Химиотерапия злокачественных опухолей — КиберПедия


Общие условия выбора системы дренажа: Система дренажа выбирается в зависимости от характера защищаемого...

Механическое удерживание земляных масс: Механическое удерживание земляных масс на склоне обеспечивают контрфорсными сооружениями различных конструкций...

Химиотерапия злокачественных опухолей



Химиотерапия злокачественных опухолей — это использование с лечебной целью лекарственных средств, тормозящих пролифера­цию или необратимо повреждающих опухолевые клетки. В клиническую практику вошло более 50 противоопухолевых средств, одна­ко до настоящего времени не найдено универсального средства, даю­щего полный лечебный эффект при различных злокачественных опу­холях.

Работы по созданию новых противоопухолевых средств направ­лены на получение таких препаратов, которые при максимальном ингибирующем воздействии на опухолевые клетки минимально по­вреждали бы нормальные клетки и ткани организма (костный мозг, слизистую оболочку пищеварительного тракта, волосы, гонады, пе­чень, сердечную мышцу, легочную ткань и т. д.).

В процессе лечения каждого больного на различных этапах за­болевания рассматривается вопрос о возможности и целесообразно­сти применения химиотерапии в различных ее сочетаниях, которая при многих опухолях у детей является базисным методом лечения. Однако использование этого метода должно быть строго индиви­дуализировано. Химиотерапия применяется строго по показаниям с учетом не только самого патологического процесса, но и общего состояния больного.

Современная химиотерапия — это комбинированное, интен­сивное лечение, которое проводится определенными циклами с ин­тервалами различной продолжительности. К основным принципам химиотерапии опухолей относятся:

1. Подбор препарата соответственно спектру его противоопухоле­вого действия.

2. Выбор оптимальной дозы, режима и способа применения препа­рата, обеспечивающего лечебный эффект без необратимых по­бочных действий.

3. Учет факторов, требующих коррекции доз и режимов во избежа­ние тяжелых осложнений химиотерапии.

Для комбинированной химиотерапии (или полихимиотерапии) подбирают противоопухолевые препараты, совпадающие по проти­воопухолевой активности, но различающиеся (на молекулярном, клеточном уровнях или на уровне организма) по механизмам дейст­вия.

С целью снижения токсичности противоопухолевых препара­тов применяются другие лекарственные средства. Типичным при­мером является использование лейковорина (цитроворум-фактор, фолиниевая кислота) после применения высоких доз метотрексата, Метотрексат блокирует фермент дигидрофолатредуктазу и препят­ствует тем самым превращению фолиевой кислоты в фолиниевую, необходимую для синтеза нуклеиновых кислот. Следовательно, фолиевая кислота (лейковорин) является антидотом метотрексата. Лейковорин защищает нормальные ткани от действия метотрексата, который в этих условиях может применяться в высоких дозах.



Основным показателем эффективности лечения считается вы­живаемость больных злокачественными опухолями. Для оценки не­посредственного лечебного действия разработаны единые критерии объективного и субъективного эффекта. Критерием объективного эффекта при лечении солидных опухолей является уменьшение раз­меров опухоли и метастазов, измеренных как произведение 2-х наи­больших перпендикулярных диаметров. При невозможности двух измерений определяют один размер.

Комитетом экспертов ВОЗ рекомендованы 4 градации эффекта при солидных опухолях:

1. Полная регрессия — исчезновение всех поражений.

2. Частичная регрессия — большее или равное 50% уменьшение всех или отдельных опухолей при отсутствии прогрессирования дру­гих очагов.

3. Стабилизация (без изменений) — уменьшение менее чем на 50% при отсутствии новых поражений или увеличение не более чем на 25%.

4. Прогрессирование — большее или равное 25% увеличение разме­ров одной или более опухолей или появление новых поражений.

При гемобластозах оценка эффективности терапии производится по динамике клинических проявлений заболевания, нормализации показателей периферической крови и уменьшению содержания зло­качественных элементов в костном мозге.

Продолжительность полной регрессии (ремиссии) отсчитыва­ют от даты, когда она была впервые зарегистрирована до даты, когда отмечено Прогрессирование болезни. При оценке объективного эф­фекта учитывается также динамика параклинических (лабораторных) показателей.

