Часть 1. Плохого Ангела не существует — КиберПедия 

Опора деревянной одностоечной и способы укрепление угловых опор: Опоры ВЛ - конструкции, предназначен­ные для поддерживания проводов на необходимой высоте над землей, водой...

Индивидуальные и групповые автопоилки: для животных. Схемы и конструкции...

Часть 1. Плохого Ангела не существует



Глава 1. Последний Совет

— Как ты думаешь, долго они еще будут принимать решение? — спросила Клэри.

Она не имела ни малейшего понятия, как долго они уже ждали, но было ощущение, что как минимум часов десять. В спальне Изабель, окрашенной в черный и ярко-розовый девчачий, хватало места ворохам одежды, грудам книг, нагромождениям оружия, чересчур блестящей косметике, испачканным кистям, открытым коробкам с разнообразным кружевом, куче колготок и боа из перьев, но только не часам. Это было явным подобием эстетического дизайна закулисья La-Cage-aux-Folles, но ввиду того, что последние две недели Клэри провела достаточно времени среди сверкающего хаоса, чтобы подобное окружение уже находить достаточно комфортным. Изабель стояла у окна с Черчем на руках, рассеянно гладя кошку по голове. Черч наблюдал за ней зловещими желтыми глазами. За окном ноябрьская гроза была на самом пике, дождь заштриховывал окна словно прозрачной краской.

— Не очень долго, — ответила она медленно. Она не наносила макияж, и это заставило ее выглядеть моложе, а ее темные глаза больше. — Вероятно, еще минут пять.

Клэри, сидя на кровати Иззи между кипой журналов и гремящей кипой серафимских лезвий, судорожно сглотнула, чтобы убрать горький привкус во рту.

«Я вернусь. Всего пять минут».

Это были последние слова, которые она сказала парню, которого любила больше всего на свете. Сейчас она осознала, что это могло быть последнее, что она сказала ему.

Клэри помнила этот момент весьма отчетливо. Сад на крыше. Кристально ясная октябрьская ночь, на безоблачном черном небе особенно ярко горят звезды белыми льдинками. Камни на мостовой были испещрены черными рунами, почерневшими от сукровицы и крови. Губы Джейса на ее губах были единственным источником тепла в мире, заставляющим ее трепетать. Кольцо Моргенштернов обвивало ее шею. Любовь, которая перемещает солнце и все остальные звезды. Поворачиваясь чтобы взглянуть на него, так как лифт начал увозить ее, засасывая обратно вниз, в тени здания. Она присоединилась к другим в холле, обнимая свою мать, Люка, Саймона, но какая-то ее часть, как это всегда было, все еще была с Джейсом, плывя над городскими крышами, они были только вдвоем в этом холодном и прекрасном ночном городе.

Мариса и Кадир были теми единственными, кто поднялся на лифте, чтобы присоединиться к Джейсу на крыше, осмотреть остатки ритуала Лилит. Это были другие десять минут, прежде чем Мариса вернулась, одна. Когда двери открылись, и Клэри увидела ее лицо — белое и напряженное, и безумное — она все поняла.



Последующие события напоминали сон.

Толпа Охотников за тенями в холле уже тянулись за Марисой, Алек вырвался от Магнуса, и Изабель вскочила на ноги. Белые вспышки света прорезали мрак как мягкие взрывы вспышек фотоаппаратов на месте преступления, один за другим, серафимские лезвия откидывали тени. Протискиваясь вперед, Клэри урывками услышала историю — сад на крыше был пуст; Джейс исчез. Стеклянный гроб, в котором находился Себастьян, был открыт; осколки стекла были разбросаны повсюду. Кровь, все еще свежая, капала на пьедестал, на котором находился гроб. Сумеречные Охотники быстро разработали план: распространиться в радиусе и обыскать район вокруг здания. Магнус был здесь, его пальцы искрились голубым, повернувшись к Клэри, он спросил, есть ли у нее что-либо принадлежащее Джейсу, чтобы они смогли выследить его. Оцепенев, она дала ему кольцо Моргенштерна и отступила за угол, чтобы позвонить Саймону. Она только закрыла свой телефон, когда голос Охотника за тенями послышался громче остальных.

— Выследить? Это сработает лишь в случае, если он еще жив. При таком обилии крови это маловероятно.

В любом случае, это стало последней каплей. Длительное переохлаждение, истощение, и шок сделали свое дело, и она почувствовала, как подогнулись ее колени. Ее мать поймала ее прежде, чем она ударилась о землю. А после размытая тьма поглотила ее.

Она проснулась в постели на следующее утро у Люка, она села, выпрямившись, и ее сердце билось как отбойный молоток. Она была уверенна, что ей приснился кошмар. Когда она выбралась из постели, выделяющиеся синяки на руках и на ногах поведали о другой истории, так как впрочем, и отсутствие ее кольца.

Переодевшись в джинсы и худи, она, шатаясь, вышла в гостиную, чтобы обнаружить Джослин, Люка и Саймона, которые сидели с мрачными выражениями лиц. Она знала, что может не спрашивать, но не сдержалась:



— Они нашли его? Он вернулся?

