Р: Не могу перестать думать о тебе. — КиберПедия 

Общие условия выбора системы дренажа: Система дренажа выбирается в зависимости от характера защищаемого...

Поперечные профили набережных и береговой полосы: На городских территориях берегоукрепление проектируют с учетом технических и экономических требований, но особое значение придают эстетическим...

Р: Не могу перестать думать о тебе.



Анжелика Чейз

Книга 3 и серии «Сексуальные пробуждения»

Название: «The Last Dance»/«Последний танец»

Автор: Angelica Chase/Анжелика Чейз

Переводчик: Анастасия Конотоп

Редактор: mаруся

Оформление: Наталия Павлова

Русифицированная обложка: Ника Метелица

Перевод подготовлен для группы: http://vk.com/beautiful_bastard_club

 

 

Любое копирование на другие ресурсы помимо «ВКонтакте» без ведома переводчика или админа группы ЗАПРЕЩЕНО!

Уважайте чужой труд, пожалуйста!

Аннотация:

Риз

Я жил своей жизнью, пока не появилась она, со своими свежими взглядами и нереальными представлениями, каким должен быть Дом. Для освобождения мне нужно было всего лишь продать клуб и уйти. Сейчас я понял, мне есть к кому стремиться. И впервые в жизни я надеялся, что достаточно подхожу женщине.

Мне было просто заботиться о женщине. Я заботился о разных женщинах по разным причинам. Но вот любить женщину было намного сложнее. Дому не нужно было говорить «Я люблю тебя»

Вайолет

 

За последние два месяца моя жизнь изменилась до неузнаваемости. Когда я решила расширить границы своей сексуальности, я не ожидала, что влюблюсь в мужчину, который одновременно успокаивает меня, но также пытает и играет моими чувствами. Реальная жизнь выбила почву у меня из-под ног.

Но одно я знала точно... судьба еще не сказала свое последнее слово.

Риз

 

Я обидел ее, и это было последнее из того, что мне бы хотелось сделать. Она итак через многое прошла.

Направляясь к ее дому, я был настроен все сделать правильно. Я припарковался через дорогу, позади Лексуса – машины ее мужа. Я видел ее в прошлый раз, когда был здесь. Уняв свою ярость, я вышел на улицу. Заметив, что в машине кто-то сидел, я, не раздумываясь, пошел к ней. Он смотрел на дом, словно боялся.

Так и надо.

У меня не было времени на весь этот бред. Вайолет была в доме одна, впервые после нападения. Хоть она и сказала о скором приезде ее мамы, я не был уверен в правдивости ее слов, может быть это была отговорка, чтобы я держался от нее подальше. Ее взгляд, когда она поняла, что Брюс мой, то, как она смотрела на меня, будто я незнакомец, заставило меня оставить Брюса у соседки, и помчаться к ней. Она была почти моей, и я не позволю этому клоуну все испортить.

Я постучал в окно и Алекс подпрыгнул от неожиданности. Открыв окно, он внимательно меня изучал.

– Я могу вам помочь?

– Да, – ответил я, наклоняясь, чтобы наши глаза были на одном уровне. – Проваливай отсюда.



– Не понял? – он смотрел на меня, не понимая всего происходящего.

– Алекс, верно? – уточнил я.

– Мы знакомы? – Алекс вытер лицо двумя руками, пытаясь вытереть слезы. Но мне было наплевать.

– Я – Риз, твоя замена.

Алекс выглядел удивленным, но в тоже время немного оскорбленным. Заглянув в салон, я увидел на пассажирском сидении полупустую бутылку бурбона. Его голос был не громче шепота, когда он смотрел на дом.

– Она в порядке? Я узнал из новостей, и ее мать никогда бы не пустила меня к ней больницу. Они чуть не убили ее, да?

– Да, – сказал я, мое волнение возрастало из-за его заботы.

– Я должен ее увидеть, – голос Алекса дрогнул, и я отошел назад, когда он вышел из машины. Вцепившись в его пиджак, я прижал его к двери.

– Уйдя из дома, ты лишился этой привилегии. В ту ночь тебя не было дома, и ты не смог ее защитить. Зачем же делать это сейчас?

Его глаза налились злостью, и он попытался меня оттолкнуть.

– Она все еще моя жена. Есть вещи, которые я должен ей сказать, – моя кровь начала закипать, и хватка становилась сильнее.

– Я должен разбить твою милую мордашку за то, что ты с ней сделал. Она двигается дальше, так что уходи. Забота о ней больше не входит в твои обязанности. Ты от них отказался. А я принял на себя. – Я увидел страх в его взгляде, когда я ударил его спиной о дверь.

– Ты прав. У меня нет ни малейшего права находиться здесь. – Его лицо скривилось от боли, и я его отпустил.

– Я лишь хотел ее увидеть, убедиться, что с ней все хорошо, – он признал свое поражение, положив руку на дверь машины. Он так легко сдался.

Он не заслуживал ее.

– Ты не можешь ничего хотеть, когда дело касается ее. Я – единственный, в ком она нуждается, – твердо заявил я.