Онкогематология детского возраста является наглядным при­мером клинико-теоретической дисциплины, активно впитывающей достижения современных точных наук и естествознания.



Клиническая онкогематология детского возраста к настоящему времени добилась бесспорных успехов и достижений в понимании некоторых аспектов этиологии, патогенеза, особенностей клиниче­ского течения, диагностики и лечения многих заболеваний опухоле­вой природы у детей.

Вместе с тем, по мере накопления коллективного опыта, кли­нических и научных фактов, углубления научных исследований, что особенно стало заметным за последние годы, происходит эволюция наших представлений в отношении онкологических заболеваний, возникают новые проблемы, а вопросы, казавшиеся уже решенны­ми, требуют пересмотра и переосмысления.

Например, прошедший 30-летний период можно назвать эво­люционным путем в детской клинической лейкозологии от пассивного созерцания острейшего, подобно «молниеносному» сепсису, течению заболевания до получения у 60—70% больных с острым лимфобластным лейкозом (ОЛЛ) сверхдлительных ремиссий, эквива­лентных практическому выздоровлению.

В этом отношении заслуживает внимания высказывание извест­ного американского детского гематолога Дональда Панкеля, кото­рый говорил: «Если бы вы заговорили об излечении лейкемии в 1962 году, когда мы открывали Детскую больницу, вам бы сказали, что ваше место в желтом доме. Сегодня я могу заявить, что острая лимфобластная лейкемия у детей — это первое распространенное диффузное раковое заболевание, лечение которого дало высокий по­казатель выздоровлений». Эти слова были сказаны еще в 1982 году.

Можно с уверенностью сказать, что данное положение отно­сится не только к острому лейкозу, но и к другим опухолевым забо­леваниям у детей. Лечение этих заболеваний, особенно в последние годы, дало обнадеживающие результаты, однако и поставило ряд вопросов в плане решения некоторых тактических направлений химиотерапевтического воздействия, роли и места хирургических и лучевых методов в комплексе лечебных мероприятий.

Применение в программном лечении высоких доз (супердоз) химиопрепаратов диктует необходимость изучения их фармакодинамики и фармакокинетики. В клинической онкологии это важно как для разработки новых химиотерапевтических программ, так и для выбора и своевременного использования адекватной инфузионной и сопроводительной терапии. В современных лечебных протоколах раз­личных опухолевых заболеваний наиболее широко распространено использование высоких доз метотрексата, цитозара, циклофосфана, ифосфамида, вепезида. Применение этих химиопрепаратов в высо­ких дозах основано не только на возможности их непосредственного воздействия на опухолевую клетку в пределах гемопоэтической сфе­ры, но и на способности в высоких дозах проникать через гематоорганные барьеры (гематоэнцефалический, гематотестикулярный барь­ер и т. д.) с непосредственным воздействием на метастатические опу­холевые клетки в негемопоэтических органах.

Препараты антрациклинового ряда, показав свою эффективность в лечении различных онкологических заболеваний, тем не менее, обладают серьезными побочными реакциями, особенно со стороны сердечно-сосудистой системы (проблема поздней антрациклиновой кардиотоксичности).

Использование клеточной фармакокинетики в клинике позво­лит планировать оптимальную длительность применения антрациклинов, в том числе в комбинации с химиосенсибилизаторами и кардиопротекторами (кардиоксан), а при необходимости, и фракцио­нировать введение антрациклиновых препаратов.

Решение клинической задачи по изучению фармакокинетики химиопрепаратов тесно связано с изучением их интеракции с дру­гими лекарственными средствами. Взаимодействие различных по своему фармакологическому и кинетическому действию противо­опухолевых препаратов с другими лекарственными средствами мо­жет усиливать или ослабевать действие цитостатических препаратов как на саму опухолевую клетку, так и на различные органные систе­мы больного.

Так, цитостатическое действие метотрексата зависит от его кон­центрации в клетке. Препараты, тормозящие оболочечный транспорт метотрексата, могут ослабевать его противоопухолевое действие. К таким препаратам, в частности, относятся пенициллин, канамицин, цефазолин, стероиды. Салициловая кислота увеличивает миелотоксичность метотрексата как в результате уменьшения клиренса цитостатика, так и увеличения его свободной фракции в сыворотке.