Джослин встала.

— Милая, он все еще пропавший без вести…

— Но не мертвый? — дико спросила Клэри. — Они нашли тело? — Она свернулась на кушетке рядом с Сайманом. — Нет… он не мертв. Я бы знала.

Она вспомнила Саймона сжимающего ее руку, пока Люк рассказывал ей, что они узнали: что Джейса все еще нет, как и Себастьяна. Плохой новостью было то, что кровь на пьедестале принадлежала Джейсу. Хорошей новостью было то, что ее было меньше, чем они думали, это было смешанно с водой из гроба, чтобы создать впечатление большего объема крови, чем там было на самом деле. Теперь они понимали, что вполне возможно, что он выжил после случившегося.

— Но что произошло? — настаивала она. Люк покачал головой, голубые глаза помрачнели.

— Никто не знает, Клэри. — Она ощутила своими венами, что кровь как будто заменилась ледяной водой.

— Я хочу помочь. Я хочу сделать что-нибудь. Я не хочу просто сидеть здесь, в то время как Джейс пропал.

— Я бы не беспокоилась об этом, — сказала Джослин мрачно. — Конклав хочет видеть тебя.

Когда Клэри встала, ее суставы и сухожилия отозвались хрустом невидимого льда.

— Хорошо. Все равно. Я скажу им все, что они захотят, если они найдут Джейса.

— Ты скажешь им все, что они захотят, поскольку у них есть Смертельный Меч. — В голосе Джослин было отчаяние: — О, детка. Мне так жаль.

И теперь, после двух недель повторного свидетельства, после того как было созвано десятки свидетелей, после того, как она держала Смертный Меч с десяток раз и Клэри сидела в комнате Изабель и ждала, когда Совет примет решение о ее судьбе. Она не могла помочь, но помнила, каковы ощущения, когда держишь Смертельный Меч. Это сродни крошечным рыболовным крючкам, впивающимся в твою кожу, и вытягивающим правду из тебя. Она опустилась на колени, держа его, в круге Говорящих Звезд и она слышала свой собственный голос, рассказывающий Совету все: как Валентин вызвал Ангела Разиэля, и как она забрала силу контроля над Ангелом, стерев его имя на песке и написав свое. Она рассказала им, как Ангел предложил ей одно желание, и она использовала его, чтобы воскресить Джейса из мертвых; она рассказала им, как Лилит овладела Джейсом и, что Лилит планировала, как кровь Саймона воскресит Себастьяна, брата Клэри, к которому Лилит относилась как к сыну. Как Метка Каина Саймона покончила с Лилит, и она думала, что с Себастьяном тоже было покончено, что от него не было больше угроз.

Клэри кивнула и перевернула свой телефон, дабы свериться со временем.

— Они должны были быть в пределах часа, — сказала она. — Это нормально? Это плохой знак?

Изабель бросила Черча, который взвыл. Она подошла к кровати и села рядом с Клэри. Изабель выглядела еще более изможденной, чем обычно — как и Клэри, она похудела за последние две недели, — но была элегантна как всегда, в черных брюках-сигаретах и обтягивающем сером вельветовом топе. Тушь вся размазалась вокруг глаз Иззи, что должно было заставить ее выглядеть подобно еноту, но вместо этого она была схожа с французскими кинозвездами. Она простерла свои руки, и ее электрические браслеты с рунными амулетами музыкально зазвенели.

— Нет, это не плохой знак, — ответила она. — Это значит только то, что им есть много о чем поговорить. — Она покрутила кольцо Лайтвудов на ее пальце. — С тобой все будет хорошо. Ты не нарушила закон. Это самое главное.

Клэри кивнула. Но даже ощущение тепла плеча Изабель на ее не могло растопить лед в ее венах. Она знала, что технически она не нарушала законов, но также она знала, что Конклав сердился на нее. Для Охотников за тенями было незаконно воскрешать из мертвых, но только не для Ангела. Тем не менее, это было такой колоссальной вещью, то, что она попросила вернуть жизнь Джейса обратно, что она и Джейс согласились никому об этом не рассказывать. Теперь все выяснилось и это потрясло Конклав. Клэри знала, что они хотят наказать ее только потому, что ее выбор имел такие пагубные последствия. В каком-то роде она хотела, чтобы они наказали ее. Сломали ее кости, вырвали ей ногти, позволили Молчаливым братьям разрастись и пронзить ее мозг своими режущими мыслями. Что-то вроде сделки… ее собственная боль за безопасное возвращение Джейса.

— Прекрати, — сказала Изабель. На мгновение Клэри не была уверена, с кем говорила Изабель: с ней или с котом. Черч сделал то, что он часто делал, когда его бросали — перевернулся на спину, поднял все четыре лапы в воздух, и прикинулся мертвым, дабы его хозяева почувствовали свою вину. Но потом Изабель откинула ее волосы в сторону, глядя на нее и Клэри поняла, что она та, о ком говорила Изабель, а не о кошке, как она думала.

