Парадокс «научно обоснованных» норм — КиберПедия 

Кормораздатчик мобильный электрифицированный: схема и процесс работы устройства...

Папиллярные узоры пальцев рук - маркер спортивных способностей: дерматоглифические признаки формируются на 3-5 месяце беременности, не изменяются в течение жизни...

Парадокс «научно обоснованных» норм



Исповедуемое ими механическое, простое до прими­тивности уподобление человека некоей тепловой машине, действующей за счет сжигания в его теле топлива-пищи, овладело умами большинства людей. Здесь проявилась известная особенность нашей психики: чем меньше чело­век знает о чем-либо, тем легче он поддается гипнозу простых объяснений. Причем эта особенность характерна для самых разных людей: от домохозяйки до главы правительства и государства. Иначе чем объяснить, что все наши политические и государственные деятели, как только речь заходит об обеспеченности или, напротив, необеспеченности населения страны продуктами питания, обязательно ссылаются на некие «научно обоснованные» нормы, не подозревая о том, что таковых в природе не существует. А то, что они принимают за такие нормы— это всего лишь среднестатистические данные о привыч­ном рационе питания населения Германии в середине прошлого века, принятые тогда по предложению немец­ких ученых за норму. Каких-либо серьезных научных исследований по этому вопросу не проводилось, так как науки о питании в то время просто-напросто не сущест­вовало.

Да и сегодня до ее создания достаточно далеко, не­смотря на выдающиеся работы таких всемирно извест­ных ученых, как И. П. Павлов, В. И. Вернадский, Г. Шелтон, А. Сент-Дьердьи, И. Пригожий, А. М. Уго-лев. Так что миф о «научно обоснованных» и тем паче «физиологических» нормах—это не более чем широко распространенное заблуждение, поддерживаемое усили­ями сторонников теории сбалансированного питания. Впрочем, теорией ее можно назвать только с большой натяжкой, поскольку она никак не объясняет и даже не пытается объяснить многочисленные факты, не оставля­ющие камня на камне от ее исходных постулатов. Глав­ный из таких постулатов я уже назвала: утверждение, что единственным источником энергии и вещества, необходи­мых человеческому организму, является пища.

Поэтому, учат они, жизненно необходим баланс меж­ду количеством и качеством белков, жиров, углеводов, минеральных элементов и витаминов, расходуемых организмом в процессе его жизнедеятельности, и количе­ством и качеством продуктов питания, составляющих среднесуточный рацион, величина которого зависит от тяжести физических нагрузок человека.

В качестве главного аргумента в пользу такого пред­положения используются ссылки на незыблемый физиче­ский закон сохранения энергии, который предписывает возмещать расход энергии и вещества в процессе жизне­деятельности нашего физического тела за счет введения в организм такого же количества энергии и вещества («содержащегося в пище»—добавляют при этом сторон­ники сбалансированного питания). Я предлагаю вам, чи­татели, задуматься над вопросом, оказавшимся для них роковым: а если энергия и вещество поступают в ор­ганизм не только с пищей, но и по другим каналам? Очевидно, в этом случае мы должны будем пересмотреть прежние представления о количестве и качестве необ­ходимых нам продуктов питания.



Факты—хлеб науки (мои эксперименты)

В свое время задумалась над этим вопросом и я, в результате чего родилась новая, основанная на не­опровержимых научных фактах, концепция целебного пи­тания, изложению которой и посвящена эта книга. Но прежде чем сесть за письменный стол, чтобы начать работу над ней, я провела целую серию собственных врачебных экспериментов, показавших, как мало стоят представления теоретиков сбалансированного питания. Результаты экспериментов документально зафиксирова­ны специалистами НИИ физической культуры в бес­страстных строках официальных протоколов.

Одним из первых экспериментов, на теоретическую и практическую подготовку которого у меня ушло не менее 10 лет, был эксперимент со сверхмарафонцами.