Он согласно кивнул, а я покачал головой в отвращении. Жалкий трус.

Я ждал от него любого глупого поступка, хотя бы жалкого оправдания.

Алекс же посмотрел на дом.

– Я знаю, она не заслужила того, как я с ней поступил.



– Страдай от этого сам, а ее не впутывай, – сухо ответил я. – Она достаточно страдала.

Алекс просто кивнул, и в последний раз взглянул на дом.

Мой телефон завибрировал, когда Алекс сел в машину и уехал. Прочитав сообщение, я быстро вернулся к своей, ругаясь себе под нос. Было уже поздно. Мне нужно было забрать сына. Я вздохнул с облегчением, увидев подъезжающую машину ее матери.

Алекс не хотел ее, и эта вина съедала его изнутри. Он не заслуживал ее прощения, да и я не позволю ему попытаться это сделать. Я больше не подпущу его к ней.

Сегодняшней ночью она не будет одна, и это главное, также как и факт, что она меня любит.

Вайолет

 

Р: Я должен тебя увидеть.

Могло быть хуже. Он мог вообще не отвечать. Хотя должен тебя увидеть, тоже нельзя назвать обещанием. Злая и пьяная, я призналась Ризу в любви по смс. Не самый подходящий момент. Но главная проблема заключалась в том, что я влюбилась в мужчину, которого почти не знала. Я сама не понимала, тянет ли меня к мужчине, которого до недавнего времени я считала открытой книгой, кто был легок в общении, имел свободный взгляд на жизнь, чьи глаза излучали искренность, чьи руки нежно меня касались, и у кого было безграничное терпение. Или же мне больше нравился мужчина, чей голос занимал все мои мысли, вызывал дрожь во всем теле, заставлял мое тело гореть от желания, имел жесткие приделы и был недосягаем. Риз был обоими этими мужчинами, но как много я знала о его жизни? Я должна была лучше его узнать, прежде чем мы двинемся дальше.

Рано утром, я прогнала маму из дома, и весь день бегала по дому, проводя инвентаризацию, понимая, что пропало после ограбления. Я сходила в магазин и купила ковер, прикрыла им огромный кровавый след, до тех пор пока не перестелю полы. Я была на кухне, писала список необходимых вещей, когда услышала стук в дверь. Испугавшись, я подпрыгнула на месте и выронила список.

Успокойся, Ви.

Сделав глубокий вдох, я взяла первое попавшееся под руку – молоток для мяса, и подошла к двери.

– Кто там?

– Курьерская служба Крита.

Осторожно, я открыла стеклянную дверь и посмотрела на вполне безобидного мужчину.

– От кого это?

Он взглянул на конверт, затем на мой молоток, прежде чем раздраженно посмотрел на меня.

Да, дружок. Я сумасшедшая.

– Алекса Харвелла.

Я открыла дверь шире и расписалась в указанном им месте. Я быстро захлопнула дверь, не желая видеть его выражение лица, когда он разглядит синяки на моем лице. Я ошиблась, полагая, что это будет легко, но даже простой поход по магазинам привлек массу внимания ото всех. Я мило отказывалась от любой предложенной мне консультации, мне просто хотелось, чтобы меня оставили в покое. Заперев дверь, я вернулась на кухню и в течении нескольких минут стояла, уставившись на пакет, прежде чем решила открыть его и согласиться со всем, что там будет мне предложено. Мне не нужен был грязный развод, мне хватило и ужасного брака. Это был полный провал.

Открыв конверт, я увидела официальные документы. Все было сделано очень быстро. Внимательно прочитав, я поняла: дом остается мне, также как выкупленная из кредита машина; еще мне полагаются алименты, которые я получу единовременно. Я перевернула страницу, чтобы посмотреть, сколько именно мне полагается, и замерла.

Семьсот пятьдесят тысяч долларов!

Что же получается дом, машина и почти миллион долларов. Я была счастлива, больше чем счастлива, но с другой стороны, пока было рано радоваться. Я позвонила своему адвокату, отправила ему подписанные документы, с указанием, отправить их и закончить мой развод в течение следующих пары дней. Я давно мечтала об этом, поэтому хотелось как можно быстрее покончить с этим. Чуть позже я позвонила Молли и попросила об одолжении. После этого, я позвонила своему врачу и записалась на прием на завтра, проверить шею и лицо.

Я уже заканчивала инвентаризацию, и упаковывала одежду, когда раздался сигнал телефона.

Р: Привет.

В: Привет.

Р: Звоню тебе.

Телефон зазвонил, я взяла трубку, продолжая разговор. Я сразу перешла к делу.

– Риз, я была расстроена, пьяна, эмоционально и физически напугана.

– Ты не можешь взять слова назад, и я не хочу, чтобы ты это делала, – мое сердце сжималось от звука его голоса. Он оказывал на меня слишком сильно влияние.

Я вздохнула от мысли, что, находясь рядом с Ризом, я никогда не смогу себя контролировать.

– Ладно, я не собиралась забирать свои слова, я просто хотела объяснить свое поведение.