— Прекратить что?

— Болезненно воспринимать все ужасные события, которые происходят с тобой, или твое желание думать, что ты жива, а Джейс… пропал.

Голос Изабель вздрогнул, как заезженная запись. Она никогда не говорила о Джейсе как о мертвом или даже пропавшем, она и Алек отказывались рассматривать даже вероятность подобного. И Изабель никогда не упрекала Клэри за хранение подобных ужасающих тайн, или за случайное раскрытие их нынешнего местоположения. Несмотря ни на что, на деле Изабель оказалась ее стойкой защитницей. Встречая ее каждый день у входа в Зал Совета, она проводила Клэри, крепко придерживая ее руку, мимо скоплений Сумеречных охотников, свирепо бормочущих что-то ей вслед. Она ждала ее во время бесконечных допросов Совета, метая тяжелые взгляды в любого, кто осмеливался косо посмотреть на Клэри. Клэри была удивлена. Она и Изабель никогда не были особо близки, обе являли собой девушек, которым общение с парнями всегда было комфортнее, чем с другими девушками. Но Изабель не оставила ее сторону. Клэри переполняли как растерянность, так и благодарность.

— Я не могу способствовать этому, — сказала Клэри. — Если бы мне было разрешено патрулировать, если мне было бы разрешено, делать все… я думаю, это не было бы так уж и плохо.

— Я не знаю… — Изабель звучала утомленной. За последние две недели она и Алек были истощены и приобрели серый оттенок лиц из-за шестнадцатичасового патрулирования и поисков. Когда Клэри узнала, что была отстранена от патрулирования и поисков Джейса в любом случае пока Совет не решит что делать с тем фактом, что она воскресила его из мертвых, она пробила дыру в двери своей спальни. — Иногда я чувствую себя такой бесполезной, — добавила Изабель. Ощущение осколков льда пробегало вниз и вверх через кости Клэри.

— Ты имеешь ввиду… ты думаешь, он мертв?

— Нет, не думаю. Я имею в виду, что нет никакой гарантии, что они все еще находятся в Нью-Йорке.

— Но они патрулировали другие города, верно? — Клэри прикоснулась рукой к горлу, забыв, что кольца Моргенштейнов там не было. Магнус все еще пытался выследить Джейса, хотя слежка до сих пор не работала.

— Конечно же, патрулировали. — Изабель странно посмотрела и дотронулась до изящного серебряного колокольчика, который сейчас висел на шее Клэри вместо кольца. — Что это? — Клэри смутилась.

Колокольчик был подарком от Королевы Благих. Нет, это было совершенно неправильно. Королева фейри не дарит подарков. Колокольчик обозначал сигнал Королеве Благих, что Клэри нуждается в ее помощи. Клэри обнаружила, что ее рука притрагивается к нему тем чаще, чем больше проходило дней без признаков обнаружения Джейса. Единственным предлогом отказа от помощи было знание того, что Королева Сили не дает ничего просто так, и цена возврата долга может быть ужасной.

Прежде чем Клэри смогла ответить Изабель, дверь открылась. Обе девушки разом выпрямились, а Клэри настолько сильно сжала одну из ярко-розовых подушек Иззи, что стразы оставили борозды на ее ладонях.

— Привет.

Стройный силуэт вошел в комнату и закрыл дверь. Алек, старший брат Изабель, был одет в одежду для Совета — черная мантия, покрытый серебряными рунами, теперь распахнутую поверх джинсов и черной футболки с длинными рукавами. Все черное делало его бледную кожу еще бледнее, его кристально-голубые глаза еще голубее. Его волосы были черными и прямыми как у его сестры, но короче, обрезаны как раз у линии скул. Его рот сжался в тонкую линию. Сердце Клэри начало колотиться.

Алек не выглядел счастливым. Какими бы новости не были, они не могли быть хорошими. Изабель была тем, кто заговорил:

— Как все прошло? — спросила она тихо. — Каков вердикт?

Алек сел за туалетный столик, развернулся на стуле лицом к Иззи и спиной к Клэри. В другое время это бы смотрелось смешно — Алек был очень высоким, с длинными ногами танцора, и посему сложенные им вокруг стула ноги придавали вид кукольной фурнитуры.

— Клэри, — сказал он. — Джиа Пенхаллоу выносила вердикт. Ты свободна от всех правонарушений. Ты не нарушила Законов и Джиа считает, что ты уже достаточно наказана. — Изабель шумно выдохнула и улыбнулась. На момент чувство облегчения сломало тонкий слой льда над всеми эмоциями Клэри. Ее не собирались наказывать, запирать в Городе Молчания, запихнуть куда-нибудь, где она не смогла бы помочь Джейсу. Люк, присутствующий на Совете как представитель оборотней в момент вынесения приговора, обещал позвонить Джослин, как только собрание окончится, но Клэри все равно потянулась к своему телефону, так как соблазн сообщить матери для разнообразия хорошую новость был слишком велик. — Клэри, — произнес Алек, когда она щелчком открыла телефон. — Подожди.