Однако сначала я расскажу о моих первых попытках практически реализовать концепцию целебного питания, показавших, как много трудностей стоит на пути тех, кто стремится к здоровому образу жизни. Выделяясь, словно белые вороны, из массы людей, они подвергаются насмеш­кам, издевательствам, а то и угрозам физической расправы со стороны конформистов, для которых болото баналь­ных представлений стало естественной и единственно воз­можной средой обитания. Причем чем ниже уровень обра­зования человека, тем злее и непримиримее его конфор­мизм. Я не могу не вспоминать с благодарностью и восхищением тех, кто первыми отважились встать на указанный мною путь естественного здоровья. Как не сказать, например, о лесорубе, который, дождавшись, когда вся бригада уедет с делянки на автобусе, бежал обнаженным в зимнюю стужу 13 км до поселка. Но и он не рискнул бросить вызов общественному мнению, наде­вая на окраине поселка свою обычную одежду. «Стесня­лись» собственной смелости и женщины-маляры, занятые на наружных работах, и литейщики, которым моя Сис­тема помогла избавиться от бесконечных простудных заболеваний.



Моя самая искренняя признательность молодым инже­нерам М. Куклачеву и К. Яценко, которые были не про­стыми исполнителями моих назначений и рекомендаций, а активными участниками проводимых мною исследова­ний и экспериментов. Они стали одними из первых моих последователей, перейдя на естественный образ жизни и целебное питание, с присущим молодости энтузиазмом включились в посвященные Дню космонавтики ежегодные многодневные пробеги из Гагарина, через Калугу и Моск­ву, в Звездный. В организации этих пробегов я принимала непосредственное участие, поскольку в прежние годы ра­ботала в Институте космических исследований, где воз­главляла сектор отбора и подготовки космонавтов.

По моей просьбе Миша Куклачев снова перешел на сбалансированное питание, но с учетом естественного объема желудка. Некоторое время его пищей были самые изысканные высококалорийные продукты питания. После этого он вместе с Костей Яценко вновь принял участие в очередном традиционном пробеге из Гагарина в Звезд­ный. И если Костя, продолжавший питаться естественной целебной пищей, не потерял на дистанции ни грамма веса, то Миша за несколько дней похудел на 8 кг. Честное слово, если бы не такие люди, как они, если бы я не ощущала их ежедневной заинтересованной поддержки и понимания, мой путь к новой концепции питания и естественного оздоровления был бы намного длиннее и труднее.

Как видите, первому моему официально зарегистри­рованному и принятому комиссией, составленной из спе­циалистов НИИ физической культуры и спортсменов-профессионалов, эксперименту со сверхмарафонцами предшествовала долгая и непростая подготовка. В чем же состояли его сущность и цели?

Было решено включить в состав участников очеред­ного ежегодного массового пробега 1983 г., посвященного Дню космонавтики, группу спортсменов, которые перешли на питание растительной пищей, сохраняющей естественные биологические свойства исходных про­дуктов.

Их стол отличался обилием свежеприготовленных са­латов, кашами из цельных круп, отварами целебных трав с медом. Поскольку спортсмены жили все вместе, члены комиссии имели полную возможность убедиться, что ни­кто ничего украдкой не ел.

Контрольной группой был фактически весь основной состав сверхмарафонцев—участников забега. Однако для протокола из их числа отобрали четырех спортсменов, которые по уровню подготовки и физическим возможно­стям примерно соответствовали членам моей экспери­ментальной группы.

Рацион питания спортсменов контрольной группы был составлен по нормам, разработанным Институтом питания, и включал в себя высококалорийную пищу, богатую белками, жирами и углеводами. В него входили 180 г пищевого белка, около 200 г жира и 900 г угле­водов, что соответствовало 6000 ккал. Состав продуктов также полностью соответствовал «научным» представ­лениям: мясо во всех видах, рыба, вермишель, макароны, хлеб, наваристый суп, крепкий чай, кофе, какао, шоколад, консервы, «Геркулес», избыток поваренной соли и сла­достей.

Во всем остальном никаких различий между спорт­сменами не было. Им предстояло преодолеть за семь дней около 500 км. При этом выпадающие на их долю нагруз­ки можно было сопоставить разве что с нагрузками молотобойцев или шахтеров. В соответствии с табли­цами, разработанными Институтом питания в Москве, они должны были потреблять от 5000 до 6000 ккал в сут­ки. «Мои» же спортсмены в период подготовки к пробегу получали не более 800 ккал, а в дни тяжелых нагрузок— до 1200 ккал.

