Таджикистан, Фанские горы, ущелье Ишем — КиберПедия 

Кормораздатчик мобильный электрифицированный: схема и процесс работы устройства...

Индивидуальные и групповые автопоилки: для животных. Схемы и конструкции...

Таджикистан, Фанские горы, ущелье Ишем



Евгений Аверин (Огневолк)

Так хреново на душе Евгению не было давно. Грызло так, что хотелось выть. Почти все взрослые собаки участвуют в очень сложном деле. А он, капитан ФСБ, прошедший обе Чечни, должен сидеть и ждать. Потому что не угонится ни за собаками, ни за молодежью. Возраст не тот. И здоровья хватает разве что проводить до середины ущелья Имата, куда, впрочем, и так группу забрасывают на машинах. Утешает самолюбие только одно - с псами пойдет в бой только молодежь. Самые быстрые и самые сильные. Лучшие. Те, кто разгромил джигитов в Матче, не заплатив за победу ни одной жизнью. Ни человеческой, ни собачьей. Пойдет весь "спецназ" Лагеря и большая часть разведчиков. Те, кто в патрулях уже очень давно не теряют людей. Вот только, самолюбие утешить можно легко. Хватит осознания, что именно ты стоял у истоков... Только не самолюбие ведь сжимает грудь тисками, и заставляет утайкой вытирать подозрительно влажные глаза...

Сейчас задача сложнее сангистанского спектакля. Намного сложнее. Она будет выполнена обязательно, можно не сомневаться. Но сколько вернется назад? Половина? Четверть? Еще меньше? Кто не придет назад? Кто не вернется из детей, выросших на его глазах, из собак, выкормленных собственными руками. Кто, как не Огневолк, помнит тех, кто сегодня идет в бой маленькими меховыми комочками и несмышлеными карапузами, тискавшими эти комочки. И хорошо помнит отцов и матерей этих самых псов, когда те были такими же комочками… Дети и щенки вырастают… И уходят сражаться… А отцам остается ждать. И гадать, кто не вернется на этот раз… И не важно, то ли биологический ты отец, то ли отец по духу... Всё равно, каждый щенок, каждый ребенок - твой. И не имеет значения, что «ребенок» стоит в бою троих, а «щенок» играючи расправится с волком или барсом. Для тебя все они дети и щенки…

Все уже выгрузились. Люди собираются: последняя подгонка рюкзаков, развеска снаряжения... А собаки… Какие у мохнатых сборы?..

Аверин обнял за голову большого черного пса. Тэнгу, его друг и брат. Такой же большой и сильный, как Санькин Коно и Ленг Виктора. И такой же умный. Ничего удивительного, все трое из одного помета. Братья, вот и похожи. Но характеры разные, хотя заметить это не так просто. Для других сложно, не для Аверина. Коно - боец, Ленг - спасатель, а Тэнгу - лидер. И друзей-хозяев псы выбрали соответствующих. Сегодня Тэнгу поведет собак в бой. Один, без Евгения.

- Ты аккуратней там, Тэнгик, - тихо сказал Аверин, почесывая пса за ухом. Стоять пришлось согнувшись. Поза была неудобной, на корточках голова пса оказывалась слишком высоко, стоя - низковато. Но кинолог был привычен и не к таким позам. - И своих береги. На стрельбу буром не лезьте… Да ты сам всё знаешь, умница моя…



Пес негромко рыкнул и легонько боднул Аверина мордой. Не нервничай, мол, хозяин. Разберемся. Война план покажет. Впервой, что ли?

Впервой, Тэнгу! Так серьезно - впервой. Но тебе неведомы сомнения. Ты привык драться и побеждать. Или умирать, если не удастся победить. Так воспитан. Не только ты, все, кто уходит сегодня. И псы, и люди…

Евгений последний раз провел рукой по густой черной шерсти и отпустил пса.

Прозвучала команда на выдвижение, и отряд побежал вперед, на бегу вытягиваясь в цепочку, более удобную для передвижения по узким горным тропам, чем какое другое построение. Люди бежали спокойно, даже немножко лениво, не пытаясь ставить рекорды скорости. Таким темпом они могут двигаться долго, очень долго. Впереди - почти двое суток бега с короткими ночными привалами. Нужно пройти путь, на который раньше, до войны, уходила неделя. Надо пройти за два дня. И прямо с марша вступить в бой. Тяжелая задача. Но они справятся. Они - лучшие.

Тэнгу еще раз обернулся на хозяина, ободряюще рявкнул и помчался. Здоровенный черный пес бежал, обгоняя всех, торопясь занять законное место в голове колонны.

Таджикистан, кишлак Шамтуч

- Салам алейкум, Шамсиджан.