Прием тимидина перед употреблением 5-фторурацила улучшает переносимость цитостатика больными и улучшает терапевтический эффект при раке толстого кишечника.

Среди алкилирующих препаратов наиболее изучена интерак­ция циклофосфамида. Показано, что никотин, атропин, эфедрин, апоморфин, преднизолон, хлорамфеникол, как потенциальные ин­гибиторы микросомальных энзимов печени, тормозят трансформа­цию циклофосфамида до активных метаболитов.

В исследованиях влияния преднизолона на активацию цикло­фосфамида отмечено, что одноразовая доза преднизолона тормозит биотрансформацию цитостатика, а длительный ежедневный прием стероидов усиливает метаболизм циклофосфамида. В результате интеракции циклофосфамида с алопуринолом увеличивается пери­од полураспада цитостатика, что может привести к усилению миелотоксического эффекта.

Кардиотоксичность антрациклинов уменьшается при предвари­тельном приеме витамина Е, который нейтрализует свободные ради­калы, возникающие в процессе биотрансформации цитостатика.

Главным побочным действием винкристина является его ней-ротоксичность. Установлено, что изониазид и L-аспарагиназа зна­чительно усиливают парестезии и ослабление рефлексов, вызванное винкристином.

Платидиам является противоопухолевым препаратом с потен­циальным нефротоксическим действием, поэтому рекомендуется избегать его применения с другими препаратами нефротоксической направленности (гентамицин, цефаломедин и т. д.).

Имеющиеся данные по изучению интеракции некоторых про­тивоопухолевых препаратов с другими лекарственными средствами имеют несомненную практическую значимость, поскольку позволяют, с одной стороны, преодолеть неоправданную, но часто встре­чающуюся полипрагмазию в детской онкогематологии, а , с другой стороны, приблизиться к решению задачи рационального примене­ния органопротекторного лечения.

Развитие широкого спектра осложнений химиотерапии от ток­сического действия на кардиореспираторную систему, печень, поч­ки и т. д. до развития глубокой миелодепрессии, сопровождающих­ся выраженной цитостатической интоксикацией и явлениями гиперурикемии требует широкого внедрения в клиническую онкогематологическую практику методов гравитационной хирургии (плазмаферез, гемосорбция, гемодиализ и т. д.).

В связи с этим, важной задачей является научное обоснование роли и места методов гравитационной хирургии в комплексном ле­чении детей с онкологическими заболеваниями.

Совершенствование тактики химиотерапии в 60-х годах совпа­ло по времени с поисками принципиально новых путей воздействия на неопластический процесс. Так начал формироваться этап имму­нотерапии, основой которому послужило предположение об иммунологической толерантности больного организма к злокачественно­му агенту. С начала 60-х годов иммунотерапия носила чисто эмпи­рический характер. В последующие годы это направление в детской клинической онкологии прошло путь от внедрения в практику ме­тода пассивной специфической иммунотерапии до метода активной специфической и неспецифической иммунотерапии как в остром периоде заболевания, так и в ремиссии. В детской клинической прак­тике, как метод активной неспецифической иммунотерапии, одной из первых была апробирована вакцина БЦЖ. В дальнейшем в про­веденных рандомизированных исследованиях не удалось продемон­стрировать преимущества иммунотерапии БЦЖ самостоятельно в терапии острого лейкоза у детей. Оба режима не имели существен­ного преимущества перед химиотерапией. Дальнейшие попытки улучшить результаты химиотерапии подключением в лечение левамизола, Carinobacterium parvum, использованием метода регуляции специфического иммунитета (МРСИ) не нашли широкого приме­нения в детской онкогематологии.