Накануне старта члены комиссии не скрывали своей убежденности в провале эксперимента. Меня уверяли, что члены моей группы сойдут с дистанции на первых же километрах, если я не накормлю их мясом, колбасами, сыром, творогом, не напою крепким чаем с сахаром, если не буду подкреплять их силы во время пробега солеными сухариками и геркулесовым отваром с солью. Пугали тем, что при недостатке соли в организме неизбежны судороги мышц. Однако уже на второй день пробега лица контролеров стали задумчивыми, на третий—вновь повеселели, но уже потому, что экспе­римент шел по предсказанному мною сценарию. Члены контрольной группы приходили к финишу очередного этапа обессиленными, измотанными, а участники экспе­риментальной группы — бодрыми и свежими. Объектив­ные результаты обследований свидетельствовали о том, что мои питомцы, не в пример соперникам, оказались более выносливыми и не только не теряли, но и прибав­ляли в весе.

Результаты эксперимента ошеломили Спорткомитет, и мне дали право отобрать для его продолжения лучших спортсменов страны. Я получила возможность познако­миться с нашей спортивной элитой, изучить образ жизни этих людей. С тех пор я глубоко уважаю этих мужествен­ных, целеустремленных девушек и юношей, посвятивших свою жизнь постоянному преодолению себя, достижению все более и более высоких результатов, находящихся, казалось бы, на грани человеческих возможностей. Но тогда же я убедилась, что главная ставка при этом дела­ется на развитие природных данных спортсмена, а не его духовного и физического здоровья. Другими словами, делается все, чтобы выжать из него наивысший резуль­тат, не особенно беспокоясь, как это отразится на его здоровье, спортивном и человеческом долголетии. Тогда же мне стало понятно, почему многие спортсмены боле­ют чаще и тяжелее, чем обычные люди.

Там мне удалось заинтересовать Системой Естествен­ного Оздоровления двух замечательных спортсменок— мастера спорта международного класса по марафону Р. Смехнову и мастера спорта по бегу А. Харитонову. Уже в следующем пробеге в честь Дня космонавтики, состоявшемся в 1984 г., Аня Харитонова, которая стала убежденной сторонницей Системы Естественного Оздо­ровления и целебного питания, преодолела дистанцию протяженностью 450 км за неполные пять дней. При этом она, единственная женщина, бежавшая в группе из 40 мужчин, заняла шестое место. Сегодня Аня мать 4-х детей, но по-прежнему участвует в соревнованиях по бегу на длинные дистанции, занимая призовые места. Что ни говори—заслуженное спортивное долголетие!

Р. Смехнова, как и А. Харитонова, решительно от­казалась от обильных рационов питания, положенных спортсменам высокого класса, и перешла на потребление малобелковой и низкокалорийной растительной пищи, сохранившей свои природные биоэнергетические особен­ности. Уже после трех месяцев тренировки по моей Системе она первой среди советских спортсменок-марафонок встала на пьедестал почета международных соревнова­ний, проходивших в 1983 г. в Хельсинки. И это в 32 года! Сегодня возраст Раи приближается уже к пятидесяти, но она постоянно участвует в соревнованиях по марафону, демонстрируя высокие результаты.

Пример двух моих любимых учениц красноречиво подтверждает: Система Естественного Оздоровления, включающая в себя и целебное питание, позволяет чело­веку продлить свое активное долголетие, сохраняя отмен­ное здоровье.

В связи со сказанным мне вспоминается история одной из участниц экспериментального пробега 1983 г. Э. Мариничевой. Перед началом одного из занятий в группе здоровья, которую я веду, ко мне обратилась изящная, стройная женщина с умным, волевым лицом и попросила зачислить ее в мою группу без медицинской справки. Оказалось, что лечащий врач не счел воз­можным выдать ей такую справку по данным кар­диограммы.

Мне понравилась настойчивость Эльвиры, ее искрен­нее желание восстановить свое здоровье. После тщатель­ного врачебного осмотра я нашла, что ей по плечу на­грузки значительно большие, чем те, которые я даю в группе здоровья, и начала готовить ее к участию в су­пермарафоне. Прикрепила к Эльвире и нескольким при­соединившимся к ней женщинам инструктора. Они встре­чались ежедневно рано утром, до начала работы пробе­гали 10—15 км в состоянии динамической аутогенной тренировки, всю осень и зиму купались в открытом водо­еме, занимались гимнастическими упражнениями и дыха­нием по Системе Естественного Оздоровления.

Настойчивость и целеустремленность Эльвиры помог­ли ей справиться с недугом, и тот же самый врач, который в свое время не разрешил ей заниматься в обыч­ной группе здоровья, вынужден был выдать справку по форме № 227, дающую Эльвире право участвовать в супермарафоне. Этот пример я привела лишь для того, чтобы показать, как много значат в восстановле­нии здоровья душевные качества человека, его воля, ра­зум и, безусловно, знания о реальных возможностях че­ловека.