- Ваалейкум Ассалам, посланец. Возможно, дэвы смутили мой разум, но разве не ты приносил послание от неизвестного друга? В прошлом году?

- Память не подводит тебя, Сержант!

- А как же ваши Правила?

- Правила пишут для тех, кто думает не головой, а чем-то ниже. А тот, кто Правила устанавливает, может и менять кое-что по собственному усмотрению. Таково самое главное Правило!

Шамсиджан расхохотался:

- Леопард Гор воистину умеет шутить! Что за подарок ждет меня сегодня?



- Еще одну горелую тряпку, пахнущую солярой. Но почему-то кажется, важен не предмет, важен тот, кто просил передать его. А слова, предназначенные для твоих ушей, еще важнее.

- Согласен, - кивнул правитель Матчи. - Я весь обратился в слух. Могу еще включить магнитофон на запись. Чтобы ни одно слово не пропало зря, - и подмигнул посланнику.

- Разговор будет долгим, Шамсиджан, - не принял веселого тона посланник. Наверное, потому что слишком явно Шамсиджан пытался смехом скрыть волнение. - Тебе, возможно, неудобно говорить с безымянным. Моё имя Рашид.

Рахманов даже открыл рот от изумления, но сумел взять себя в руки.

- Я так понимаю, что сегодня день Главного Правила. И причины должны быть достаточно серьезны.

- Ты правильно понимаешь. Твой старый друг просил передать следующее…

Таджикистан, Душанбе

- Дела… - тихо сказал Рюмшин и повернулся к Махонько, - капитан, срочно связь с Матчой. Уточнить не у них этот Рембо?

- Нет его у них, точно. Шамсиджан сообщил бы сразу, - откликнулся разведчик. И добавил, глядя на потухшую физиономию гостя, - не хорони старшего раньше времени. Судя по перехватам, ахмадовские его не поймали. Твой капитан, похоже, тот еще кадр.

- Есть такое дело, - вздохнул Юринов.

- Мда… - полковник облокотился на стол локтями, и уперся подбородком в замок из пальцев. - Ситуация, однако... Хоть Анзоб штурмуй. Извини, сержант, - сразу же уточнил полковник. - но на это я не пойду. Потери будут такие...

- Я понимаю, - вздохнул Борис.

В кабинете повисла неловкая тишина.

- Так, пока все старательно думают, воняя паленной резиной, товарищ сержант, пару вопросов к Вам, - первым нарушил молчание Пилькевич. - Ваш отец - альпинист? И спасатель?

- Вы знаете, где папа?!

- Где - не знаю. Но его самого в старые времена знавал… Если, конечно, не однофамильца и тезку одновременно. Отец в начале восьмидесятых работал в спасслужбе в Приэльбрусье?

- Работал, - отозвался вновь потухший Боря, - а перед самой Войной в Фанских горах был. В альплагере. Был я в том лагере. С Фаррухом ездили. Развалины одни…

Борису было хреново. Очень. Надежды на Дивизию таяли с каждой минутой. Даже то, что основная задача разведки была уже выполнена, не радовало. Да, Дивизия готова принять и Бригаду, и гражданских. И места всем хватало, и ресурсов. Осталось только установить связь с Пчелинцевым… Маршрут проложен. Переправа под Самарой вполне решаема. Проблема мелкая. Уфимцы проложат коридор через Петропавловск, а Умид обеспечит проход хоть до Пенджикента, хоть до Душанбе. Воевать ни с кем не придется. Это, если смотреть на плюсы, забыв о минусах.

Родных так и не нашел. Вдруг мелькнула надежда, что пожилой полковник что-то знает. Но всего лишь, папин знакомый по старым делам. Если папа выжил, почему с ним не связался? Еще и Андрей пропал, и неизвестно, жив ли, вообще. Что делать дальше - непонятно… Ехать к Фарруху и попытаться пройти в Проклятое ущелье? Или искать Андрея? Где искать? Надеялись, что он в Матче…

От размышлений отвлек вопрос Пилькевича.

- В каком лагере Вы были с Фаррухом?

- Артуч, кажется… - попытался вспомнить Юринов.

- Виктор ездил в Алаудин.

Другой лагерь? Но… Надежда вспыхнула с новой силой.

- Где это?

- Соседнее ущелье. Пасруд.

- Где злые духи?

- Оно самое! - Пилькевич многозначительно посмотрел на Рюмшина.

- Вы о чем? - спросил тот.

- О Витьке, Сергей Павлович. О том самом альпинисте, который все-таки в Пасруде! О Викторе Юринове, отце сержанта! О моей вчерашней гипотезе.