– А мне даже нравится, когда ты становишься немного дикой. Это означает, что я тебе небезразличен, – поразмыслил он.

– Так и есть, но скажи мне, Риз, этого ли ты хочешь? Мне кажется, я навязываюсь, и если честно, чувствую себя при этом довольно жалко, – сказала я, и мой голос немного дрогнул.

– Ты забыла? Ведь именно я это начал, Вайолет, я, не ты. Мне нужно тебя увидеть. Могу ли я вечером заехать к тебе?

Я закрыла глаза и представила его руки на моем лице, его поцелуи. Я хотела этого больше всего на свете.

– Риз, я уезжаю.

– Уезжаешь? – я слышала грусть в его голосе.

Я сделала глубокий вдох.

– Прежде чем я отключилась вчера вечером, я все думала, как начались наши отношения, и по моему поведению у тебя было полное право скрывать его от меня. В первую очередь, ты заботишься о Брюсе, и это правильно. Поэтому, я больше не расстроена.

– Я рад это слышать, но мне хотелось бы уточнить про часть, где ты уезжаешь, – огрызнулся он, и его голос становился немного взволнованным.

– Это не надолго. Всего на неделю. У родителей моей подруги Молли есть дом на Большом Каймане, и мне захотелось туда съездить, и пока я буду в отъезде, я хочу начать с тобой отношения, мы как бы сможем начать встречаться.

– Вайолет, это будет довольно сложно.

– Напротив. Мы будем разговаривать каждый день.

После долгой паузы он продолжил.

– Что ты делаешь? Убегаешь? – услышала я. Могла поклясться, сейчас он расхаживал по дому.

– Прошу тебя не расстраивайся. Я стараюсь узнать тебя лучше. Будь мы сейчас в одной комнате, чем бы мы сейчас занимались?

– Трахались... и только потому, что ты бы меня умоляла об этом. Тебе не нужно уезжать, чтобы начать со мной серьезные отношения. Вайолет, я могу держать себя в руках. Если честно, я весьма преуспел в этом деле.

Все мое тело завибрировало от его признания, неутолимой жажды во мне. И эти слова еще больше возбудили меня. Ну, все, официально: я – больная женщина.

– Я не хочу, чтобы ты держал себя в руках. Я просто хочу съездить в отпуск, и, по словам моего адвоката, после возращения, я официально буду разведенной. Мне нужна эта поездка. Я хочу ее. Мне кажется, я ее заслужила. Мне есть о чем подумать. И я хочу вернуться отдохнувшей, исцеленной и разведенной. Я не хочу, чтобы глядя на меня сейчас, ты вспоминал случившееся той ночью. Я хочу, чтобы при взгляде на меня, ты видел только меня, и без фамилии другого мужчины.

– Я и здесь могу принять тебя такой, какая ты есть, – настаивал он, и его тон был больше разочарованным, нежели раздраженным. Я это понимала.

– Звучит мило, но сейчас ты ведешь себя немного... эгоистично.

– Да, черт возьми, так и есть, – раздраженно ответил он. Между нами повисла тишина. Сейчас он не мог, как привычно все контролировать, и я едва не усмехнулась от этой мысли.

Протяжно выдохнув, он продолжил:

– Хорошо, Вайолет, я буду с тобой встречаться. Я сделаю все, что захочешь, лишь бы вернуть тебя на мое крыльцо. И в следующий раз, когда ты там окажешься, я ни за что тебя не отпущу, – нежность в его голосе дошла прямо до моего сердца.

– Риз, мне кажется это крыльцо проклято. Да и я не жду, что ты будешь вести себя как Казанова. Я хочу знать о тебе самые банальные вещи, такие как твое второе имя, любимую футбольную команду, и все о твоем сыне, – говоря это, я скидывала вещи в огромный чемодан.

– Все это ты можешь выяснить и здесь, не нужно для этого уезжать. – На этот раз я не сдержала смешок.

– Мои страдания кажутся тебе забавными? – он повторил мои слова.

– Да, Риз. Кажутся, но только потому, что я знаю, как сильно тебе хочется сейчас отдать приказ. Я не уверена, что могла бы устоять, если бы ты приказал мне, сейчас же доставить к тебе мою киску.

Я дала ему время подумать над моими словами. Я проверяла его, и его рычание, показало, он прошел проверку.

– Я лучше в этом разбираюсь. Я всегда даю тебе то, в чем ты нуждаешься, я не потому, что только мне этого хочется.

– Тогда мы договорились, – с надеждой произнесла я.

– Ты не оставляешь мне выбора, но да. Ты в какой-то степени меня наказываешь.

– Возможно, – правдиво ответила я.

– Я хотел тебе сказать. У меня и в мыслях не было причинять тебе боль.

– Я хочу тебе верить, Риз.

– Так и будет... но запомни, Вайолет, по приезду ты заплатишь мне за все стояки, какие у меня будут на протяжении всей следующей недели.

– И пусть это будет КРАСНЫЙ, – пропела я, и повесила трубку. Как только я застегнула чемодан, я получила сообщение.

