Оптимальные условия телепатической перцепции — КиберПедия 

Кормораздатчик мобильный электрифицированный: схема и процесс работы устройства...

Папиллярные узоры пальцев рук - маркер спортивных способностей: дерматоглифические признаки формируются на 3-5 месяце беременности, не изменяются в течение жизни...

Оптимальные условия телепатической перцепции



Переходим к вопросу об оптимальных условиях перцепции. Если в отношении телепатической индукции всё ещё остаётся спорным значение подсознательных (неподотчётных) переживаний, тo в отношении перцепции дело обстоит значительно проще и яснее. В настоящее время мы имеем ряд доказательств в пользу того, что приёмником телепатемы индуктора в большинстве случаев является латентная (скрытая) психика перципиента. Об этом можно заключить по целому ряду соображений. Случаи спонтанной телепатии чаще всего и лучше всего происходят тогда, когда перципиент находится в состоянии или сна, или гипноза, или истерического транса, т.е. такого состояния психики, при котором подсознательные латентные переживания получают возможность легче проникать в сферу сознания.

В области экспериментальной телепатии германский исследователь д-р Брук наблюдал то же самое. Он показал, что опыты с данным перципиентом и данным индуктором удаются лучше при условии, когда перципиент находится в состоянии гипноза. Отсюда Брук делает решительный вывод о том, что сонное состояние и в случае экспериментальной телепатии является условием благоприятным[56]. В новейшее время финский психотерапевт Ярл Фалер (Fahler) подтвердил это положение. Он количественным методом установил, что отдельные вспышки сверхвероятных результатов отгадывания игральных карт имеют тенденцию происходить при гипнотическом состоянии перципиента. Из шести наиболее выраженных сверхвероятных отклонений пять были получены в условиях гипноза[57].

В своём докладе на Варшавском конгрессе психических исследователей уже известный нам д-р Бругманс сделал попытку выяснить оптимальные условия телепатической перцепции при бодрственном состоянии испытуемого. Для того чтобы опыт удавался, испытуемый — известный Ван Дам, по собственному его заявлению, должен был приводить себя в состояние пассивности (1'etat passif), образовав так называемую “пустотность сознания”. Это состояние Ван Даму не всегда удавалось у себя вызвать, тогда опыты бывали менее удачны.

Второе условие, выдвинутое Бругмансом и Ван Дамом, — это состояние контакта, “телепатического рапорта” между перципиентом и агентом (об этом будет сказано в шестой главе).

Наконец, последнее условие Ван Дам обозначает словами — “состояние удачи”. В тех случаях, когда опыт удавался, перципиент, ещё не зная об этом, переживал “эмоцию успеха”, чувство своеобразной удовлетворённости. По заявлению д-ра Коткова, “экстаз торжества удачи”, как мы помним, иногда бывает и у индуктора.



Резюмируя сказанное о телепатической перцепции, мы можем заключить, что все те состояния сумеречного сознания, при которых латентная психика пробуждается и подходит к порогу сознания, являются благоприятными для телепатической перцепции.

То, что подсознательное является как бы резервуаром, в который вливается передаваемая телепатема, может быть доказано ещё рядом других соображений. Об этом прежде всего говорит существование отсроченной телепатической перцепции. Что это значит? Допустим, я произвожу мысленное внушение перципиенту: он ничего не воспринял, опыт как будто бы не удался, но иногда, уже по окончания опыта, у перципиента вдруг выплывает в сознании тот самый образ, который ему внушался. Это и есть отсроченная, иначе следовая, телепатическая перцепция. Явления такого рода могут иметь одно только объяснение: в то время, когда производился опыт, подсознательные переживания перципиента не достигали порога сознания; но стоило испытуемому прийти в состояние, более благоприятное для проявления латентной памяти, как телепатически воспринятый образ тотчас же появился. Таким состоянием часто бывает дремота, предшествующая засыпанию или пробуждению (“просоночное” состояние психики).

Уже упомянутая бехтеревская комиссия пришла заключению, что задержка в выявлении мыслей внушаемого образа у некоторых перципиентов имела характер случайного явления, но у других казалась постоянным их свойством. Задержку иногда удавалось вызвать у перципиента искусственно, поставив опыт следующим образом.В словесно вызванном гипнотическом сне перципиенту внушалось, что после пробуждения он будет воспринимать мысленно внушаемые ему образы только через определённое время, например с момента возложения на его голову головного убора (роль головного убора, разумеется, мог играть и всякий другой не слишком сильный раздражитель).И действительно, телепатическая перцепция оказывалась после этого отсроченной, скрытой до наступления указанного момента. Перципиент давал правильные ответы только после того, как на его голову надевался головной убор. В этом явлении можно усмотреть своеобразную аналогию с образованием запаздывающего, условного рефлекса.



Тридцать лет спустя такое же запаздывание в условиях своей количественной методики наблюдал и проф. Соул[58]. Статистическая обработка результатов очень большого числа опытов показала, что перципиент правильно называл не только, ту карту, на которую индуктор смотрел в данный, момент (“карту-цель”), но не менее, часто угадывал и предшествовавшую ей “карту-1”. Тот и другой результат оказался статистически достоверным. Первый мог быть выражением перцепции, одновременной (синхронной) с мысленным внушением индуктора; второй — перцепции отсроченной (асинхронной).