- Они живы? - вопрос дался Борису с трудом.

- Не хотелось бы зря обнадеживать… - начал Пилькевич.

- Живы, - оборвал полковника Дамир, о котором успели забыть. - Все твои живы.

Присутствующие уставились на него как на привидение. Потом Рюмшин грохнул по столу кулаком:

- Мне кто-нибудь объяснит, что тут происходит? Какого хрена мы уже два часа обсуждаем секретные вещи при постороннем, как будто он шкаф или тумбочка! А, Паша?

Махонько побледнел и, как обычно, постарался стать маленьким. Привычно не получилось.

- Сергей Павлович, - произнес «язык» Ирбиса, - не надо ругать капитана. Быть незаметным - моя профессия. Тем более, я не просто так стою, а жду ответа. И, главное, вам еще сказал не всё, что должен.

Рюмшин попробовал унять раздражение. Сам виноват не меньше подчиненного. Слишком много сюрпризов для одной ночи!

- Слушаем Вас!

- Меня зовут Дамир. Больше нет смысла скрывать имя. Вам просили передать. Двадцать первого, на рассвете, в районе Анзобского туннеля не будет ни одного человека Бодхани.

- И куда они денутся?

- Съедят злые духи, полковник. Кутрубы и гуль-евоны. Те самые, что под Сангистаном закончили войну за Матчу. Ребята Виктора Юринова и Владимира Потапова. Последняя фамилия должна быть знакома капитану. Вы с ним по службе пересекались неоднократно.

- Который Потапов? - нахмурился Махонько. - Потаповых как грязи…Владимир... - брови снова задумчиво сошлись на переносице.

- Облегчу задачу. Майор. Пограничные Войска. Позывные ребят из его группы - Прынц Ойген и Огневолк.

- Вовка??? Млять… - не сдержал эмоции капитан, азартно потирая руки. - И ухорезы его... Вот же мудак, крайний раз пересекались, говорил, в Южную Америку едет. Поднимать уровень подготовки солдат Венесуэльщины...

- Паша, блин, отставить лирику! - сказал Рюмшин, не отводя взгляда от посредника - И что теперь? Нам предлагают брать Анзоб под честное слово человека, которого никто не видел в глаза? Только не надо угроз, Дамир, уровень Ирбиса представляю. Только клал я с пробором на такие предложения. Ни за хер собачий, мужиков на пулеметы... - Полковник рассерженно фыркнул.

- К чему угрозы? - посланник оставался как обычно невозмутимым. - Полковник, Вы же не Ахмадов. Я просто хотел добавить, что Андрей Владимирович хорошо знает обе ипостаси Леопарда Гор

-?!

- Олег Юринов и Давид Лернер.

- Олег… - одними губами прошептал Боря, - Олежка…

- Еще и Давид! - простонал Пилькевич, хватаясь за голову. - С ума сойти… Ну, конечно, кто еще мог придумать сказки про Аджахи и старуху Кампир… А Бахреддин? Руфина?

- Руфина Григорьевна, к сожалению, умерла этой зимой. Бахреддин жив. Андрей Владимирович, - уголком рта улыбнулся Дамир, - Вы знакомы с половиной Лагеря. Не думаю, что стоит терять время и перечислять всех.

- Да, конечно…

- Еще в подтверждение своих слов я могу перевести переговоры, над которыми ваши языковеды бьются вторые сутки. Там в основе литовская и баскская лексика. Немного грузинских слов, испанских, эстонских и из иврита. Английская грамматика и французское произношение.

- Ну, намешали!

- Мы старались. А теперь, если нет возражений, перейду к подробностям…

- Охренеть! - сказал Рюмшин, когда Дамир закончил обстоятельный рапорт, - Неслабо ребята поработали. Учись, капитан! И что делать будем, товарищи офицеры?..






Механическое удерживание земляных масс: Механическое удерживание земляных масс на склоне обеспечивают контрфорсными сооружениями различных конструкций...

Опора деревянной одностоечной и способы укрепление угловых опор: Опоры ВЛ - конструкции, предназначен­ные для поддерживания проводов на необходимой высоте над землей, водой...

Папиллярные узоры пальцев рук - маркер спортивных способностей: дерматоглифические признаки формируются на 3-5 месяце беременности, не изменяются в течение жизни...

Организация стока поверхностных вод: Наибольшее количество влаги на земном шаре испаряется с поверхности морей и океанов (88‰)...





© cyberpedia.su 2017 - Не является автором материалов. Исключительное право сохранено за автором текста.
Если вы не хотите, чтобы данный материал был у нас на сайте, перейдите по ссылке: Нарушение авторских прав

0.009 с.