Она взглянула на него. Несмотря на хорошие новости, его выражение лица было все еще серьезным как у гробовщика. С внезапным ощущением предчувствия Клэри положила телефон на кровать:

— Алек… что такое?

— Совет длился так долго не из-за твоего вердикта, — произнес Алек. — Обсуждался еще один вопрос.

Холод вернулся. Клэри покрылась мурашками.

— Джейс?

— Не совсем. — Алек наклонился, скрещивая руки на спинке стула. — Сообщение пришло ранним утром из Института в Москве. По охране на острове Врангеля вчера был нанесен удар. Они отправили ремонтную бригаду, но иметь такой важный барьер разрушенным столь долго — это первоочередная задача Конклава.

Охрана, которая состояла на службе, как Клэри поняла, была своего рода системой магического барьера вокруг земли, оставленного здесь первым поколением Сумеречных Охотников. Демоны могут обойти их, но не так-то просто, и не впускать подавляющее большинство их, предотвращая мир от наводнения огромного демонического вторжения. Она вспомнила, что Джейс упоминал ей о том, что было, кажется, годы назад: «Были лишь небольшие вторжения демонов, которые легко подавлялись. Но даже за всю мою жизнь все больше и больше их проникает через барьер».

— Что ж, это плохо, — произнесла Клэри. — Но я не понимаю, каким образом это относиться…

— У Конклава свои приоритеты, — перебил Алек. — Поиски Джейса и Себастьяна были первоочередными последние две недели. Но они обыскали все, и нет ни следа никого их них ни в одном притоне Нежити. Ни одно из поисковых заклинаний Магнуса не работает. Элоди, женщина, которая вырастила настоящего Себастьяна Верлака, подтвердила, что никто не пытался с ней связаться. В любом случае, это была рискованная ставка. Никто из шпионов не докладывал о какой-либо необычной активности среди известных членов старого Круга Валентина. А Молчаливые Братья не смогли толком выяснить, что проведенный ритуал Лилит предполагал сделать или удался ли он. Единое мнение что Себастьян — конечно же, они называют его Джонатан, когда говорят о нем — похитил Джейса, но это все что нам известно.

— Итак? — спросила Изабель. — Что это значит? Больше поисков? Больше патрулирования? — Алек покачал головой.

— Они обсуждали не расширение поисков, — сказал он тихо. — Они переустановили приоритеты. Прошло две недели, и они ничего не обнаружили. Специально-уполномоченные группы, присланные из Идриса собираются отправить домой. Сейчас ситуации с охраной уделяется первостепенное внимание. Не говоря уже о том, что Совет находился в центре деликатных переговоров, обновление Законов, дабы улучшить облик Совета, назначение новых Консула и Инквизитора, определение различного лечения Нежити — они не хотят быть полностью отстраненными от дела.

Клэри пристально посмотрела:

— Им не нужно исчезновение Джейса, чтобы сбить их со следа изменяя кучку старых глупых Законов? Они сдаются?

— Они не сдаются…

— Алек, — резко одернула Изабель.

Алек вздохнул и закрыл лицо руками. У него были длинные пальцы, как у Джейса, так же как и у Джейса покрыты шрамами. Отметка Сумеречного Охотника — глаз, украшала тыльную сторону его правой руки.

— Клэри, для тебя — для нас — это всегда будут поиски Джейса. Но для Конклава это поиски Себастьяна. Джейса также, но первостепенно Себастьяна. Он — опасность. Он уничтожил охрану Аликанте. Он массовый убийца. Джейс…

— Всего лишь еще один Сумеречный Охотник, — произнесла Изабель. — Мы умираем и пропадаем без вести постоянно.

— На него перепало чуть больше, будучи героем Смертельной Войны, — сказал Алек. — В итоге, Конклав ясно дал понять: Поиски будут продолжаться, но прямо сейчас мы займем выжидательную позицию. Они ожидают следующего шага Себастьяна. В то же время, для Конклава это второстепенно. Если что, они ожидают, чтобы мы вернулись к нормальной жизни.

Нормальной жизни? Клэри не могла в это поверить. Нормальной жизни без Джейса?

— Это то, что они сказали нам после смерти Макса, — сказала Иззи, в ее темных глазах не было слез, но они пылали гневом. — Что мы быстрее оправимся от нашего горя, если мы вернемся к нормальной жизни.

— Быть может это хороший совет, — ответил Алек из-за своих пальцев.

— Скажи это отцу. Он вернулся из Идриса, чтобы встретиться? — Алек покачал головой, опуская руки.

— Нет. Если это будет в утешение, то на встрече было много людей высказывающихся сердито от имени тех, кто продолжает поиски Джейса в полную силу. Магнус, разумеется, Люк, Консул Пехоллоу, даже брат Захария. Но в конце дня этого не было достаточно.

Клэри взглянула на него спокойно.

— Алек, — сказала она. — Ты что-нибудь чувствуешь?

