Р: Да, просто идеально. Приятного тебе отмокания. — КиберПедия 

Общие условия выбора системы дренажа: Система дренажа выбирается в зависимости от характера защищаемого...

Кормораздатчик мобильный электрифицированный: схема и процесс работы устройства...

Р: Да, просто идеально. Приятного тебе отмокания.



Я был слишком зол, так что над своим ответом я задумался лишь ближе к вечеру.

Чем больше я думал о своем поведении, тем больше я думал о ней, о Вайолет, а не о злобной суке, которая показалась утром на пороге моего дома. Для меня она перестала существовать, и я не собирался играть в ее игры. Если она думала, что я буду думать о ней, то она просчиталась.

Мои мысли были заняты женщиной, которая сначала пленила своим телом, а сейчас и разговорами. Мне хотелось бы перед ней извиниться, но не нравилась идея, делать это по телефону. Она пережила столько плохого, и никак не заслужила такого обращения как утром. Как я могу все исправить, если не вижу ее, и не могу к ней прикоснуться?

В голове всплыли воспоминания о той ночи, когда я нашел ее на полу в луже крови. Я получил ее сообщение о помощи, и через пятнадцать минут был у нее дома. Я мог бы позвонить в полицию, но не знал точно, где она находится, поэтому для начала решил проверить ее дом. Следующая картина раз за разом повторялась, стоило мне только об этом подумать. Распахнутая дверь, но закрытая вторая дверь, в груди сдавило от возможных сценариев происходящего в доме. Я открыл дверь, боясь шуметь и прикасаться к ней. А потом я увидел огромную лужу крови. Если бы она была мертва, то я бы никогда не оправился от такого горя. И я знал, без нее, я бы никогда не был прежним. Когда я подбежал к ней, то опустился на колени, проверяя ее пульс. Он был, слабый, но был. Поднял ее на руки, и зажал рану на шее, из которой бежала кровь.

Она была одна в доме на Большом Каймане. Черт.

Если бы она только знала, как сильно я переживаю о ее безопасности. По крайней мере, она не боялась оставаться одна, именно поэтому я не говорил ей о своих опасениях. Однако, мне удалось пробраться к ней в дом, в тот вечер, когда мы поругались из-за ее мужа.

Я еще ни с одной женщиной не был так близок. Я должен был дать ей шанс все объяснить. Тогда она не была бы сейчас на каком-то острове, гадая, кто я такой, и почему не рассказал ей о том, о чем должен был признаться еще месяц назад.

Всю вину от случившегося я ощутил, когда она лежала в больнице. И я больше никогда так не облажаюсь, особенно с ней.

Когда я уложил Брюса спасть, я позвонил извиниться.

– Прости, сегодня было паршивое утро, – я даже не позволил ей закончить свое приветствие.

– Я поняла. Что случилось? – я слышал, она была на грани. Я довел ее до такого состояния. Она это не заслужила.

– Мы можем не говорить об этом прямо сейчас?

– Никаких секретов, – напомнила она мне.



– Это не секрет. Давай будем считать ее отложенной темой, – предложил я.

– Ладно, как я понимаю ты все еще зол. Я бы с радостью предложила свою попку, чтобы ты выплеснул всю свою ярость, – я мог представить ее улыбку после таких слов, и застонал в ответ. Она идеальная.

– Именно поэтому я сегодня не смог закончить работу.

– Расскажи мне о музыке, – пробормотала она, и ее голос успокаивал меня.

– О музыке?

– Ага, расскажи, какую музыку ты любишь.

– У меня слабость к хорошим гитарным соло, – ответил я, и начал расслабляться впервые за целый день. Я поднялся по лестнице, проверил Брюса, разделся в своей комнате и направился в ванную.

– Ххммм, интересно, – игриво растягивая слова.

– Не особо, – я удивился ее любопытству к таким мелочам. – Я принимаю ванну. Почему бы тебе не присоединиться ко мне?

– Я сегодня уже принимала ванну. Как раз лежала в ней, когда писала тебе. Ты что забыл?

– Прими еще одну, – предложил я.

– Хорошо, – я услышал шум воды, пока она набирала воду, и минуту спустя, мы оба лежали в ванной.

– Забавно, у тебя немного женская привычка, Риз – она засмеялась, и я присоединился к ней.

– Ванна расслабляет. Я не пью, пока Брюс со мной, так что, это единственный способ. Прошу, не надо потешаться над «Папочкиными водными процедурами».

– Я не потешаюсь, а констатирую факт. Не забудь добавить соль, – она вновь засмеялась, и я услышал громкий всплеск.

– Мило, а ты само очарование. В моих мыслях, после твоего отъезда я уже раз сто отшлепал тебя по попе. – Я знал, мои слова привлекли ее внимание.

– Тогда хорошо, что моя попа здесь в полной безопасности, – она тяжело вздохнула, и я мог представить ее ореховые глаза, полуоткрытые губы.

