметов, сим­волизирующих прогресс человечества, создают поток предметов на потребу массовой культуры. Этот поток стандартизирует человека, превращая его в жертву развития предметного мира. Да и символы прогресса предстают в сознании многих людей как разрушители чело­веческой природы.

В сознании современного человека происходит мифологизация разросшегося и развившегося предметного мира, который становит­ся «вещью в себе» и «вещью для себя». Однако предмет насилует психику человека постольку, поскольку сам человек позволяет это насилие.

В то же время предметный мир, создаваемый человеком сегодня, явно взывает к психическому потенциалу человека.

Побуждающая сила вещи. Натуралистически-предметное бытие вещи имеет известную закономерность развития: оно не только на­ращивает свою представленность в мире, но и изменяет предметную среду по своим функциональным характеристикам, по скорости исполнительских действий предметов и по требованиям, обращен­ным к человеку.

Человек порождает новый предметный мир, который начинает ис­пытывать на прочность его психофизиологию, его социальные каче­ства. Возникают проблемы проектирования системы «человек - ма­шина» на основе принципов повышения человеческих возможностей, преодоления «консерватизма» человеческой психики, охраны здоро­вья здорового человека в условиях взаимодействия со сверхпредметами.

Но разве первые орудия труда, которые создал человек, не предъ­являли к нему те же требования? Разве от человека не требовалось на пределе своих умственных возможностей преодолевать природный консерватизм психики вопреки охраняющим его защитным рефлек­сам? Создание нового поколения вещей и зависимость человека от их побуждающей силы - очевидная тенденция развития общества.

Мифологизация предметного мира нового поколения - это под­спудное отношение человека к вещи как к «вещи в себе», как к пред­мету, обладающему самостоятельной «внутренней силой»14.

Современный человек несет в себе вечное свойство - способность антропоморфизировать вещь, придавать ей одухотворенность. Ан­тропоморфная вещь является источником вечного страха перед ней. И это не только дом с привидениями или домовым, это некая внутренняя сущность, которой человек наделяет вещь.

Таким образом, сама психология человека переводит натуралисти­чески-предметное бытие вещи в ее символическое бытие. Именно это символическое господство вещи над человеком определяет то, что человеческие отношения, как это показал К. Маркс, опосредованы известной связью: человек - вещь - человек. Указывая на господство вещей над людьми, К. Маркс особо подчеркивал господство земли над человеком: «Существует видимость более интимного отношения между владельцем и землей, чем узы просто вещественного богатства. Земельный участок индивидуализируется вместе со своим хозяином, имеет его титул... его привилегии, его юрисдикцию, его политическое положение и т.д.»15.

В человеческой культуре возникают вещи, которые выступают в разных значениях и смыслах. Сюда можно отнести вещи-знаки, на­пример знаки власти, социального статуса (корона, скипетр, трон и т.д. вниз по слоям общества); вещи-символы, которые сплачивают лю­дей (знамена, флаги), и многое другое.

Особая фетишизация вещи - отношение к деньгам. Своей наиболее яркой формы господство денег достигает там, где стирается природная

и общественная определенность предмета, где бумажные знаки приобретают значение фетиша и тотема.

В истории человечества происходят и обратные ситуации, когда сам человек в глазах других приобретает статус «одушевленного предмета». Так, раб выступал как «одушевленное орудие», как «вещь для другого». И сегодня в ситуациях военных конфликтов один чело­век в глазах другого может терять антропоморфные свойства: полное отчуждение от человеческой сущности приводит к разрушению иден­тификации между людьми.

При всем разнообразии понимания человеком сущности вещей, при всем многообразии отношения к вещам они - исторически обу­словленная реальность существования человека.

История человечества началась с «присвоения» и накопления ве­щей: в первую очередь с создания и сохранения орудия, а также с пе­редачи следующим поколениям способов изготовления орудий и дей­ствий с ними.