Глаза Алека расширились, их голубые потемнения и на мгновение Клэри вспомнила мальчика, который ненавидел ее, когда она в первый раз пришла в Институт, мальчика с обкусанными ногтями и рваными свитерами и сердитого, который казался непоколебимым.

— Я знаю что ты расстроена, Клэри, — сказал он резким голосом, — но если ты предполагаешь, что Из и я меньше беспокоимся о Джейсе чем ты…

— Да нет же, — перебила Клэри. — Я говорю о твоей связи с парабатай. Я читала о церемонии в Кодексе. Я знаю, что быть парабатай связывает вас двоих вместе. Ты можешь чувствовать вещи, связанные с Джейсом. Вещи, которые помогают вам, когда вы сражаетесь. Так я считаю, я имею в виду… ты можешь почувствовать, если он все еще жив?

— Клэри. — Изабель звучала взволнованно. — Я думала ты не…

— Он жив, — произнес Алек осторожно. — Вы думаете, я бы был столь спокоен, если бы он был мертв? Это утверждение неправильно. Я не могу почувствовать всего. Но он все еще дышит.

— Может «неправильность» из-за того, что он в плену? — тихо произнесла Клэри. Алек посмотрел в сторону окон, на серую пленку дождя.

— Может быть. Я не могу объяснить это. Я никогда не чувствовал ничего подобного прежде. Но он жив, — затем Алек взглянул прямо на нее. — Я в этом уверен.

— Тогда к черту Совет. Мы сами найдем его, — сказала Клэри.

— Клэри… если бы это было возможно… ты не думаешь что мы бы уже… — начал Алек.

— Мы делали то, что Конклав приказал делать раньше, — сказала Изабель. — Патрули, поиски. Есть другие способы.

— Способы, которые нарушают закон, ты имеешь в виду, — сказал Алек. Он звучал нерешительно, Клэри надеялась, что он не собирается произносить лозунг Сумеречных Охотников, когда речь заходила о Законе: «Sed lex, dura lex» — Закон есть закон. — Закон суров, но это Закон. — Она не думала, что сможет принять его.

— Королева Благих предложила мне услугу, — сказала Клэри. — На фейерверке в Идрисе. Память о той ночи, о том, как она была счастлива, заставила ее сердце сжаться на мгновение, и она прервалась, дабы восстановить дыхание. — И способ связаться с ней.

— Королева Волшебного народца никогда не дает ничего бесплатно.

— Я знаю это. Я взвалю этот долг на свои плечи, независимо от того что это. — Клэри вспомнила слова фейри, которая передала ей колокольчик.

— Ты бы сделала все, чтобы спасти его, независимо от того, чего тебе это будет стоить, независимо от того что ты можешь задолжать Аду или Небесам, не правда ли?

— Я просто хочу, чтобы один из вас пошел со мной. Я не слишком сильна в языке фейри. К тому же, если вы пойдете со мной, то сможете контролировать любой урон. Но если есть вероятность, что она сможет помочь…

— Я пойду с тобой, — тотчас же сказала Изабель. Алек мрачно посмотрел на свою сестру.

— Мы уже говорили с Волшебным Народом. Совет допросил их в значительной мере. Они не могут солгать.

— Совет спрашивал их о том, знают ли они, где находятся Себастьян с Джейсом, — сказала Клэри. — А не о том, готовы ли они помочь в их поисках. Королева Благих знала о моем отце, знала об ангеле, о его вызове и его поимке, знала правду о моей крови и крови Джейса. Я думаю, что в мире происходит не так много событий, о которых она не знает.

— Это правда, — произнесла Изабель с легким оживлением в голосе. — Ты знаешь, что нужно задавать фейри точные подробные вопросы, чтобы получить полезную информацию от них, Алек. Их очень тяжело спрашивать, даже если они обязаны говорить мне правду. Хотя, польза может быть различной.

— И из-за этого потенциал опасности не ограничен, — сказал Алек. — Если бы Джейс узнал, что я позволил Клэри пойти к Королеве Сили, он бы…

— Мне плевать, — перебила Клэри. — Он бы сделал это ради меня. Скажи мне, что не сделал бы. Если бы я пропала…

— Он бы сжег весь мир дотла, пока он не смог бы выкопать тебя из пепла. Я знаю, — устало ответил Алек. — Проклятье, ты думаешь, я не хочу сжечь мир дотла прямо сейчас? Просто я пытаюсь быть…

— Старшим братом, — сказала Изабель. — Я понимаю. — Алек взглянул так, как будто ему было трудно совладать с собой.

— Если с тобой что-то случится, Изабель… после Макса, и Джейса… — Иззи встала на ноги, пересекла комнату и обняла Алека.

Их темные волосы, одного цвета, смешались вместе, когда Изабель прошептала что-то на ухо брату, Клэри наблюдала за ними с немалой завистью. Она всегда хотела иметь брата. И сейчас он у нее был. Себастьян. Это было сродни тому, когда хочешь себе щенка, а вместо него у тебя — Цербер. Она заметила, как Алек ласково дернул сестру за волосы, кивнул и отпустил ее.