День 1. Вайолет

 

После моих настойчивых уговоров, родители Молли согласились принять от меня оплату за недельное пребывание в доме. Я уехала из Саванны так и не повидавшись с Ризом, и если бы я это сделала, то сейчас бы не стояла у входной двери потрясающей виллы на Кайманах. Дом был большим, двухэтажным особняком, с крышей в испанском стиле, с прямым выходом на океан. У меня захватывало дух от вида из каждого окна. Все окна были открыты, предлагая мне панорамный вид на всю территорию, заставляя думать, будто в округе нет ничего кроме тропического леса. Из комнаты в комнату, под ногами красовалась мозаика от темно–голубого до бирюзового цветов. Я выбрала большую комнату с огромной кроватью с великолепным видом на океан. Сделав важно дело, а именно распаковав вещи, я поспешила зарыться пальцами в песок. Кожу обдувал теплый бриз. Я одела огромную шляпу, прикрывающую шрамы на лице и шее, желая защитить их от ожогов, я вышла на берег со двора дома. Сделав глубокий вдох, я слушала шум волн. Здесь я ощущала покой. Именно то, что мне нужно было.

Вот это жизнь, Ви.

Я провела день, валяясь на солнце, и читая первую за этот месяц книгу. Я держалась от книг подальше, точно следовала первому правилу Риза. После заката, мне больше не было смысла оставаться на берегу, поэтому я вернулась в дом, и поняла, что мне нечего есть. После душа, я вызвала такси, и поехала в местный ресторан, который посоветовал водитель. Я сидела за столиком, пила «Маргариту» с манго, когда отправила первое сообщение.

В: Красный.

В: Прости.

Р: Работал, забрал Брюса, отвез его гулять к фонтану в Форсит Парке, где он убежал от меня, а мне пришлось кричать, чтобы его остановили. Клянусь тебе, этот ребенок научился бегать быстрее, чем ходить.

В: А сколько ему?

Р: 15 месяцев.

В: А его мать?

В: Она умерла?

В: Хорошо.

В: Никаких секретов.

Риз

 

Она меня убивала. Я не мог перестать смотреть на эту чертову фотографию. Она прикрыла синяки на лице, натянув шляпку ниже, оставляя только свои пухлые губы, шею, и очертание превосходных сисек, к которым я не мог сейчас прикоснуться. Также я вспоминал ее красивый живот и округлые бедра. А ее бесконечные ноги... И как я мог забыть о ее остром язычке и сексуальном попке.

Она была все, о чем я мог просить небеса.

Я услышал, как меня позвал Брюс, и остался стоять в дверях, не заходя в комнату.

– Па, па, па, па.

Он не плакал, а разговаривал сам с собой. Я посмотрел на часы. Черт, полночь.

Засыпай, малыш.

В моей руке завибрировал телефон. Я посмотрел на высветившийся номер.

Дьявол.

Я не шевелился, а просто смотрел на телефон. Она не звонила больше года.

– Я сказал тебе, не звонить мне больше, – выпалил я, как только ответил на звонок.

– Ты скучаешь по мне, и сам об этом знаешь, – всего секунда и ее голос выводил меня из себя, словно звук царапающих ногтей по стеклу.

– Черта с два. Я тебе уже говорил, мне ничего от тебя не надо. – Брюс начал лепетать громче, и я вышел из комнаты и ушел в ванную, чтобы она его не слышала. Я не собирался продолжать с ней беседу.

– Я все время о тебе думаю. Да и ты не мог меня забыть, – мне было тошно от ее самодовольного и уверенного тона.

– Я вряд ли могу сказать тоже о тебе. Какого хрена тебе надо?

– И кто же она?

– Что тебе надо? – я стиснул зубы от раздражения.

– Я хочу тебя, и прямо сейчас твой член, заполняющий меня, – до боли знакомым соблазнительным тоном пропела она.

– Этот корабль уплыл 15 месяцев назад. Я получил от тебя все, что мне было нужно, – сказал я, показывая, что мне неинтересен этот разговор.

– Риз, мы же оба знаем, что это неправда.

Я не когда не употреблял слово ненависть, и не думал, что смогу произнести его по отношению к некогда небезразличному мне человеку, но я ненавидел ее. Я не стал говорить этого вслух, чтобы не радовать ее своей злостью. Мне вообще не следовало отвечать на звонок.

– И как он?

– Я ничего тебе не скажу. Это все? Ты закончила? – я не мог больше выносить ее. И у меня не было никакого желания общаться с ней, словно она до сих пор хоть что-то для меня значит.

– Риз, пожалуйста, хотя бы приди и удовлетвори меня.

Я засмеялся. Она и правда думала, что я на это куплюсь? – Почему бы тебе не попросить об этом того, кто бьет тебя флоггером? Серьезно, у тебя что, совсем крыша поехала? Этому не бывать. Не звони мне больше.

– И как ее зовут? У тебя определенно появилась женщина. Ты всегда был мягок со своими сабами. Тебе никогда не быть хорошим Домом, – прошипела она.