Применение даже простейших ручных орудий, не говоря уже о машинах, не только увеличивает естественные силы человека, но и дает ему возможность выполнять разнообразные действия, которые вообще недоступны невооруженной руке. Орудия становятся как бы искусственными органами человека, которые он ставит между собой и природой. Орудия делают человека сильнее, могущественнее и свободнее. Но в то же самое время вещи, рождающиеся в человече­ской культуре, служа человеку, облегчая его существование, могут выступать и в роли фетиша, который порабощает человека. Культ вещей, опосредующий человеческие отношения, может определять цену человека.

В истории человеческого рода возникали периоды, когда отдель­ные слои человечества, протестуя против фетишизации вещей, отри­цали и сами вещи. Так, киники отказывались от всяких ценностей, созданных человеческим трудом и представляющих собой материаль­ную культуру человечества (известно, что Диоген ходил в рубище и спал в бочке). Однако человек, отрицающий ценность и значимость вещного мира, по существу, попадает в зависимость от него, но с про­тивоположной стороны в сравнении со стяжателем, алчно накапли­вающим деньги, имущество.

Мир вещей- мир человеческого духа: мир его потребностей, его чувств, его образа мышления и образа жизни. Производство и упот­ребление вещей создало самого человека и среду его существования. С помощью орудий и других предметов, служащих обыденному бытию, человечество создало особый мир - вещные условия существования человека. Человек, создавая вещный мир, психологически вошел в него со всеми вытекающими из этого последствиями: мир вещей -среда обитания человека - условие его бытия, средство удовлетворе-

ния его потребностей и условие умственного развития и развития личности в онтогенезе.

2. Реальность образно-знаковых систем.Человечество в своей ис­тории породило особую реальность, которая развивалась вместе с предметным миром, - реальность образно-знаковых систем.

Знак- любой материальный чувственно воспринимаемый элемент действительности, выступающий в определенном значении и используе­мый для хранения и передачи некоторой идеальной информации о том, что лежит за пределами этого материального образования. Знак включается в познавательную и творческую деятельность человека, в общение людей.

Человек создал системы знаков, которые воздействуют на внут­реннюю психическую деятельность, определяя ее, и одновременно де­терминируют создание новых предметов реального мира.

Современные знаковые системы подразделяются на языковые и не­языковые.

Язык - система знаков, служащая средством человеческого мышле­ния, самовыражения и общения. С помощью языка человек познает окружающий мир. Язык, выступая орудием психической деятельно­сти, изменяет психические функции человека, развивает его рефлек­сивные способности. Как пишет лингвист А. А. Потебня, слово - «на­меренное изобретение и Божественное создание языка». «Слово пер­воначально есть символ, идеал, слово сгущает мысли»'6. Язык объек­тивирует самосознание человека, формируя его в соответствии с теми значениями и смыслами, которые определяют ценностные ориентации на культуру языка, поведение, отношения между людьми, на образцы личностных качеств человека'7.

Каждый естественный язык складывался в истории этноса, отра­жая путь овладения реальностью предметного мира, мира создавае­мых людьми вещей, путь овладения трудовыми и межперсональными отношениями. Язык всегда участвует в процессе предметного воспри­ятия, становится орудием психических функций в специфически чело­веческой (опосредованной, знаковой) форме, выступает средством идентификации предметов, чувств, поведения и т.д.

Язык развивается благодаря социальной природе человека. В свою очередь, развивающийся в истории язык влияет на социальную при­роду человека. Слову И. П. Павлов придавал определяющее значение в регуляции поведения человека, господстве над поведением. Гранди­озная сигналистика речи выступает для человека как новый регуля­тивный признак овладения поведением'8.