— Мы должны идти вместе, — сказал он. — Но мне придется рассказать Магнусу, в конце концов, чем мы занимаемся. Это было бы не справедливо.

— Ты хочешь воспользоваться моим телефоном? — спросила Изабель, предлагая ему побитую розовую вещь. Алек покачал головой.

— Он ждет наверху с остальными. Ты тоже обязана дать своего рода оправдание Люку, Клэри. Я уверен, он ожидает, что ты поедешь с ним домой. И он сказал, что твоя мама очень болезненно относится ко всему этому.

— Она винит себя за существование Себастьяна. — Клэри поднялась на ноги. — Хоть она и думала все эти годы, что он мертв.

— Это не ее вина. — Изабель сняла свой золотой хлыст с крепления на стене и обернула его вокруг своего запястья так, что он походил на каскад блестящих браслетов. — Никто не винит ее.

— Это никогда не важно, — сказал Алек. — Особенно в случае, когда винишь себя.

В тишине, все трое проделали свой путь через коридоры Института, к удивлению заполненные другими Сумеречными Охотниками, часть из которых входили в специальные комиссии, присланные из Идриса, чтобы справиться с ситуацией. Никто из них по-настоящему не взглянул на Изабель, Алека или Клэри.

Вначале Клэри чувствовала все пристальные взгляды — и слышала, как шептали слова: «Дочь Валентина» так много раз — что она начала бояться посещать Институт, но она появлялась перед Советом уже достаточно раз, чтобы это новшество стерлось. Они спустились на лифте вниз, неф Института был ярко освещен колдовским огнем, который горел так же хорошо, как и обычные свечи, и был заполнен членами Совета и их семьями.

Люк и Магнус сидели на скамье, разговаривая друг с другом; рядом с Люком была высокая, синеглазая женщина, очень схожая с Люком. Она завила свои волосы и покрасила их в серо-коричневый, но Клэри все еще узнавала ее — Аматис, сестра Люка.

Магнус встал при виде Алека и подошел поговорить к нему; Изабель узнала кого-то еще, сидящего на скамьях вдоль коридора, и устремилась прочь в ее обычной манере, без остановки для того, чтобы сказать, куда она направляется.

Клэри подошла поздороваться с Люком и Аматис; они оба выглядели уставшими, и Аматис сочувственно похлопывала Люка по плечу. Люк поднялся на ноги и обнял Клэри, когда увидел ее. Аматис поздравила Клэри с тем, что та осталась чистой перед Советом, и Клэри кивнула; она ощущала все лишь наполовину, большая часть онемела, а остатки ее отвечали уже на автопилоте.

Уголком глаза она могла видеть Магнуса и Алека. Они говорили, Алек склонился ближе к Магнусу, тем самым напомнив пару, когда партнеры изгибаются навстречу друг другу при разговоре, находясь в их собственной содержательной вселенной. Она была рада видеть их счастливыми, но в то же время это ее ранило. Она гадала, будет ли у нее еще такое, и хочет ли она этого вообще. Она вспомнила голос Джейса: «Я даже не хочу хотеть кого-то, кроме тебя».

— Земля вызывает Клэри, — сказал Люк. — Ты хочешь отправиться домой? Твоя мама умирает, так хочет тебя видеть, и она хотела бы перехватить Аматис до ее завтрашнего возвращения в Идрис. Я подумал, мы могли бы поужинать. Ты выбираешь ресторан. — Он пытался скрыть волнение в голосе, но Клэри могла слышать его. Она много не ела в последнее время, и ее одежда начала висеть на ней более свободно.

— Я не ощущаю повода для праздника, — сказала она. — Не сейчас, когда Совет не уделяет достаточно внимания для поисков Джейса.

— Клэри, это вовсе не значит, что они планируют прекратить, — сказал Люк.

— Я знаю. Просто это — это как если они говорят спасательная операция и эта операция сейчас превратилась в поиск трупов. Вот на что это похоже. — Она сглотнула. — В любом случае, я планирую поехать в Таки ужинать с Алеком и Изабель, — сказала она. — Просто… сделать что-нибудь обычное.

Аматис покосилась на дверь.

— Идет довольно таки сильный дождь.

Клэри почувствовала, как ее губы растянулись в улыбке. Она гадала, выглядела ли улыбка настолько же фальшивой, насколько она это ощущала.

— Я не растаю.

Люк вложил немного денег в ее руку, с явным облегчением услышавший о том, что она собиралась сделать столь обычную вещь, как погулять с друзьями.

— Просто пообещай съесть что-нибудь.

— Хорошо.

Сквозь уколы вины ей удалось послать реальную полуулыбку в его направлении перед тем, как она отвернулась. Магнус и Алек больше не находились там, где они были мгновение назад. Обернувшись, Клэри увидела знакомые длинные черные волосы Иззи в толпе. Она стояла возле больших двойных дверей Института, разговаривая с кем-то, кого Клэри не могла разглядеть. Клэри направилась к Изабель; когда она приблизилась, то с легким изумлением узнала однокурсницу Алину Пенхаллоу. Ее блестящие черные волосы были стильно подстрижены чуть выше плеч.