– Да пошла ты. Ты никогда не узнаешь ее имя, а она не узнает твое. Как и твой сын.

Я повесил трубку. Должно быть ей совсем плохо, раз она позвонила мне. Сам не знаю, почему меня удивило то, что она позвонила и спросила об этом. Я уже ничему не удивляюсь, когда дело касается ее.

– Па, па, па, па!

– Все хорошо, сынок! – сказал я, вернувшись в его комнату. Он так широко улыбнулся, и я не мог не ответить ему тем же. Когда я вошел, он пытался выбраться из кроватки. Скоро он поймет, как это делать.

– Молодой человек, теперь пора спать, – я говорил командным голосом. Он захихикал и потянул свои ручки ко мне. Даже мой сын не воспринимал меня серьезно. Плохой из меня вышел Дом. Я не могу заставить собственного сына слушаться меня.

– Иди ко мне, парень.

Он ткнул пальцем в памперс, я понимающе кивнул и взял его на руки.

– Ты единственный ребенок, который зовет своего отца, чтобы тот поменял тебе памперс. Ты или умнее, чем я тебя считал, или у тебя обсессивно-компульсивное расстройство, а это уже проблема.

Он внимательно изучал меня, пока я расстегивал липучки.

– Знаешь, я каждый день благодарю бога, что ты похож на меня, приятель. – Он снова улыбнулся, и потянул меня за нос, когда я склонился над ним. – Ты – маленький чертенок. Но ты уже влюбил в себя мою девушку.

Я усадил его на пеленальный столик и достал телефон.

– Хочешь увидеть Вайолет?

– Тет, – сказал он, желая повторить ее имя.

– Ага.

– Тет.

Я увеличил фотографию. Ему, конечно, было рано смотреть на такого рода снимки, но я с уверенность мог сказать, моему сыну нравилось смотреть на красоту.

– Вайолет.

– Тет.

– Отлично, достаточно. – Брюс посмотрел на меня, потом на телефон, и вырвав его из моих рук, швырнул его на пол.

– Сынок, я хочу быть с ней, но я всегда буду твоим папой. А теперь сделай мне одолжение, ложись спать. – Я закрыл его глаза рукой, от чего от начал извиваться, желая убрать мою руку. Я фыркнул, и взял ее к себе в кровать, и мы оба уснули, глядя на самую красивую заставку на телефоне.

 

День 2. Вайолет

 

СВЯТАЯ МАТЕРЬ БОЖЬЯ, МАССАЖ!

– Люди как минимум раз в месяц должны делать такое, – я хрюкнула от рук моей массажистки Аланы. Я продолжила: – В мире было бы меньше жестокости, если бы каждый делал себе массаж. Я тебе говорю, это точно снизит уровень преступности. – Алана усмехнулась, и начала прорабатывать мне поясницу. – О господи, о да, вот так... охренеть как хорошо. Пардон, прости, не сдержалась.

– Ничего страшного, Вайолет. Я слышала и не такое, – я посмотрела на нее, и она мне подмигнула.

– Аааааа, – я постаралась больше не выражаться, не смущая нас обеих. У нее был бархатистый голос, карие глаза. Она была высокой и стройной, а ее руки могли расплавить любую статую.

– Я не вижу кольца на пальце, – спросила Алана, не прерывая массаж. – Ты здесь с кем-то?

– Нет, одна. Но уже начинаю жалеть об этом. Последние месяцы были настоящим безумием. Мне нужен был перерыв.

– Я ощущаю все это безумие на твоих мышцах, – говорила она, прорабатывая тугой узел, и расслабляя мышцы.

– Ты даже не представляешь на сколько, – ответила я, уткнувшись носом в дырку на столе, пока она растирала масло.

– У тебя есть двадцать минут, – сказала она, и в голосе явно слышалось любопытство.

Я подумала об исповеди. Я одна на Каймановых островах, и мы вряд ли когда-нибудь еще ее увидимся. Я ни с одной женщиной не делилась своими отношениями с Ризом, но все равно никак не могла рассказать всю правду.

– Если коротко, то я завтра я буду разведенной. Также недавно меня ограбили, избили до полусмерти, и я начала встречаться с мужчиной, который перечеркнул для меня всех остальных, но я еще плохо его знаю. Он в своем роде идеальный, но... у него есть темная сторона.

Молодец, Вайолет. Изрядно ты все преуменьшила.

– Ого, – сказала она, массируя локтем мою поясницу.

– Я хмыкнула, – И это случилось за пару месяцев. Наверное, поэтому я здесь. – Я замотала головой, когда увидела в зеркале ее расширенные глаза. – В любом случае, я хочу убедиться, что влюблена в мужчину, а не только в его член.

– Знаешь, дорогая, по мне, так это замечательно. Я люблю немного таинственности в мужчинах.

Мой телефон завибрировал, и я улыбнулась ей.

– А вот и он. Давай заставим его ревновать.

Я застонала как раз в тот момент как ответила на телефон.

– Риз, о боже, какие руки, мммм.