Обследования, проведенные в ходе эксперимента пси­хологами, позволили установить и еще одну законо­мерность: те из участников пробега, которые жили по Системе Естественного Оздоровления, отличались устойчивостью эмоционально-психической реакции в от­ношениях с окружающими, большей доброжелательно­стью, спокойствием, готовностью помочь.

Закончив эксперименты со сверхмарафонцами, я ре­шила провести новые, уже с альпинистами и горными туристами. В предисловии я упоминала о первом из них, поэтому здесь ограничусь несколькими деталями, кото­рые, я надеюсь, еще раз напомнят вам о роли вашего сознания и воли при переходе на предписанный нам природой образ жизни.

Среди трех альпинистов—участников эксперимента особенно выделялся один. Выделялся своим классиче­ским телосложением, за которое даже мужчины называли его Аполлоном, своей строгостью в питании: еще до начала нашего опыта он был убежденным вегетарианцем. В юности у него был единственный близкий друг, кото­рый умер от рака.

Проводя у постели умирающего долгие часы, чтобы не оставлять его в одиночестве перед лицом приближа­ющейся смерти, молодой человек, о котором идет речь, поклялся себе, что в память о безвременно уходящем товарище он не станет поддерживать свою жизнь за счет умерщвления других живых существ. И никогда не нару­шал свою клятву.

Продолжением эксперимента с альпинистами стала экспедиция горных туристов в альпинистском лагере Ала-Арча, в которой участвовали двое мужчин и две женщины. Одной из них была автор этих строк. Мы поднимались до восхода солнца и без завтрака уходили в горы. Проходили около 15 км (по шагомеру, который мы брали с собой) и к пяти часам вечера возвращались в лагерь. Здесь врач и начальник лагеря взвешивали и обследовали нас, после чего мы шли обедать.

В наш рацион входили горячие похлебки, свежеприго­товленные каши из пророщенной пшеницы, отвары дико­растущих трав с арчой и барбарисом. После обеда, спо­койно беседуя, мы проходили еще 10 км, но теперь уже не вверх, а вниз по склонам гор, после чего возвращались. Таким образом, за день мы преодолевали около 25 км. Спали на открытом воздухе, ели один раз в день, пили-— два раза. Ни один из нас не похудел, ничем не заболел. Напротив, разъезжались поздоровевшими, полными сил.

И наконец, чтобы завершить разговор об эксперимен­тах с альпинистами и горными туристами, напомню о нашем переходе по горным тропам из Нальчика в Пицунду,; продолжавшемся 23 дня. В это время наш суточный рацион состоял из 50 г гречневой крупы и 100 г сухофрук­тов при тяжелейших физических нагрузках. Достаточно сказать, что за дни путешествия мы преодолели четыре горных перевала. В Пицунду вошли бодрыми, жизнера­достными, тогда как наши случайные попутчики-турис­ты, питавшиеся в соответствии с рекомендациями теории сбалансированного питания, едва передвигали ноги от усталости.

Еще более впечатляющими были результаты четырех организованных мною пеших переходов через среднеази­атские пустыни. И я, и мои спутники получали с пищей не более 600 ккал в сутки, проходя при этом до 30—35 км в день по сыпучим пескам в условиях резко континен­тального климата пустыни.

Особенно поучительным был уже упоминавшийся мной первый, состоявшийся в июле-августе 1987 г., во время которого я по просьбе Географического общества СССР проверила также возможности снизить общепри­нятую норму потребления воды при летних походах в пустыне. До этого считалось, что в жаркие летние месяцы во время пеших экспедиций в раскаленные пески человеку необходимо потреблять не менее 10 л воды, чтобы обеспечить достаточную терморегуляцию тела.

Бытовало мнение, что пот, увлажняя поверхность кожи и затем испаряясь, охлаждает ее. Но я врач и знаю, что, попадая в организм, вода не просто «напрямую» выделяется через поры, а проходит ряд серьезных преоб­разований, требующих от организма немалых затрат энергии. Поэтому избыточное потребление жидкости ослабляет и перегревает его. Кстати, явление это извест­но еще с глубокой древности. Не случайно Юлий Це­зарь, прежде чем отобрать из числа кандидатов пополне­ние для своих легионов, устраивал негласное испытание. Новобранцы должны были совершить длительный пеший поход, не получая при этом ни капли воды, после которо­го им предоставляли возможность вволю напиться. Тех, кто пил много и жадно, что называется «взахлеб», от­браковывали.

