Глава 2. Сходство и различие идей Булгакова с традиционными библейскими традициями. — КиберПедия 

Общие условия выбора системы дренажа: Система дренажа выбирается в зависимости от характера защищаемого...

Папиллярные узоры пальцев рук - маркер спортивных способностей: дерматоглифические признаки формируются на 3-5 месяце беременности, не изменяются в течение жизни...

Глава 2. Сходство и различие идей Булгакова с традиционными библейскими традициями.



Иешуа в "Мастере и Маргарите" произносит: "Но однажды я заглянул в этот пергамент и ужаснулся. Решительно ничего из того, что там записано, я не говорил…Я вообще начинаю опасаться, что путаница эта будет продолжаться очень долгое время. И все из-за того, что он неверно записывает за мной"[8, С. 147]. В этих фразах и заключено булгаковское понимание Библии. Переосмысливая традиционные библейские традиции, булгаков приходит к выводу, что Христос действительно жил на этом свете, но его последователи видели в нем то, что хотели видеть, а не то, что он являл собой на самом деле. В этой путанице во многом виноват бывший сборщик податей Левий Матвей, в котором читатели без труда узнают того самого евангельского Матфея, от чьего лица и открывается Новый Завет.

Исследователи выделяют целый ряд свидетельств (хотя в определенной степени и косвенных) неполного отрыва Булгакова от христианской традиции. Главное из них лежит на поверхности: ведь очевидно, что именно Христос, именно Евангелие и его интерпретация были для художника все еще главной, мучившей его проблемой. Немаловажно также, что при всем увлечении нетрадиционными трактовками Евангелия Булгаков в своем романе вполне соблюдает меру художественной условности. Гуманизм Булгакова – это "просто гуманизм, то есть сильно секуляризованное христианство; магия в романе – это в полной мере художественно-условная магия"[9, С. 61]. Магия, проделки нечистой силы играют у него все же подчиненную роль; магия как таковая не является здесь всеобщим принципом жизни. Весь разгул бесовщины в романе – ситуация исключительная, а не правило жизни. Москва отдана в распоряжение Воланда и свиты не в какое-то случайное время, а во вполне определенное: начиная примерно с полудня Страстной Среды до вечера Великой Субботы, когда в преддверии Святой Пасхи, накануне Воскресения звучит знаменитая фраза: "Мессир, солнце близится к закату, нам пора"[10, С. 216]. Бесовское воинство не в силах вынести света Христова Воскресения. Бал у Сатаны происходит в ночь с Великого Четверга на Великую Пятницу, когда Христос уже умер, но еще не воскрес, и силы зла временно торжествуют. Таким образом, вполне очевидно, что Булгаков, как все-таки достаточно традиционный художник, связанный рамками традиционной для европейской культуры христианской мифологии, не мог допустить у себя в романе, к примеру, разгула бесовщины на Пасху.

С евангельскими мотивами совпадает главное: Пилат ощутил в бродячем философе потрясающую силу Целителя, Мудреца, Учителя. Ощутил, что только Иешуа способен излечить его, Пилата, от мучительной боли, ответить на роковой вопрос "Что есть истина?" Га-Ноцри - истерзанный палачами, преданный мучительной казни арестант - вызывает в романе не жалость, как Мастер, но уважение и восхищение и у Пилата, и у читателя. Он предстает в финале романа тем же, чем предстает Христос в Новом Завете: Носителем милосердия. Он призывает нас быть снисходительными к жалким суетным людям: "Злых людей нет на свете".



Но все же в целом библейские мотивы в понимании Булгакова значительно расходятся с традиционными представлениями. Автор уверен, что борьба света и тьмы закончится победой света, но видит залог будущего успеха в наличии у людей извечных нравственных ценностей. В понимании Бога Булгаков близок Достоевскому, понимавшему Бога не как чудотворца, а как проявление высшее нравственности, категорического императива, как называл это И. Кант, имя которого вполне сознательно автор вводит в роман. [11, С. 117]. Решающим доказательством существования Бога автор считал существование в сознании людей морального закона, идеи добра. Для Берлиоза, Каифы и Понтия Пилата в момент принятия последним решения о казни Иешуа нет нравственных законов. Все они руководствуются сиюминутными интересами, как, впрочем, и ряд других персонажей.