Слово имеет определяющее значение для мысли и для душевной жизни вообще. А. А. Потебня указывает на то, что слово «есть орган мысли и непременное условие всего позднейшего развития понимания мира и себя». Однако по мере использования, по мере приобретения

значений и смыслов слово «лишается своей конкретности и образности». Это очень важная мысль, которая подтверждается прак-тикой движения языка. Слова не только объединяются, истощаются, но, и потеряв свои изначальные значения и смыслы, превращаются в мусор, который засоряет современный язык. Обсуждая проблему со­циального мышления людей в их повседневной жизни, М. Мамар-дашвили писал о проблеме языка: «Мы живем в пространстве, в котором накоплена чудовищная масса отходов производства мысли и язы­ка»19. Действительно, в языке как цельном явлении, как основе чело­веческой культуры наряду со словами-знаками, выступающими в оп­ределенных значениях и смыслах, в процессе исторического развития возникают осколки отживших и выходящих из употребления знаков. Эти «отходы» естественны для всякого живого и развивающегося явления, не только для языка.

О сущности языковой реальности французский философ, социолог и этнограф Л. Леви-Брюль писал: «Представления, называемые кол­лективными, если определить только в общих чертах, не углубляя во­проса об их сущности, могут распознаваться по следующим призна­кам, присущим всем членам данной социальной группы: они переда­ются в ней из поколения в поколение. Они навязываются в ней от­дельным личностям, побуждая в них сообразно обстоятельствам чув­ства уважения, страха, поклонения и т.д. в отношении своих объектов, они не зависят в своем бытии от отдельной личности. Это происходит не потому, что представления предполагают некий коллективный субъект, отличный от индивидов, составляющих социальную группу, а потому, что они проявляют черты, которые невозможно осмыслить и понять путем одного только рассмотрения индивида, как такового. Так, например, язык, хоть он и существует, собственно говоря, лишь в сознании личностей, которые на нем говорят, тем не менее несомнен­ная социальная реальность, базирующаяся на совокупности коллек­тивных представлений... Язык навязывает себя каждой из этих лично­стей, он предшествует ей и переживает ее» (курсив мой. - В. М.)20. Это очень важное объяснение того, что сначала культура содержит в себе языковую материю системы знаков - «предшествует» отдельному человеку, а затем «язык навязывает себя» и присваивается человеком.

И все-таки язык- основное условие развития психики человека. Благодаря языку и другим знаковым системам человек обрел средство для умственной и духовной жизни, средство глубокого рефлексивного общения. Безусловно, язык- особая реальность, в которой развивает­ся, становится, реализуется и существует человек.

Язык выступает средством культурного развития; помимо этого, он - источник формирования глубинных установок на ценностное отношение к окружающему миру: людям, природе, предметному миру, самому языку. Эмоционально-ценностному отношению, чув-

ству есть множество словесных аналогов, но прежде в множестве языковых знаков заложено то, что лишь затем становится отноше­нием конкретного человека. Язык - концентрация коллективных представлений, идентификаций и отчуждении предков человека и его современников.

В онтогенезе, присваивая язык с его исторически обусловленными значениями и смыслами, с его отношением к явлениям культуры, во­площенным в реальностях, определяющих существование человека, ребенок становится современником и носителем той культуры, в рам­ках которой формируется язык.

Различают языки естественные (речь, мимика и пантомимика) и искусственные (в информатике, логике, математике и др.).

Неязыковые системы знаков: знаки-признаки, знаки-копии, авто­номные знаки, знаки-символы и др.

Знаки-признаки- запримета, метка, отличие, отлика, все, по чему узнают что-либо. Это внешнее обнаружение чего-либо, обозначение признаком присутствия конкретного предмета или явления.

Признак сигнализирует о предмете, явлении. Знаки-признаки со­ставляют содержание опыта человека в жизни, являются наиболее прос­тыми и первичными по отношению к знаковой культуре человека.