К эксперименту готовились 15 человек, однако по раз­личным причинам смогли принять в нем участие лишь 11. В группу входили исследователи, которым необходимо было изучить обнажившиеся участки дна Аральского мо­ря в условиях полного безводья, так как по пути не было ни одного колодца, а также туристы. Все они прошли подготовку в Системе Естественного Оздоровления и полностью перешли на целебное питание. В полном составе группе предстояло пройти по маршруту Аральск— Каратерень протяженностью 125 км. Предполагалось преодолеть это расстояние за семь дней, однако нам хватило и пяти. Мне в то время было уже за 70, но обузой я не была. Напротив, подавала другим пример выдержки и терпения. Из Каратереня я с туристами вернулась в Москву, а исследователи пошли дальше. Впоследствии один из них за участие в этой экспедиции удостоился чести быть занесенным в книгу рекордов Гиннесса.

В ходе эксперимента мне удалось снизить водопотребление в условиях пустыни в 10 раз.

Во-первых, сыграло свою роль то, что участники пе­рехода потребляли исключительно малобелковую, низ­кокалорийную пищу, полностью лишенную животных продуктов, которые требуют потребления 42 г воды на грамм белка.

Во-вторых, мы пили структурированную воду, обога­щенную травами, которая не повышает, а понижает тем­пературу тела.

Учитывалась также рефлекторная реакция слизистой рта в пустыне. На потребление обычной холодной воды она тут же откликается безумной жаждой. Оказалось, что достаточно взять в рот обычный камешек или изюминку, чтобы началась выделяться слюна—естественная струк­турированная жидкость, и жажда утихала. Тот же эффект дает горячая вода с добавлением трав.

Все это, как я уже говорила, позволило снизить водопотребление до одного литра в сутки без ущерба для здоровья, но со значительным повышением эффектив­ности терморегуляции организма.

Начиная свой эксперимент, я меньше всего ожидала, что он вызовет такой широкий резонанс. Пришла масса писем, в том числе из-за рубежа, в которых наряду со словами восхищения проскальзывали и нотки сомнения. А в письме, пришедшем из бывшей Чехословакии, прямо заявлялось, что снижение потребления воды ниже 10 л просто-напросто невозможно по чисто физиологическим причинам.

Чтобы рассеять сомнения моих оппонентов, я решила организовать новую экспедицию, пригласив в нее и участ­ников из Чехословакии. Такая совместная экспедиция со­стоялась уже в следующем, 1988 г. и включала в себя по шесть человек с каждой стороны: пять моих последова­телей, живущих, как и я, по Системе Естественного Оз­доровления, автор этих строк, и пять хорошо трениро­ванных спортсменов из Чехословакии. Шестой была сопровождавшая их переводчица. И хотя мои соотечествен­ники были физически менее подготовлены, ни один из них не сошел с дистанции. Трое из зарубежной группы выбы­ли сразу. Одна из них не выдержала тренировочных похо­дов в сухих горах Копет-Дага, еще один выбился из сил на второй, другой—на третий день перехода. Остальные, в том числе и переводчица, прошли с нами 134 км, после чего их силы иссякли. Этого и следовало ожидать, пото­му что питались они высококалорийной пищей, содержа­щей большое количество животных белков, и выпивали каждый не менее 10 л воды в сутки. Вид при этом у них был крайне изможденный.

Члены же нашей группы выглядели великолепно и на­столько хорошо себя чувствовали, что, доставив зару­бежных коллег в обжитые места, решили вернуться на 134-й километр и прошли маршрут до конца, преодолев еще 272 км.

Мой отчетный доклад в НИИ физкультуры о резуль­татах всех экспериментов, проведенных в 1983—1989 гг., произвел настолько большое впечатление, что мне были выделены средства на осуществление еще одного—за­ключительного, самого масштабного и доказательного.