В последние годы предпринимаются попытки улучшить резуль­таты химиотерапии применением модификаторов биологических реакций (МБР) — агентов, обладающих способностью изменить био­логическую реакцию организма-носителя на опухоль таким обра­зом, что это оказывает благоприятный терапевтический эффект. Это воздействие может определяться:

1) повышением иммунной защиты путем применения агентов при­родного происхождения, их синтетических дериватов или анало­гов в качестве эффекторов или медиаторов ответа на опухоль;

2) усилением противоопухолевого иммунитета путем повышения или восстановления эффекторного механизма, либо путем подавле­ния тех компонентов реакции организма на опухоль, которые могут снижать противоопухолевое действие;

3) усилением прямого противоопухолевого ответа путем модифика­ции опухолевых клеток или антигенов опухолевых клеток, что может стимулировать индивидуальный иммунный противоопу­холевый ответ организма;

4) снижением трансформации и/или усилением дифференцировки (созреванием опухолевой клетки);

5) повышением способности нормальных тканей организма пере­носить повреждающее действие цитостатических воздействий в процессе противоопухолевой терапии;

6) модификацией других биологических аспектов взаимоотношений организма-носителя и опухоли, например, торможением процес­са метастазирования.

Исследования последних лет позволили понять ряд особенно­стей механизма противоопухолевого иммунитета, в частности, оце­нить значение цитокинов, вырабатываемых клетками в ответ на раз­личные экзогенные и эндогенные стимуляторы. Среди огромного количества цитокинов (известно более 100) особый интерес привле­кают те, которые регулируют иммунную систему. К таким цитокинам относится интерлейкин-1 (IL-1), интерлейкин-2 (IL-2), интерлейкины-3, -4, -5, -6, туморонекротический фактор (TNF), интерлейкины (альфа, бета, гамма), колониестимулирующие факторы.

С учетом особенностей механизма действия этих цитокинов, разрабатываются современные методы адаптивной иммунотерапии злокачественных опухолей. В настоящее время цитокины и лимфокины получают методами генной инженерии и, соответственно, ис­пользуют рекомбинантные интерлейкины и интерфероны. Роль и место этих препаратов в программном лечении злокачественных новообразований у детей требует дальнейшего детального изучения и уточнения.

Проблема лечения рецидивов заболевания тесно связана с во­просами предотвращения вторичной лекарственной резистентности. Повторные полные ремиссии, если и наступают, то по своей про­должительности они значительно короче первой полной ремиссии. Отсутствие эффекта от проводимой интенсивной противорецидивной терапии, развитие тяжелых осложнений массивной цитостати­ческой нагрузки, присоединение инфекционных осложнений на фоне выраженной миелодепресии и иммунологической недостаточности, отсутствие стабильного эффекта от смены терапевтических программ побуждают к применению альтернативного метода лечения — трансплатации костного мозга (ТКМ).

Общая оценка применения данного метода при острых лейко­зах требует отдельного рассмотрения в связи с многочисленностью проблем, связанных с ее осуществлением. Кратко останавливаясь на этой проблеме можно сказать, что анализ результатов аллогенной ТКМ больным свидетельствует о том, что эффективность этого ме­тода в последние годы возросла. Вместе с тем, продолжается уточне­ние сроков, оптимальных для ТКМ, подбора больных с учетом воз­раста и варианта острого лейкоза и другого злокачественного забо­левания, изучаются методы обработки донорского костного мозга с целью удаления Т-лимфоцитов с помощью моноклональных анти­тел или иммунотоксинов.

На основании многолетнего опыта, выделяются две основные проблемы, возникающие при ТКМ: первая — смерть больных от причин, не связанных с основным заболеванием, таких как оттор­жение трансплантата и тяжелые инфекции (интерстициальные пнев­монии, развитие которых связывается с цитомегаловирусной инфек­цией — 30—80% случаев и сепсис); вторая — рецидив заболевания. Определяющим моментом в осуществлении ТКМ для любой спе­циализированной клиники является наличие соответствующей ма­териальной поддержки и медикаментозно-сопроводительного обес­печения.

Современные программы лечения онкологических заболеваний у детей предусматривают проведение лечения на определенном этапе болезни в амбулаторных условиях. Это то новое и перспективное на­правление, которое должно получить дальнейшее развитие во всех наших специализированных подразделениях. В связи с этим, четкая организация работы стационара одного дня (или дневного стациона­ра), на долю которого выпадает проведение большого по продолжи­тельности этапа программного лечения, является также важной зада­чей в повышении эффективности лечения онкологических больных.