Рядом с Алиной стояла стройная девушка с бледными волосами цвета белого золота, завитыми в локоны; они были зачесаны назад от ее лица, показывая, что кончики ее ушей слегка заострены. Она была одета в мантию Совета, и когда Клэри подошла, она увидела, что у девушки сверкающие глаза необычного сине-зеленого цвета, того цвета, которого пальцы Клэри так стремились добиться для ее карандашей Призмаколор первые две недели.

— Должно показаться странным, что твоя мама стала новым Консулом, — сказала Изабель Алине, когда Клэри присоединилась к ним. — Не то, чтобы Цзя намного лучше, чем… Привет, Клэри. Алина ты помнишь Клэри. — Обе девушки обменялись кивками. Клэри когда-то застала Алину, целующую Джейса. Это было ужасно в то время, но сейчас память уже не причиняла боль. Сейчас она бы с огромным облегчением хотела застать его целующимся с кем-то еще. По крайней мере, это бы означало, что он жив. — А это Хелен Блэкторн, девушка Алины.

Изабель говорила с ударением. Клэри стрельнула в нее взглядом. Изабель думала, что она — идиотка? Кроме того, она вспомнила, как Алина говорила ей, что она поцеловала Джейса лишь в качестве эксперимента, чтобы убедиться, что любой парень — это ее тип. Очевидно, что ответ был отрицательным.

— Семья Хелен возглавляет Лос-Анджелесский Институт. Хелен, это Клэри Фрай.

— Дочь Валентина, — сказала Хелен. Она выглядела удивленной и немного пораженной. Клэри вздрогнула.

— Я стараюсь не думать об этом много.

— Извини. Я вижу, что так и есть. — Хелен покраснела. — Я голосовала на Совете, чтобы отдать предпочтение поиску Джейса, кстати. Жаль, что нам было отказано.

— Спасибо. — Не желая больше говорить об этом, Клэри повернулась к Алине. — Поздравляю, твою маму сделали Консулом. Это должно быть довольно волнующе.

Алина пожала плечами:

— Теперь она очень занята. — Она повернулась к Изабель. — Ты знала, что твой отец выдвигал свое имя на пост Инквизитора?

Клэри почувствовала, как Изабель замерла рядом с ней.

— Нет. Я не знала этого.

— Я была удивлена, — добавила Алина. — Я думала, что он очень предан идее руководить Институтом тут… — она прервалась, глядя мимо Клэри. — Хелен, мне кажется, что твой брат пытается сделать там самую большую в мире лужу расплавленного воска. Ты наверняка хочешь остановить его.

Хелен раздраженно выдохнула, пробормотала что-то на тему 12-летних мальчишек, и скрылась в толпе, в то время как Алек протиснулся к ним. Он поприветствовал Алину объятием — Клэри забывала временами, что Пенхаллоу и Лайтвуды знают друг друга много лет — и глянул на Хелен в толпе.

— Это твоя девушка? — Алина кивнула.

— Хелен Блэкторн.

— Я слышал, что в этой семье есть какая-то доля крови фейри, — сказал Алек.

Ага, подумала Клэри. Это объясняло заостренные уши. Кровь Нефилима является доминантной, и дитя Сумеречного Охотника и фейри также становится Сумеречным Охотником, но иногда кровь фейри может проявить себя самым странным образом, спустя даже поколения в роде.

— Немного, — ответила Алина. — Послушай, я хотела поблагодарить тебя.

Алек выглядел действительно изумленным:

— За что?

— За твои действия в Зале Соглашений, — сказала Алина. — Поцеловать Магнуса подобным образом. Это подтолкнуло меня к тому, что нужно сказать моим родителям… признаться им. И я бы этого не сделала, я не думаю, что мне хватило бы смелости сказать, что либо по этому поводу, если бы я не встретила Хелен.

— Оу. — Алек выглядел испуганным, как будто они никогда не рассматривал последствия влияния его поступков на кого-то не из его семьи. — А твои родители? Они положительно отнеслись к этому?

Алина закатила глаза.

— Они вроде как игнорируют данный факт, словно им кажется, что это пройдет, если они не будут об этом говорить. — Клэри вспомнила о том, как Изабель рассказывала об отношении Конклава к гомосексуалистам в семье. Если это случается, ты не говоришь об этом. — Но могло бы быть и хуже.

— Поверь, бывает и хуже, — сказал Алек, и была столь мрачная резкость в его голосе, что Клэри резко взглянула на него. Лицо Алины растаяло в сострадании.

— Мне очень жаль, — сказала она. — Если твои родители не…

— Они смирились с этим, — произнесла Изабель, немного слишком резко.