Благодаря материальной поддержке института я смо­гла привлечь к участию в нем семь излеченных мною в Системе Естественного Оздоровления бывших боль­ных, страдавших такими распространенными хрониче­скими заболеваниями, как инсулинозависимый диабет, хроническая, не поддающаяся лекарственному лечению гипертония, язвенная болезнь луковицы двенадцати­перстной кишки, тяжелый пиелонефрит на фоне лекар­ственной аллергии, цирроз печени, сердечная недоста­точность при ожирении. Входил в группу и больной, излеченный мною от рака фатерова соска. До начала эксперимента все они прошли самое тщательное обследо­вание в НИИ физической культуры и получили разреше­ние участвовать в 500-километровом пешем переходе че­рез пески Центральных Каракумов по маршруту Бахар-ден—Куртамышский заповедник.

После тщательной подготовки, занявшей у нас 10 дней, мы вышли в путь. Двигались по бездорожью, увязая в раскаленном до 50° С песке. Тем не менее шли легко, наслаждаясь неповторимой величественной красо­той природы, грандиозными, захватывающими дух сол­нечными восходами и закатами. Спали на небольшой кошме, тесно прижавшись друг к другу. На одном из ночлегов пустыня преподнесла мне памятный сувенир: в кольце лежавшего у меня под головой рюкзака оста­лась сухая шкурка пролезшей через него змеи, которая таким образом избавилась от старой кожи.

Ели мы один раз в день, пили зеленый чай с добавлен­ными в него медом и изюмом, которые обладают свойст­вом охлаждать кожу. Потребление воды, как обычно, не превышало одного литра в сутки.

Первоначально предполагалось пройти маршрут за 20 дней, но участники перехода настолько легко перено­сили большие физические нагрузки, что мы уложились в 16 дней.

На финише все чувствовали себя великолепно, не только сохранив массу своего тела, но и увеличив ее. И это при минимальном количестве пищи и воды.

Какие же выводы можно сделать из поистине уникаль­ной серии экспериментов, подготовленных и осуществ­ленных мною за семь с небольшим лет (1983—1990 гг.)? Причем здесь я рассказала далеко не о всех, а лишь о наиболее значительных из них, в каком-то смысле этапных, во многих из которых я принимала личное участие. И это, кстати, немаловажное обстоятельство, лишний раз свидетельствующее о высокой эффектив­ности Системы Естественного Оздоровления, в которой я живу более 40 лет. Потому что, согласитесь, прошагать 500 км по обжигающим пескам пустыни под силу далеко не каждому молодому здоровому мужчине, а мне как-никак исполнилось тогда 74 года.

Но если отвлечься от эмоций и попробовать перевести результаты экспериментов на бесстрастный язык цифр, то нетрудно заметить, что Система Естественного Оз­доровления, а когда я говорю о ней, то непременно имею в виду и ее неотъемлемую часть—целебное питание, переводит человека из состояния «практического» здоро­вья (или практического нездоровья, что, по сути, одно и то же) в состояние полного фактического здоровья. Первое состояние характерно для человека искусствен­ного, рожденного современной больной цивилизацией, второе—для человека разумного, внявшего голосу при­роды и подчиняющегося ее предписаниям.

Конечно, отдельно взятому человеку попытаться хотя бы на шаг отступить от общепринятых представлений о «рациональном», «сбалансированном» пищевом рацио­не неимоверно трудно. Именно поэтому я уделяю такое большое внимание пропаганде не локальных систем и ме­тодик, позволяющих излечить те или иные болезни, а зна­ний о законах и принципах жизнедеятельности живых организмов, и прежде всего человека. Только такие зна­ния, ставшие внутренним убеждением, способны укре­пить вашу решимость противостоять деформированному общественному мнению, помочь вам превратить окружа­ющих из ваших невольных антиподов в союзников и еди­номышленников, самому искать и находить дорогу в храм Природы, дарующей нам то ощущение высшей гармонии, которое мы именуем духовностью.






Опора деревянной одностоечной и способы укрепление угловых опор: Опоры ВЛ - конструкции, предназначен­ные для поддерживания проводов на необходимой высоте над землей, водой...

Кормораздатчик мобильный электрифицированный: схема и процесс работы устройства...

Папиллярные узоры пальцев рук - маркер спортивных способностей: дерматоглифические признаки формируются на 3-5 месяце беременности, не изменяются в течение жизни...

Общие условия выбора системы дренажа: Система дренажа выбирается в зависимости от характера защищаемого...





© cyberpedia.su 2017-2020 - Не является автором материалов. Исключительное право сохранено за автором текста.
Если вы не хотите, чтобы данный материал был у нас на сайте, перейдите по ссылке: Нарушение авторских прав

0.018 с.