– Какого черта ты там делаешь? – прокричал он, пока я стонала в трубку.

– Мммм, да. Не останавливайся!

Он нервно посмеивался в трубку.

Я невозмутимо продолжила:

– Что? Ты совсем не ревнуешь? Чтобы ты знал, меня сейчас касается пара теплых рук.

– Для тебя же будет лучше, если это руки женщины, и должен ли я тебя предупредить что будет, когда я действительно начну тебя ревновать? – Он говорил строго и пугающе, и я немедленно возбудилась.

– Вот это мне нравится больше, – я тут же забыла о массирующих меня руках.

– Вайолет, предупреждаю, еще один стон в трубку, и твое возвращение домой будет весьма болезненным.

– Ммммм, – промурлыкала я, думая о всех возможных вариантах наказания.

– Это для меня или для нее? – спросил он, строгим, но в тоже время наполненным похотью голосом.

– Для тебя, только для тебя, – Алана закончила и улыбнулась. Я махнула ей в знак благодарности и села. – Твои руки мне нравятся куда больше.

– Тогда возвращайся, – его слова были суровыми. Ему не нравилось расстояние между нами. Мое сердце сжалось. Без сомнения он хочет меня. И я была уверена, что до конца недели я здесь не задержусь.

– Через два дня я буду разведенной, – радостно напомнила я.

– Хорошо, так, может, вернешься в тот же день?

– Я подумаю над этим, – серьезно ответила я.

– Мне нужно возвращаться к работе. Сегодня в тоже время?

– Да.

Ви, не забывай, тебе нужно написать хотя бы один пункт в плане на будущее.

День 3. Риз.

 

– Брюс, сынок, оставь их в своей тарелке, – я смотрел на своего упрямого сына, который упорно бросал хлопья на пол. Несмотря на мой сердитый взгляд, он продолжал пакостить. Я улыбнулся и покачал головой. – Хорошо, – сказал я, взял и высыпал пол пачки в его тарелку. – Попробуй хоть что-то из этого съесть.

В дверь позвонили, и на секунду во мне забрезжила надежда. Но это не могла быть она. Черт, эта женщина заняла все мои мысли. И она даже не понимала, что она со мной делала. Я открыл дверь и моя кровь сразу же закипела.

– Риз, – мило улыбнулась она. Я знал эту улыбку, и больше не куплюсь на это.

– Послушай, если нужно я сделаю судебный ордер, – сказал я, агрессивно шагая ей на встречу.

– Тсссс, – сказала она, размахивая пальцем перед моим лицом. – Я зашла поздороваться.

– Думала, стоит мне только взглянуть на тебя, и я упаду к твоим ногам, да?

Она облоколась на дверной косяк и скрестила длинные ноги, и ехидно улыбнулась.

– Я надеялась на более радушную встречу, – сказала она, наклоняясь ближе, даже слишком близко.

– Послушай меня. Я знать тебя не хочу. Между нами все кончено.

– Но я еще не закончила с тобой, – она не обращала внимание на мои слова.

– Я получу судебный запрет. Ты ничего с этим не поделаешь. Я уже не такой малодушный, как был раньше. Ты была моим кошмаром. А теперь уходи. – Я указал пальцем ей на выход, а она взяла его в рот, начала сосать, причмокивая, когда выпускала его. Я услышал как Брюс, отодвинул столик у своего детского стульчика, – этому он недавно научился. – Я побежал на кухню, пока он не выпал оттуда.

Я подхватил Брюса как раз во время, и услышал ее шаги за спиной.

– Он похож на тебя, – холодно сказала она. Я сжался, прижимая его к себе, зная, у меня не было иного выбора, как повернутся к ней. Я развернулся с Брюсом на руках, видя, как она в первый раз встречается с сыном после его рождения. Я не хотел, чтобы они когда-либо встречались. Но она и этой возможности меня лишила.

– Пошла вон. И я не шучу. Или я вышвырну тебя отсюда. Тебе нечего здесь делать! – Брюс начал трястись от моих криков. Глядя на него, я улыбнулся и погладил его по голове. – Все хорошо, приятель!

– Разве ты не скучаешь по этому? Тому, что было между нами? Как все было страстно? – сказала она, полностью игнорируя ребенка на моих руках.

– Нет, я все забыл и живу дальше. И тебе советую. Не приходи сюда. Это только его запутает, – я старался говорить тихо и цивилизованно. Она взглянула на Брюса, будто он причина нашего расставания, затем развернулась и пошла ко входной двери.

– Для меня он так и будет несделанным абортом.

Ее слова были как красной тряпкой для меня.

– Если ты еще раз покажешься на пороге моего дома, я потребую твоего ареста. В ближайшее время ты получишь запретительный судебный приказ, можешь в этом не сомневаться, – я шел следом за ней, наступая ей на пятки.

– Не обольщайся, Риз, я больше не приду.

Я захлопнул за ней дверь, слыша ее визг, когда дверь ударила ее по заднице. Вайолет была права, мое крыльцо проклято.

Черт. Черт, ну зачем на это делает?

Я ощутил вибрацию телефона.