Важной задачей является разработка и создание комплекса оз­доровительных мероприятий, которые должны проводиться на раз­личных этапах лечения в зависимости от возраста больного и его преморбидного фона. В этом плане большие надежды возлагаются на создаваемые в настоящее время при специализированных ста­ционарах реабилитационные отделения. Органный и системный контроль с учетом особенностей течения заболевания, проводимого специфического и корригирующего лечения, а также комплекса реа-билитационных мероприятий позволит более четко и объективно ориентировать ребенка и его родителей в вопросах допустимых фи­зических нагрузок, профессионального обучения, трудоустройства и т. д.

Успешное и эффективное проведение программного лечения детей с онкологическими заболеваниями возможно при строгом соблюдении правил сопроводительной терапии, направленной на пре­дупреждение и лечение вероятных грозных осложнений, которые сами по себе могут привести к гибели ребенка.

Для предупреждения тяжелых последствий терапии требуется осуществление комплекса мероприятий, включающих следующие принципы:

1. Условия, связанные с госпитализацией и длительным пребыва­нием ребенка в стационаре, комплекс эпидмероприятий в дет­ских онклогических отделениях.

2. Мероприятия, направленные на предупреждение осложнений, связанных с синдромом острого лизиса опухолевых клеток.

3. Профилактика и лечение инфекционных осложнений (бактери­альных, грибковых, вирусных, паразитарных).

4. Инфузионное и компонентное трансфузионное сопровождение.

5. Соблюдение правил назначения парентерального питания, седативной и другой симптоматической терапии (антииметической, анальгезирующей, коррекция метаболических нарушений). Наиболее грозными осложнениями в этот период могут быть: гиперкалиемия, гиперфосфатемия, гипокальциемия и олиго/анурия. Если комплекс экстренных инфузионных мероприятий не оказыва­ет положительного эффекта, показано экстренное проведение гемодиализа.

Выраженная миелодепрессия и иммуносупрессия является глав­ной проблемой интенсивной полихимиотерапии. В такой ситуации обязательным является соблюдение следующих условий:

1. Проведение селективной оральной деконтаминации, включаю­щей антибиотики, антимикотики, а также профилактику мукозита с первых дней циторедуктивной фазы.

2. Для лечения инфекционных осложнений в период агранулоцитоза необходимо наличие цефалоспоринов III генерации с антипсевдомонадной активностью (фортум, цефабол, цефтриаксон) и/или b-лактамных пенициллинов (азлоциллин, мезлоциллин, пиприл, тинарциллин) с аминогликозидами (гентамицин, тобрамицин, амикацин), метронидазола, амфотерицина-В.

Очень важным моментом в этот период является тщательный уход за ротовой полостью, предупреждение запоров.

Лихорадку, даже однократную, с температурой в сутки выше 38,5°С на фоне агранулоцитоза следует расценивать как наличие ин­фекции, что требует немедленного начала эмпирической антибакте­риальной терапии и проведения комплекса лабораторных исследо­ваний с целью уточнения характера инфекции.

Важное значение придается проведению компонентной трансфузионной терапии. Трансфузии тромбоконцентрата при тромбоцитопении и отсутствии осложнений программного лечения проводятся только при наличии клинических проявлений — кровотече­ния из слизистых оболочек (любое носовое кровотечение, кровоте­чение из десен, кровотечение из желудочно-кишечного тракта, по­чечное кровотечение). Появление кровоизлияний на глазном дне также требует трансфузий тромбомассы. Количество переливаемой тромбомассы — 1 доза на 10 кг веса ребенка (4—6 доз на 1,5 м2 поверхности тела), при этом в 1 дозе тромбомассы должно содер­жаться 0,5—0,7х1011 тромбоцитов.

Профилактически тромбомасса не переливается!!!

Для всех случаев, исключая пневмонию и дыхательную недос­таточность, переливание эритромассы должно производиться при содержании гемоглобина ниже 80 г/л и гематокрита менее 0,3 или при наличии клинических симптомов анемического синдрома (сон­ливость, тахикардия, одышка). Доза переливаемой эритромассы — 10 мг/кг веса тела.

Таблица 4Антибиотики, используемые в терапии инфекционных осложнений у онкогематологических больных.