Мою ванну больше нельзя было назвать расслабляющей.

– Завтра День благодарения. Вайолет, я не хочу, чтобы ты оставалась совершенно одна.

– Со мной будет курица, которую я собираюсь приготовить, – пошутила она.



– А я впервые решил приготовить индейку, – я засмеялся от этой мысли.

– Что смешного? – она спросила, но от ее шелковистого голоса мне сложно было сконцентрироваться на ответе.

– Я, Брюс, и сгоревшая индейка. Я не могу дождаться, когда ты узнаешь его получше. Он у меня двенадцатикилограммовый Годзила.

– Расскажи мне о нем, – сладко пропела она.

– Что ты хочешь знать? – уточнил я, скручивая полотенце, кладя его под голову.

– Все, – вздохнула она.

– Прежде чем я забрал его из больницы, я погуглил все, и я действительно имею ввиду все. Я посмотрел видео, чтобы понять что к чему. Было много проб и ошибок. Мои родные мне помогали, но большую часть времени я справлялся самостоятельно. Я думал, будет легче. Покормить, одеть, и сменить подгузник. Я не придавал значение ни сну по часам, ни времени кормления, ни запасной одежде, на случай детских неожиданностей, – я остановился. – Я никогда не видел себя в роли отца. Всю свою жизнь, я был довольно эгоистичен со своей свободой. Мне нравилось думать только о себе. А потом я узнал о ее беременности, и даже мысли не допускал, об избавлении от него.

Думая о том, что мне пришлось пережить, чтобы стать его отцом, я рассказал ей правду.

– Я молил ее сохранить ему жизнь. Я приходилось каждый день упрашивать ее оставить его, до тех пор, пока было поздно делать аборт. – Я подумал о сыне и улыбнулся. – Он самое лучшее, что случилось в моей жизни. Жизнь так кардинально поменялась, я даже не успел осознать, что все свое время посвящаю отцовству. Ты была первым, что я себе позволил после его рождения. Пожалуй, именно поэтому я не спешил тебе рассказывать – я хотел опять побыть эгоистом. – На другом конце трубки была лишь абсолютная тишина.

– Вайолет?

– Можно я тебе перезвоню?

– Конечно, что-то...

Вайолет.

 

Когда я перестала хныкать в полотенце, я подождала несколько минут, чтобы мой голос успокоился, и я смогла перезвонить ему, не выдавая своих эмоций.

Эта женщина, о которой он скользь упомянул, заинтриговала меня. Да какая женщина не захочет заводить семью с Ризом? У меня не было права судить, да я толком ничего о ней и не знала, но уже сейчас она мне не нравилась. На первый взгляд мне показалось, она бросила их обоих.

Я не должна обращать внимания на эти чувства. Если честно, когда он говорил о своей борьбе и о любви к сыну, у меня в душе закрались сомнения.

Мотнув головой, прогоняя неприятные мысли, я перезвонила Ризу.

– Прости, нужно было сходить в туалет, – это было единственным пришедшим мне на ум оправданием. Я хотела обсуждать с ним серьезные тему, но боялась, что эмоционально не выдержу их, поэтому я продолжила с того места, где мы остановились, но в более легком тоне.

– Значит, завтра вы с Брюсом готовите индейку?

– Я готовлю одну из четырех индеек, – спокойно ответил он. – Чаще всего День благодарения я провожу у родителей.

– Я тоже впервые отмечают его не с родителями. Я не подумала о праздниках, когда собиралась в поездку.

– Но ты ее заслужила. Тебе нужен был перерыв. Только умоляю, скажи мне, что ты закрываешь дом и проверяешь замки?

Беспокойство в его голосе опустошило меня. Я не думала, как сильно он обо мне беспокоится, но была тронута его заботой.

– Клянусь тебе, я все закрываю. Кстати, я теперь постоянно ношу с собой небольшую палку. Иногда мне немного страшно, но потом я успокаиваюсь, вспоминая, что все двери закрыты, и я в полной безопасности. Иногда бывают тяжелые дни. Скажу по правде, раньше я считала безопасность само собой разумеющейся.

– Мне не следовало поднимать эту тему, – едва слышно сказал он.

– Нет, это не запретная тема. Я одна в огромном доме, но я даже не задумывалась, как мы оба будем переживать по этому поводу. Если честно, я приехала сюда обдумать свой следующий шаг, собраться с мыслями и силами, но я это сделала еще до отъезда сюда. Я перестала много пить, погрузилась в работу, и тренировки, – я говорила словно оправдываясь. – Но так и не смогла написать ни единого пункта в плане будущей жизни. – Я вздохнула и вылезла из ванной. – Не пойми меня неправильно, здесь так красиво, и у меня роскошный загар.

– Но ты убежала, – настаивал он.

– Да, я убежала, – согласилась я. Я была благодарна ему, когда мы сменили тему.