В: Все в порядке?

Вайолет.

 

Когда я перестала хныкать в полотенце, я подождала несколько минут, чтобы мой голос успокоился, и я смогла перезвонить ему, не выдавая своих эмоций.

Эта женщина, о которой он скользь упомянул, заинтриговала меня. Да какая женщина не захочет заводить семью с Ризом? У меня не было права судить, да я толком ничего о ней и не знала, но уже сейчас она мне не нравилась. На первый взгляд мне показалось, она бросила их обоих.

Я не должна обращать внимания на эти чувства. Если честно, когда он говорил о своей борьбе и о любви к сыну, у меня в душе закрались сомнения.

Мотнув головой, прогоняя неприятные мысли, я перезвонила Ризу.

– Прости, нужно было сходить в туалет, – это было единственным пришедшим мне на ум оправданием. Я хотела обсуждать с ним серьезные тему, но боялась, что эмоционально не выдержу их, поэтому я продолжила с того места, где мы остановились, но в более легком тоне.

– Значит, завтра вы с Брюсом готовите индейку?

– Я готовлю одну из четырех индеек, – спокойно ответил он. – Чаще всего День благодарения я провожу у родителей.

– Я тоже впервые отмечают его не с родителями. Я не подумала о праздниках, когда собиралась в поездку.

– Но ты ее заслужила. Тебе нужен был перерыв. Только умоляю, скажи мне, что ты закрываешь дом и проверяешь замки?

Беспокойство в его голосе опустошило меня. Я не думала, как сильно он обо мне беспокоится, но была тронута его заботой.

– Клянусь тебе, я все закрываю. Кстати, я теперь постоянно ношу с собой небольшую палку. Иногда мне немного страшно, но потом я успокаиваюсь, вспоминая, что все двери закрыты, и я в полной безопасности. Иногда бывают тяжелые дни. Скажу по правде, раньше я считала безопасность само собой разумеющейся.

– Мне не следовало поднимать эту тему, – едва слышно сказал он.

– Нет, это не запретная тема. Я одна в огромном доме, но я даже не задумывалась, как мы оба будем переживать по этому поводу. Если честно, я приехала сюда обдумать свой следующий шаг, собраться с мыслями и силами, но я это сделала еще до отъезда сюда. Я перестала много пить, погрузилась в работу, и тренировки, – я говорила словно оправдываясь. – Но так и не смогла написать ни единого пункта в плане будущей жизни. – Я вздохнула и вылезла из ванной. – Не пойми меня неправильно, здесь так красиво, и у меня роскошный загар.

– Но ты убежала, – настаивал он.

– Да, я убежала, – согласилась я. Я была благодарна ему, когда мы сменили тему.

– Опиши мне свое отражение в зеркале, – его голос мгновенно довел меня до грани, заставляя ускориться мой пульс.

– Голая, – не спеша проговорила я. – Ты же не пытаешься заняться со мной сексом по телефону?

– Нет, но если бы я был сейчас рядом... Черт, я бы такое вытворял с твоими губами и киской.

Я была мокрой, безумно мокрой, хотя уже успела насухо вытереться полотенцем.

– Скажи мне о чем-нибудь, пожалуйста – с придыханием сказала я, ощущая, как мой пульс ускорился еще больше, а в отражении с легкостью можно было увидеть мое возбуждение.

– Я бы раскрыл тебя и лизнул, но только раз, снизу вверх всей плоскостью языка.

Соски напряглись от одного этого предложения.

– Ладно, скажи еще что-нибудь, – взмолилась я.

– После этого я бы остановился, потому что ты так близка к оргазму. Я бы поглаживал вокруг клитора, в то время, как мой язык трахал бы тебя, так как тебе хотелось бы большего... но у тебя не было бы времени попросить об этом, потому что стоило бы тебе чуть шире расставить ножки, я бы начал так быстро лизать клитор, вставляя в тебя пальцы и трахая тебя ими, что ты бы кончила сильно, сжимая ноги вокруг моей шеи. Ты замечала, что делаешь так? Когда ты кончаешь, ты обхватываешь мою шею ногами и сжимаешь.

– Еще?

– Нет, – твердо ответил он. – Скажи мне, чем ты сейчас занимаешься?

– Наблюдаю, как мое тело реагирует на тебя. Может мне стоит потрогать себя?

– Нет, это моя работа. Возвращайся, и я сделаю все в точности, как описал, – его голос был возбужденный и голодный.

– Вернусь. Риз, теперь я ненавижу свой дом. Для меня это больше не дом. Это могила всего дерьма, случившегося в моей жизни. Я только сейчас это поняла. Наверное, я продам его.

– Я покажу тебе, где твой настоящий дом, – его голос дрожал, и я знала, он возбужден не меньше меня.

– Риз, я так сильно тебя хочу.

– Черт, возвращайся сейчас же, – серьезно скомандовал он.

– Возвращаюсь. Я уже собираю вещи. Клянусь тебе, если бы я могла написать только один пункт, стоящий сделать перед смертью, я бы сразу вернулась домой.