Название Спектр активности Средняя дневная доза (в/в), mg/кг Кратность введения Максималь­ная дневная доза (г)
Penicillin G Грам(+) флора (кроме стафилококка b-лактамазо+), Грам(-) (менингококк, Н. influenzae, E. coli, Proteus, Shigella, Salmonella), Streptococcus 25-500 каждые 4 часа
Ampicillin /sulbactam (Unasum) Грам(+) флора (не b-лактамазо+, стафилококк), Грам(-), анаэробы 100-400 каждые 4 (6) часов
Carbenicillin (Pyogen) Грам(+) и (—) (Pseudomonas aerug. Enterobacter Proteus, E. coli) каждые 4 часа
Ticarcillin как Pyogen + анаэробы каждые 4 часа
Piperacillin (Pipril) как Pyogen + Klebsiella, высокая активность против Pseudomonas aerug. каждые 4 часа
Azlocillin (Azlin) так же как Pipril каждые 4 часа
  Цефалоспорины      
1 поколение: более активны против Грам(+) флоры      
Cephalotian (Keflin) E. coli, Klebsiella, Proteus, Haemophilus, S. aureus, Streptococcus 75-125 каждые 4 (6) часов
Cetazolin (Kefzol) как Keflin, более активен против Klebsiella 50-100 каждые 8 часов 2-6
2 поколение: b-лактамазорезистентные более активны против Грам(-) флоры      
Cefuroxime (Zinacef) Haemophilus, Klebsiella E. coli, Enterobacter; проникает в ЦНС 100-150 каждые 8 часов 4-6
3 поколение: более активны против Грам (—) флоры, более b -лактамазоустойчивы, некоторые с антипсевдонадной активностью      
Cefotaxime (Claforan) Enterobacter, Proteus, Citrobacter, Serratia, Klebsiella, мало­эффективен на Грам(+) флору 100-200 каждые 6—8 часов
Ceftriaxon (Rocephin, Langocef) Грам(+) (не entercocci, listeria), Грам(-) (E. coli, Klebsiella, Enterobacter, Serratia, Proteus, H. infuenzae); анаэробы (В. fragillis); не С. difficile 50-100 каждые 12-24 часа
Cefoperazone (Cefobid) как Rocephin + Pseudomonas (в высоких дозах) 100-200 каждые 8 часов
Ceftazidime (Fortum, Fortaz) Грам(+) меньше, чем Cefotaxim, Грам(-), особенно Pseudomanas aeruginosa каждые 8 часов
  Карбапенемы (стабильны против b-лактамаз)      
Imipenem Грам(+) и Грам(-), анаэробы (не С. difficile), не Staf. epidirmidis 40-60 каждые 6 часов 3-4
«—» + Ci-lastin (primaxin) «—» + S. aureus. Streptococci группы Д, коагулазоотриц. стафилококки Listeria, анаэробы 40-60 каждые 6 часов 3-4
  Монобактамы (стабильны против b-лактамазы      
Aztreonam (Azactam) широкий спектр Грам (-) флоры, нет перекрестной активности с другими b-лактамами, м. б. использован у больных с аллергией к пениц., цефалоспоринам. Неактивен против стафилококка 90-120 каждые 6 часов 3-4
  Аминогликозиды      
Amikacin Грам(+), вкл. стафилококк, Грам(-) не анаэробы, пневмококк каждые 8-12 часов  
Gentamicin как Amikacin, м. б. использован эндолюмбально 3-6 каждые 8—12 часов  
Tobramycin как Amikacin, более активен против Pseudomanas аеr. 3-6 каждые 8-12 часов  
  Разное      
Clindamycin Грам(+), С. diphtheriae, анаэробы, Bakteroides, Clostridia, Staph. viridans, pyogenes, aureus каждые 6-8 часов
Vancomycin Грам(+), особ. Staph. epidermidis и др. стафилококки, стрептококки Corynebacterium 25-40 каждые 8-12 часов 3-4
Fusidic Acid (Fusidin) Грам(+), особенно стафилококки 500мг    
Bactrim (Beseptol) Pneum. carintii, St. aureus, pheumoniae, pyogenes; Salmonella, Seratia, Haemophilus 5-20 мг/кг по треметоприму каждые 8—12 часов 960 мг по ТМП
  Противогрибковые препараты      
Amphotericin (Ampho B), Fungizone Candida, Aspergillus, Histoplasma, Criptococcus 0,5-1,0 мг/кг 1 раз в день  
Fluconazole (Diflucan) Candida, Criptococcus, Histoplasma; сочетается с Ampho В только при криптококковом менингите 5—8 мг/кг 1 раз в день  
Ketoconazole (Nizoral) Coccidioidomucosis Candida, Histoplasma 5-10 мг/кг/день per os 1 раз в день  
  Противовирусные препараты      
Acyclovir (Zovirax) H. simplex Varicella, H. zoster 5 мг/кг 10 мг/кг каждые 8 часов  
Ganciclovir (Cytovene) Цитомегалия 5 мг/кг каждые 12 часов 14-21 день  