— Что ж, в любом случае. Мне больше нечего сказать прямо сейчас. В связи с исчезновением Джейса. Вы все, должно быть, очень беспокоитесь. — Она глубоко вздохнула. — Я знаю, люди наверняка наговорили тебе разного рода глупостей о нем. Так поступают в случае, когда на самом деле они не знаю, что сказать. Я просто… я хочу сказать тебе кое-что. — Она с нетерпением увернулась от прохожего и придвинулась ближе к Лайтвудам и Клэри, понижая голос. — Алек, Иззи, я помню, как однажды вы, ребята, приезжали к нам, в Идрис. Мне было тринадцать, а Джейсу было… я думаю, ему было двенадцать. Он хотел увидеть Броселиднский Лес, поэтому мы взяли несколько лошадей и как-то отправились туда. Конечно же, мы заблудились. Броселинд непроходим. Стемнело, и лес начал казаться гуще, я жутко испугалась. Я думала, что мы погибнем там. Но Джейс никогда не боялся. У него ничего не было, но он был уверен, что мы выберемся. Это заняло время, но он сделал это. Он вывел нас оттуда. Я была так благодарна, но он лишь посмотрел на меня, как на сумасшедшую. Словно, конечно, он мог вывести нас. По-другому и быть не могло. Я просто говорю это… он найдет обратный путь к тебе. Я знаю это.

Клэри не думала, что она когда-либо видела слезы Иззи, та и сейчас старалась не заплакать. Ее глаза были подозрительно широко раскрыты и блестели. Алек рассматривал свою обувь. Клэри ощутила, как в ней начали бить ключом страдания, но она их остановила. Она не могла думать о Джейсе, когда ему было двенадцать лет. Она не могла думать о том, как он терялся во тьме, или о том, где он сейчас: потерян где-то, заперт где-то, нуждается в ее помощи, ожидает ее прихода. И тут она сломалась.

— Алина, — произнесла она, видя, что ни Изабель, ни Алек не могли говорить. — Спасибо. — Алина вспыхнула застенчивой улыбкой. — Я серьезно.

— Алина! — это была Хелен, ее рука крепко сжимала запястье маленького мальчика, чьи руки были покрыты синим воском. Должно быть, он играл со свечками в огромных канделябрах, которые украшали неф по бокам. Он выглядел на двенадцать лет со своей озорной улыбкой и столь же шокирующими сине-зелеными глазами, ка у его сестры, только волосы у него были темно-коричневые. — Мы вернулись. Вероятно, нам стоит уйти прежде, чем Джулс разрушит все здание. Не говоря уже о том, что я понятия не имею, куда делись Тибс и Ливи.

— Они ели воск, — мальчик, Джулс, услужливо снабдил ее информацией.

— О боже, — застонала Хелен, а после извиняюще посмотрела на них. — Не обращайте на меня внимания. У меня шесть младших братьев и сестер и один старший. Это всегда похоже на зоопарк.

Джулс перевел взгляд с Алека на Изабель, затем посмотрел на Клэри.

— Как много у тебя братьев и сестер? — спросил он.

Хелен побледнела. Изабель ответила удивительно ровным голосом:

— Нас трое.

Глаза Джулса уставились на Клэри.

— Вы не похожи.

— Я не состою в родстве с ними, — ответила Клэри. — У меня нет никаких братьев и сестер.

— Нет? — сомнение сквозило в тоне мальчика, как если бы она ему сказала, что у нее перепонки на ногах. — Поэтому ты выглядишь такой грустной?

Клэри подумала о Себастьяне с его белыми, как лед, волосами и черными глазами. Если только, подумала она. Если бы у меня не было брата, ничего бы из этого не случилось. Небольшой сгусток отвращения прошел сквозь нее, согревая ее ледяную кровь

— Да, — произнесла она тихо. — Поэтому я грущу…

Глава 2. Шипы

Саймон ждал Клэри, Алека и Изабель, вне Института, стоя под каменным навесом, который с трудом защищал его от жуткого ливня. Он повернулся, как только они вышли через двери, и Клэри заметила, что его темные волосы приклеились ко лбу и шее. Он откинул их назад и вопросительно посмотрел на нее.

— Я невиновна, — произнесла она, а когда он начал улыбаться, она покачала головой. — Но они изменили приоритеты насчет поисков Джейса. Я… Я уверена, они считают, что он мертв.

Саймон опустил взгляд на его мокрые джинсы и футболку (помятый рингер серого цвета, надпись печатными буквами на котором гласила: «ОЧЕВИДНО, Я ПРИН






Поперечные профили набережных и береговой полосы: На городских территориях берегоукрепление проектируют с учетом технических и экономических требований, но особое значение придают эстетическим...

Опора деревянной одностоечной и способы укрепление угловых опор: Опоры ВЛ - конструкции, предназначен­ные для поддерживания проводов на необходимой высоте над землей, водой...

Папиллярные узоры пальцев рук - маркер спортивных способностей: дерматоглифические признаки формируются на 3-5 месяце беременности, не изменяются в течение жизни...

Индивидуальные и групповые автопоилки: для животных. Схемы и конструкции...





© cyberpedia.su 2017 - Не является автором материалов. Исключительное право сохранено за автором текста.
Если вы не хотите, чтобы данный материал был у нас на сайте, перейдите по ссылке: Нарушение авторских прав

0.037 с.