В древние времена люди уже выявляли знаки-признаки, что помо­гало им ориентироваться в природных явлениях (дым - значит огонь;

алая вечерняя заря - завтра ветер; молния - гром). Через знаки-при­знаки, выражаемые внешними экспрессивными проявлениями разных эмоциональных состояний, люди учились рефлексии друг у друга. Позднее они освоили более тонкие знаки-признаки.

Знаки-признаки - богатейшая область человеческой культуры, ко­торая присутствует в ней не только в сфере предметов, не только в сфере отношений человека с миром, но и в сфере языка.

Знаки-копии (iconic signs - иконические знаки) - это воспроизведе­ния, несущие в себе элементы сходства с обозначаемым. Таковы ре­зультаты изобразительной деятельности человека- графические и живописные изображения, скульптура, фотографии, схемы, географи­ческие и астрономические карты и др. Знаки-копии воспроизводят в своей материальной структуре важнейшие чувственно ощутимые свойства предмета - форму, цвет, пропорции и т.д.

В родовой культуре знаки-копии чаще всего изображали тотем­ных животных - волка, медведя, оленя, лису, ворона, коня, петуха, или антропоморфных духов, идолов. Природные стихии - солнце, месяц, огонь, растения, вода - также имеют свое выражение в зна­ках-копиях, используемых в ритуальных действиях, а затем ставших элементами народной изобразительной культуры (орнаменты в до­мостроении, вышивки рушников, покрывал, одежды, а также все многообразие оберег).

Отдельную самостоятельную культуру иконических знаков пред-тявляют куклы, которые таят в себе особенно глубокие возможности воздействия на психику взрослого и ребенка.

Кукла - иконический знак человека или животного, изобретенный для обрядов (из дерева, глины, стеблей злаковых, трав и др.).

В человеческой культуре кукла имела много значений.

Кукла обладала изначально свойствами живого человека как ан­тропоморфное существо и помогала ему как посредник, принимая участие в ритуалах. Ритуальная кукла обычно красиво наряжалась. В языке остались выражения: «кукла- куклой» (о щеголеватой, но глу­пой женщине), «куколка» (ласка, похвала). В языке есть доказательст­во возможного прежде одушевления куклы. Мы говорим «куклин» -кукле принадлежащий, даем куклам имя - знак ее исключительного положения в мире человека.

Кукла, будучи изначально неодушевленной, но идентичной по ви­ду человеку (или животному), обладала свойством присваивать чужие души, оживая за счет умертвления самого человека. В этом значении кукла была представителем черной силы. В русской речи осталась архаика выражения: «Хорош: перед чертом куколка». В разряд брани вошло выражение «Чертова кукла!» как знак опасности. В современ­ном фольклоре существует много сюжетов, когда кукла становится враждебно опасной человеку.

Кукла занимает пространство детской игровой деятельности и на­деляется антропоморфными свойствами.

Кукла - действующий персонаж театра кукол.

Кукла - символический знак и антропоморфный субъект в кукло-терапии.

Знаки-копии становились участниками сложных магических дейст­вий, когда предпринимались попытки освободиться от злых чар кол­дуна, ведьмы, демонов. В культурах многих народов мира известно изготовление чучел, являющихся знаками-копиями устрашающих существ для ритуальных их сожжений с целью освободиться от реаль­ной опасности. Кукла оказывает многосоставное воздействие на пси­хическое развитие.

В процессе исторического развития человеческой культуры именно иконические знаки обрели исключительное пространство изобрази­тельного искусства.

Автономные знаки- это специфическая форма существования ин­дивидуальных знаков, которая создается отдельным человеком (или группой людей) согласно психологическим законам творческой сози­дательной деятельности. Автономные знаки субъективно свободны от стереотипов социальных ожиданий представителей одной с созидате­лем культуры. Каждое новое направление в искусстве рождалось пио­нерами, открывающими для себя новое видение, новую представлен-

ность реального мира в системе новых иконических знаков и знаков-символов. Через борьбу новых значений и смыслов вложенная в но­вые знаки система или утверждалась и принималась культурой как действительно необходимая, или уходила в небытие и становилась интересной разве что специалистам - представителям наук, заинтере­сованных в отслеживании истории сменяющихся знаковых систем21.