Доказательством вечности и незыблемости нравственных законов служат в романе образы Иешуа и Воланда. При этом эти два героя, в отличие от традиционных библейских персонажей, не противостоят друг другу, и эта мысль прослеживается уже в эпиграфе. Иешуа и Воланд – всего лишь разные грани одного миропорядка, в котором ведущим остается свет, добро. Идея равенства добра и зла, возможности определенного равновесия, взаимодополнительности их, необходимости зла для существования добра совсем не свойственна библейской традиции.



Таким образом, расхождение Булгакова с традиционными библейскими взглядами, несмотря на некоторое сходство, достаточно велико и является отражением взглядов писателя.

 


Заключение

Роман Булгакова "Мастер и Маргарита" - вершинное произведение Булгакова, над которым он работал до конца своей жизни. Роман аккумулирует все поиски писателя, концентрируя все существенные для Булгакова мотивы веры, добра, зла, истины, власти, порядка, покоя. В романе раскрываются все важнейшие мотивы, затронутые автором в ранних произведениях. Особое место для понимания смысла произведения имеют библейские мотивы, философски переосмысленные Булгаковым.

На страницах романа встречается множество библейских персонажей, событий, фактов, сюжетов. Некоторые из них претерпевают серьезное переосмысление, некоторые приобретают новое звучание, раскрываются новыми гранями. Писателю близки евангельские идеи добра, милосердия, всепрощения, но все же расхождение с традиционными библейскими канонами достаточно серьезно.

Переосмысливая библейские мотивы, Булгаков стремился найти ответы на важнейшие философские вопросы: в чем смысл бытия, для чего существует человек, что такое любовь, предательство, добро и зло. Библейские мотивы, представленные в философском переосмыслении Булгакова дают читателю понятие о мировоззрении писателя, его понимании библейских традиций, об отношении к людям и к жизни.

Булгаков выступает в роли синтетического, а не христианского мыслителя, пытающегося обобщить взгляды различных этических учений, и это неотъемлемое право любого творца. Как великий художник, Булгаков приходит к осознанию великой силы нравственности, гармонии и справедливости, царящих в мире. Мысли о силе добра, о вторичности и подчиненности ему зла, о совершенстве жизни во всех ее звучат, а кричат со страниц романа: "Все будет правильно, на этом построен мир"[12, С. 311].

 


Глоссарий

Амбивалентность- двойственность (расщепление) отношения к чему-либо, в особенности - двойственность переживания, выражающаяся в том, что один и тот же объект вызывает у человека одновременно два противоположных чувства.

Библия- собрание древних текстов, канонизированное в иудаизме и христианстве в качестве Священного Писания.

Евангелие- книга или собрание книг, в каждой из которых рассказывается о божественной природе, учении и земной жизни Иисуса Христа: рождении, чудесах, крестной смерти, воскресении и вознесении






Опора деревянной одностоечной и способы укрепление угловых опор: Опоры ВЛ - конструкции, предназначен­ные для поддерживания проводов на необходимой высоте над землей, водой...

Кормораздатчик мобильный электрифицированный: схема и процесс работы устройства...

Папиллярные узоры пальцев рук - маркер спортивных способностей: дерматоглифические признаки формируются на 3-5 месяце беременности, не изменяются в течение жизни...

Механическое удерживание земляных масс: Механическое удерживание земляных масс на склоне обеспечивают контрфорсными сооружениями различных конструкций...





© cyberpedia.su 2017 - Не является автором материалов. Исключительное право сохранено за автором текста.
Если вы не хотите, чтобы данный материал был у нас на сайте, перейдите по ссылке: Нарушение авторских прав

0.005 с.