 

Лучевая терапия

В настоящее время лучевая терапия, как компонент мультидисциплинарного лечения, используется почти у 70% детей со зло­качественными новообразованиями. По данным ведущих онколо­гических клиник, ионизирующие излучения наиболее часто приме­няются у детей с гемобластозами, глиомами центральной нервной системы, опухолями соединительной ткани, включая кости, нейробластомами и нефробластомами.

Многими исследователями получены убедительные данные, которые показывают значимость применения ионизирующих излу­чений при лечении этих маленьких пациентов.

Кроме того, в ряде случаев, лучевая терапия применяется с симптоматической или паллиативной целью для снятия отяго­щающих состояние ребенка симптомов и уменьшения опухоле­вой массы.

Однако необходимо подчеркнуть, что при использовании лу­чевой терапии в детском возрасте возникают значительные пробле­мы, связанные, прежде всего, с особенностями растущего организ­ма ребенка и необходимостью параллельного или последовательно­го применения противоопухолевых лекарственных препаратов, уси­ливающих повреждающий эффект ионизирующих излучений на нормальные ткани.

В связи с этим, внимание уделяется поиску возможностей по­вышения селективности действия ионизирующих излучений, т. е. эрадикации опухоли без последующих осложнений, особенно позд­них, приводящих к нарушению развития отдельных органов и тка­ней ребенка, инвалидности и даже к смерти.

Для достижения этой цели необходимо:

— во-первых, формировать такие физические условия облуче­ния, при которых доза излучения, достаточная для разрушения опу­холевых диссеминантов или первичного новообразования, концен­трировалась в патологической мишени, а в нормальных тканях на­ходилась в пределах их лучевой толерантности;

— во-вторых, создавать особые биологические условия, при ко­торых в облученном объеме тканей ребенка одна и та же доза вызы­вала бы максимальную гибель тканей опухоли и минимальную — нормальных тканей.

Решение этой проблемы связано с совершенствованием тех­ники предлучевой подготовки, радиотерапевтической аппаратуры, с созданием новых искусственных радиоактивных препаратов, в том числе, туморотропных, с развитием методов математического планирования условий облучения и контроля за их воспроизведе­нием; второй — с успехами радиобиологии, в частности, с моди­фикацией селективной радиочувствительности нормальных и опу­холевых тканей и моделированием временного распределения по­глощенных доз ионизирующих излучений.

 






Папиллярные узоры пальцев рук - маркер спортивных способностей: дерматоглифические признаки формируются на 3-5 месяце беременности, не изменяются в течение жизни...

Механическое удерживание земляных масс: Механическое удерживание земляных масс на склоне обеспечивают контрфорсными сооружениями различных конструкций...

Организация стока поверхностных вод: Наибольшее количество влаги на земном шаре испаряется с поверхности морей и океанов (88‰)...

Опора деревянной одностоечной и способы укрепление угловых опор: Опоры ВЛ - конструкции, предназначен­ные для поддерживания проводов на необходимой высоте над землей, водой...





© cyberpedia.su 2017-2020 - Не является автором материалов. Исключительное право сохранено за автором текста.
Если вы не хотите, чтобы данный материал был у нас на сайте, перейдите по ссылке: Нарушение авторских прав

0.022 с.