– И чтобы ты написала?

– «Поезжай в Саванну». Я позвоню тебе и скажу когда мой самолет. Больше никаких неожиданных визитов.

– Вайолет, – он замолчал.

– Да, – ответила, собирая вещи, умирая от желания вернуться к нему.

– Я твой.

Я нервно всхлипнула от его слов, от чего он опять замолчал. Я хотела услышать больше, поэтому ждала, что он скажет дальше.

Сейчас его голос окутывал меня как мягкий шелк.

– Я понимаю, чего ты боишься. Знаю, почему ты убежала. Я должен был раньше рассказать тебе о Брюсе, но тогда я не был уверен, как сейчас. Я знаю, все происходит очень быстро, и ты едва развелась, но мы оба знаем, ради того, что есть между нами можно и рискнуть. Больше никаких вопросов и сомнений. Возвращайся ко мне, влюбляйся в моего сына, как ты этого и хотела. Он полюбит тебя в ответ. В этом мире теперь есть двое мужчин, которым ты нужна.

Я опустилась на кровать рядом с открытым чемоданом.

– Я не могу позволить себе влюбиться, и снова быть отвергнутой. Я этого не переживу. А с тобой, Риз, я знаю, это будет невыносимая боль, – призналась я.

– Я твой, – именно эти два слова были всем, чем нужно.

– Хорошо, – прохрипела я.

– Хорошо.

Я повесила трубку, и позвонила в авиакомпанию. Я переоформила свой билет на самый первый пятничный рейс. Я не смогу улететь раньше из-за праздников.

Быстро написала Ризу сообщение, сообщив о рейсе, и о том, что в полдень в пятницу я буду у него. Я больше не могла слышать его голос и не быть с ним рядом. Я сразу же легла спать, видя во сне две пары серых глаз, пленивших мое сердце.

День 4. Вайолет.

В: Правда? Песня обо мне?

В: Я сделала ее вчера.

Он ничего не ответил.

Сердце отбивало чечетку о ребра. Весь перелет домой, я только и думала о его улыбке, смехе, поцелуях, прикосновениях. Я узнала о нем много нового, однако эта информация казалась мне бесполезной, по сравнению с тем... что мы оба чувствовали. Когда мы были вместе, весь мир переставал существовать, и испытываемые мной сейчас чувства – это именно то, что бывает, когда ты влюблен. Я пожалела старую меня, которая так долго жила без этого.

Я пулей вылетела из аэропорта, неся свой чемодан, как пушинку. Я не помню, чтобы желала кого-то так же сильно, как его. За последний год в браке с Алексом, я доказала себе, я и одна прекрасно справляюсь.

Но с Ризом жизнь была куда лучше.

Я сделаю это для себя. Я позволю себе быть счастливой. Я перестану бояться, и дам нам шанс.

Я припарковалась позади его седана, и взмыла вверх по ступенькам, взлохмачивая волосы.

Неожиданно дверь распахнулась, и я увидела его. Моя грудь тяжело вздымалась и опускалась, пока я шла к нему. Риз стоял в дверях, скрестив руки, внимательно наблюдая за мной. На заднем плане я слышала, как играла музыка, а точнее песня, которую он мне отправил, и от этого глаза сверкнули еще большей страстью. Боже, я была без ума от этого мужчины. Его взгляд пробежался по мне сверху вниз, и я тонула в омуте этих серых глаз.

– Вы становитесь очень мягким и романтичным, Сэр, – сказала я, запыхавшись.

– Что ты скажешь на что, чтобы мы сняли проклятье с этих ступеней? – Он спустился на две ступеньки вниз, и я оказалась в его руках, его губы накрывали мои. Мы оба застонали, отчаянно работая языками и руками. А потом я оказалась в воздухе, обхватив его ногами, крепко держась за него, пока он нес меня в дом. Когда музыка стала интенсивней, я уткнулась носом в его шею, вдыхая его аромат. Я сотни раз прослушала эту песню, а сейчас могла прочувствовать каждое слово. Запах мыла и пряностей заполнил мои ноздри, и я простонала, приветствуя их. На втором этаже он поставил меня на ноги, и тут же медленно стянул мою футболку. Я стояла с оголенной грудью, тянулась к нему, а он тем временем медленно расстегивал мои джинсы, ни на секунду не отводя взгляд. Мои губы чуть раскрылись, когда он разул меня, спуская джин






Опора деревянной одностоечной и способы укрепление угловых опор: Опоры ВЛ - конструкции, предназначен­ные для поддерживания проводов на необходимой высоте над землей, водой...

Индивидуальные и групповые автопоилки: для животных. Схемы и конструкции...

Общие условия выбора системы дренажа: Система дренажа выбирается в зависимости от характера защищаемого...

Кормораздатчик мобильный электрифицированный: схема и процесс работы устройства...



© cyberpedia.su 2017 - Не является автором материалов. Исключительное право сохранено за автором текста.
Если вы не хотите, чтобы данный материал был у нас на сайте, перейдите по ссылке: Нарушение авторских прав

0.068 с.