Знаки-символы- это знаки, обозначающие отношения народов, слоев общества или групп, утверждающие что-то. Так, гербы - отли­чительные знаки государства, сословия, города- материально пред­ставленные символы, изображения которых располагаются на флагах, денежных знаках, печатях и т.д.

К знакам-символам относятся знаки отличия (ордена, медали), зна­ки различия (значки, нашивки, погоны, петлицы на форменной одеж­де, служащие для обозначения звания, рода службы или ведомства). Сюда же относятся девизы и эмблемы.

К числу знаков-символов относятся и так называемые условные знаки (математические, астрономические, нотные знаки, иероглифы, корректурные знаки, фабричные знаки, фирменные знаки, знаки каче­ства); предметы природы и рукотворные предметы, которые в контек­сте самой культуры приобретали значение исключительного знака, отражающего мировоззрение людей, принадлежащих к социальному пространству этой культуры.

Знаки-символы появились так же, как и другие знаки в родовой культуре. Тотемы, амулеты, обереги стали знаками-символами, за­щищающими человека от опасностей, скрывающихся в окружающем мире. Всему природному, реально существующему человек придавал символическое значение.

Присутствие знаков-символов в человеческой культуре бесчислен­но, они создают реалии знакового пространства, в котором живет человек, определяют специфику психического развития человека и психологию его поведения в современном ему обществе.

Одна из наиболее архаичных форм знаков - тотемы. Тотемы и по­ныне сохранились у отдельных этнических групп не только в Африке, Латинской Америке, но и на Севере России.

В культуре родовых верований особое значение имеет символиче­ское перевоплощение человека с помощью специального символиче­ского средства - маски.

Маска- специальная накладка с изображением звериной морды, человеческого лица и т.д., надеваемая человеком. Будучи личиной, маска маскирует лицо человека, содействует созданию нового образа. Перевоплощение осуществляется не только маской, но и соответст­вующим костюмом, элементы которого предназначены «заметать следы». Каждой маске присущи только ей свойственные движения, ритм, танцы. Магия маски состоит в содействии идентификации чело-

века с обозначаемой ею личиной. Маска может быть способом одеть чужие личины и способом проявлять свои подлинные свойства.

Освобождение от сдерживающего начала нормативности выража­ется в символах человеческой смеховой культуры, а также в различных формах и жанрах фамильярно-площадной речи (ругательство, божба, клятва, блажь), которые также берут на себя символические функции.

Смех, являясь формой проявления чувств человека, выступает в отношениях людей и как знак. Как показывает исследователь смехо­вой культуры М. М. Бахтин, смех связан «со свободой духа и свобо­дой речи»22. Безусловно, такая свобода появляется у человека, кото­рый может и хочет преодолеть контролирующую канонизация сло­жившихся знаков (языковых и неязыковых).

Мат в неприличной брани, ругательстве, поносных словах имеет особое значение в речевой культуре. Мат несет в себе свою символику и отражает социальные запреты, которые в разных слоях культуры преодолеваются площадной бранью в обыденной жизни или входят в культуру поэзии (А. И. Полежаев, А. С. Пушкин). Бесстрашное, воль­ное и откровенное слово выступает в человеческой культуре не только в значении снижения другого, но и в значении символического осво­бождения человеком самого себя из контекста отношений культуры социальной зависимости. Контекст мата имеет значение внутри того языка, которому он сопутствовал в истории23.

Особое значение среди знаков-символов всегда имели жесты.

Жесты - телодвижения, преимущественно рукой, сопровождаю­щие или заменяющие речь, представляющие собой специфические знаки. В родовых культурах жесты использовались в качестве языка в ритуальных действиях и в коммуникативных целях.