– Опиши мне свое отражение в зеркале, – его голос мгновенно довел меня до грани, заставляя ускориться мой пульс.

– Голая, – не спеша проговорила я. – Ты же не пытаешься заняться со мной сексом по телефону?

– Нет, но если бы я был сейчас рядом... Черт, я бы такое вытворял с твоими губами и киской.

Я была мокрой, безумно мокрой, хотя уже успела насухо вытереться полотенцем.

– Скажи мне о чем-нибудь, пожалуйста – с придыханием сказала я, ощущая, как мой пульс ускорился еще больше, а в отражении с легкостью можно было увидеть мое возбуждение.

– Я бы раскрыл тебя и лизнул, но только раз, снизу вверх всей плоскостью языка.

Соски напряглись от одного этого предложения.

– Ладно, скажи еще что-нибудь, – взмолилась я.

– После этого я бы остановился, потому что ты так близка к оргазму. Я бы поглаживал вокруг клитора, в то время, как мой язык трахал бы тебя, так как тебе хотелось бы большего... но у тебя не было бы времени попросить об этом, потому что стоило бы тебе чуть шире расставить ножки, я бы начал так быстро лизать клитор, вставляя в тебя пальцы и трахая тебя ими, что ты бы кончила сильно, сжимая ноги вокруг моей шеи. Ты замечала, что делаешь так? Когда ты кончаешь, ты обхватываешь мою шею ногами и сжимаешь.

– Еще?

– Нет, – твердо ответил он. – Скажи мне, чем ты сейчас занимаешься?

– Наблюдаю, как мое тело реагирует на тебя. Может мне стоит потрогать себя?

– Нет, это моя работа. Возвращайся, и я сделаю все в точности, как описал, – его голос был возбужденный и голодный.

– Вернусь. Риз, теперь я ненавижу свой дом. Для меня это больше не дом. Это могила всего дерьма, случившегося в моей жизни. Я только сейчас это поняла. Наверное, я продам его.

– Я покажу тебе, где твой настоящий дом, – его голос дрожал, и я знала, он возбужден не меньше меня.

– Риз, я так сильно тебя хочу.

– Черт, возвращайся сейчас же, – серьезно скомандовал он.

– Возвращаюсь. Я уже собираю вещи. Клянусь тебе, если бы я могла написать только один пункт, стоящий сделать перед смертью, я бы сразу вернулась домой.

– И чтобы ты написала?

– «Поезжай в Саванну». Я позвоню тебе и скажу когда мой самолет. Больше никаких неожиданных визитов.

– Вайолет, – он замолчал.

– Да, – ответила, собирая вещи, умирая от желания вернуться к нему.

– Я твой.

Я нервно всхлипнула от его слов, от чего он опять замолчал. Я хотела услышать больше, поэтому ждала, что он скажет дальше.

Сейчас его голос окутывал меня как мягкий шелк.

– Я понимаю, чего ты боишься. Знаю, почему ты убежала. Я должен был раньше рассказать тебе о Брюсе, но тогда я не был уверен, как сейчас. Я знаю, все происходит очень быстро, и ты едва развелась, но мы оба знаем, ради того, что есть между нами можно и рискнуть. Больше никаких вопросов и сомнений. Возвращайся ко мне, влюбляйся в моего сына, как ты этого и хотела. Он полюбит тебя в ответ. В этом мире теперь есть двое мужчин, которым ты нужна.

Я опустилась на кровать рядом с открытым чемоданом.

– Я не могу позволить себе влюбиться, и снова быть отвергнутой. Я этого не переживу. А с тобой, Риз, я знаю, это будет невыносимая боль, – призналась я.

– Я твой, – именно эти два слова были всем, чем нужно.

– Хорошо, – прохрипела я.

– Хорошо.

Я повесила трубку, и позвонила в авиакомпанию. Я переоформила свой билет на самый первый пятничный рейс. Я не смогу улететь раньше из-за праздников.

Быстро написала Ризу сообщение, сообщив о рейсе, и о том, что в полдень в пятницу я буду у него. Я больше не могла слышать его голос и не быть с ним рядом. Я сразу же легла спать, видя во сне две пары серых глаз, пленивших мое сердце.

День 4. Вайолет.






Механическое удерживание земляных масс: Механическое удерживание земляных масс на склоне обеспечивают контрфорсными сооружениями различных конструкций...

Кормораздатчик мобильный электрифицированный: схема и процесс работы устройства...

Поперечные профили набережных и береговой полосы: На городских территориях берегоукрепление проектируют с учетом технических и экономических требований, но особое значение придают эстетическим...

Общие условия выбора системы дренажа: Система дренажа выбирается в зависимости от характера защищаемого...



© cyberpedia.su 2017 - Не является автором материалов. Исключительное право сохранено за автором текста.
Если вы не хотите, чтобы данный материал был у нас на сайте, перейдите по ссылке: Нарушение авторских прав

0.016 с.