Ч. Дарвин объяснял большинство жестов и выражений, непроиз­вольно употребляемых человеком, тремя принципами: 1) принцип полезных ассоциированных привычек; 2) принцип антитезы; 3) прин­цип прямого действия нервной системы24. Помимо самих жестов, со­образных с биологической природой, человечество вырабатывает социальную культуру жестов. Природные и социальные жесты чело­века «читаются» другими людьми, представителями того же этноса, государства и социального круга.

Жестовая культура весьма специфична у разных народов. Так, ку­бинец, русский и японец могут не только не понять друг друга, но и нанести моральный ущерб при попытке отрефлексировать жесты друг друга. Знаки жестов внутри одной культуры, но в разных социальных и возрастных группах также имеют свои особенности (жесты подрост­ков25, правонарушителей, учащихся семинарии).

Еще одна группа структурированных символов - татуировка.

Татуировка- символические охранительные и устрашающие знаки, наносимые на лицо и тело человека путем наколов на коже и

введения в них краски. Татуировки - изобретение родового челове­ка26, сохраняющее свою живучесть и распространенное в разных суб­культурах (матросы, преступная среда27 и др.). У современной моло­дежи разных стран появилась мода на татуировки своей субкультуры.

Язык татуировок имеет свои значения и смыслы. В преступной сре­де знак татуировки показывает место преступника в его мире: знак может «поднять» и «опустить» человека, демонстрируя строго иерархизированное место в его среде.

Каждая эпоха имеет свои символы, которые отражают человече­скую идеологию, мировоззрение как совокупность идей и взглядов, отношение людей к миру: к окружающей природе, предметному миру, друг к другу. Символы служат стабилизации или изменению общест­венных отношений.

Символы эпохи, выраженные в предметах, отражают символиче­ские действия и психологию человека, принадлежащего этой эпохе. Так, особое значение во многих культурах имел предмет, знаменую­щий собой доблесть, силу, храбрость воина,- меч. Ю. М. Лотман пишет: «Меч также не более чем предмет. Как вещь он может быть выкован или сломан...но ...меч символизирует свободного человека и является «знаком свободы», он уже предстает как символ и принадле­жит культуре»28.

Область культуры - всегда область символическая. Так, в разных своих воплощениях меч как символ может быть одновременно оружи­ем и символом, но может стать только символом, когда для парадов изготовляется специальная шпага, которая исключает практическое применение, фактически становясь изображением (иконическим зна­ком) оружия. Символическая функция оружия была отражена и в древнерусском законодательстве («Русская правда»). Возмещение, ко­торое нападающий должен был заплатить пострадавшему, было про­порционально не только материальному, но и моральному ущербу:

рана (даже тяжелая), нанесенная острой частью меча, влечет за собой меньшую виру (штраф, возмещение), чем не столь опасные удары не­обнаженным оружием или рукояткой меча, чашей на пиру или тыль­ной стороной кулака. Как пишет Ю. М. Лотман: «Происходит фор­мирование морали воинского сословия, и вырабатывается понятие чести. Рана, нанесенная острой (боевой) частью холодного оружия, болезне<






Индивидуальные и групповые автопоилки: для животных. Схемы и конструкции...

Поперечные профили набережных и береговой полосы: На городских территориях берегоукрепление проектируют с учетом технических и экономических требований, но особое значение придают эстетическим...

Общие условия выбора системы дренажа: Система дренажа выбирается в зависимости от характера защищаемого...

Папиллярные узоры пальцев рук - маркер спортивных способностей: дерматоглифические признаки формируются на 3-5 месяце беременности, не изменяются в течение жизни...





© cyberpedia.su 2017-2020 - Не является автором материалов. Исключительное право сохранено за автором текста.
Если вы не хотите, чтобы данный материал был у нас на сайте, перейдите по ссылке: Нарушение авторских прав

0.028 с.