Приведём и второе соображение. Как при спонтанной, так и при экспериментальной, телепатии перципиентом чаще воспринимается не сам передаваемый образ, не содержание телепатемы индуктора, а только реакция на телепатему — либо в виде эмоции, либо в виде побуждения к действию, либо в виде зрительного образа, представления, связанного с телепатемой индуктора. Это показывает, что в каких-то глубинах психики передаваемая телепатема перципиентом уже уловлена, но по каким-то причинам не может выйти в его сознание. Находясь в подсознании, она действует на сознание, беспокоя его неизвестно откуда берущимися чувствами, влечениями или образами.

Наконец, ещё третье соображение: очень часто переданная телепатема агента не реализуется в сознании испытуемого с полной точностью; часто она оказывается символически переработанной психикой перципиента, причём характер этой символики напоминает тот, какой мы имеем в сновидениях. Получается впечатление, как будто психический механизм переработки дневных впечатлений в сновидения имеет такой же характер, как и механизм переработки телепатемы индуктора в телепатему перципиента. Для парапсихолога различные случаи переработки, искажения телепатемы психикой перципиента имеют поэтому, пожалуй, даже больший интерес, чем редкие случаи полной и точной её передачи.

В этой связи следует вспомнить высказывание уже упоминавшегося французского парапсихолога Дезуаля[59]. Он указывает, что могут существовать четыре пути для осуществления передачи мысли от индуктора А перципиенту Р. Эти четыре пути таковы:

1) прямая передача от сознания А сознанию Р (это бывает тогда, когда телепатема перципиента в точности соответствует телепатеме индуктора);

2) передача от сознания А сперва подсознаниюР,а затем его же сознанию (когда проявление телепатемы перципиента отсрочено или когда она значительно отличается от телепатемы индуктора);

3) передача от сознания А своему собственному подсознанию, а затем уже сознанию Р (например, в приведённых в этой главе опытах с мысленным внушением фамилии Легуве и женского портрета);

4) передача от сознания А сперва своему подсознанию, затем подсознанию Р и через него сознанию Р (рис.3).

В настоящее время, замечает Дезуаль, трудно решить, какой именно из этих путей является действительно существующим, но многое говорит за то, что наиболее вероятной следует считать последнюю (4-ю) схему. Приведённые в этой и предшествующих главах опыты показывают, что все четыре схемы реальны; вопрос в том, в каких случаях реализуется преимущественно та или другая из них.

В монографиях зарубежных исследователей телепатии опубликовано огромное число иллюстраций, изображающих результаты опытов по мысленному внушению различных рисунков. В легко доступных советскому читателю изданиях недавно были приведены образчики таких рисунков, заимствованные из передачи внушения на расстоянии работ д-ра Брука[60] и писателя Эптона Синклера[61]. Здесь мы воспроизводим образчики мысленно внушенных рисунков из статьи первого русского исследователя таких рисунков приватдоцента Я.Жука. В его опытах внушающий брал наудачу рисунок из числа заранее заготовленных и внимательно всматривался в него, а отгадчик, не видя рисунка, старался воспроизвести его на листе бумаги, рисуя то, что приходило ему в голову. На табл. 4 представлены “внушенные ответы”, которые Я.Жук считал удачными (а — рисунки, внушавшиеся индуктором; в — рисунки, воспроизведённые перципиентом).

На табл. 5 представлены частично удачные, по мнению Я.Жука, “внушённые ответы”. Индуктор внушал изображение зайца (а); перципиент сперва изобразил линию спины (в), затем попытался нарисовать голову (с), потом — переднюю лапу (d) и ухо (е).Это пример разложения на отдельные части и упрощения перципиентом внушаемого ему зрительного образа. На двух следующих рисунках Я.Жук приводит примеры усложнения внушаемого образа добавочными деталями: внушается цветочная корзина (а), а воспринимается круглый столик со свисающими с него штрихами и рядом какое-то добавление (в); в другом случае внушался крест (а), воспринят тот же крест, но с добавочным очертанием сердца (в). Наконец, в последнем представленном опыте внушалось изображение топора (а); перципиент изобразил кружку, которая по очертанию напоминает топор, а вставленная в кружку палка похожа на топорище. В этом можно усмотреть смещение частей внушаемого рисунка или же признать внушение неудавшимся.

Жук был едва ли не первым исследователем, который стал изучать ошибки и искажения в телепатически воспринимаемых зрительных образах. Желая выяснить причину таких искажений, он произвел ряд следующих опытов. Выбрав какой-нибудь рисунок из числа тех, на которые уже был получен “внушённый ответ”, он показывал его издали “на один миг” перципиенту; тот рисовал, что успел разглядеть. Полученные таким образом “зрительные ответы” Я.Жук сличал с “внушёнными ответами”. Оказалось, что ошибки и искажения в зрительных и внушённых ответах были часто почти одинаковы. На последней таблице зрительные ответы на рис. 10, 11 и 12 обозначены буквами с и d. Как видно, они действительно имеют большее сходство с “внушёнными ответами” (в), чем с самими показываемыми “на миг” рисунками (а).

На основании этих опытов Я.Жук склонялся к той мысли, что мысленное внушение воспринимается перципиентом посредством какого-то ещё не открытого органа чувств. Это предполагаемое скрытое чувство было впоследствии названо Шарлем Рише “криптэстезией” (cryptesthesie), или “шестым чувством”. Как известно, одни органы чувств расположены снаружи и воспринимают раздражения, действующие извне; их называют экстерорецепторами. Другие рецепторы находятся внутри организма, в различных внутренних органах, кровеносных сосудах, мышцах и пр.; это — интерорецепторы. Но независимо от местоположения все органы чувств находятся вне центральной нервной системы, на “периферии” тела, от них начинаются все рефлекторные дуги. Рецепторы передаваемого мысленного внушения, если они существуют, тоже должны находиться где-либо на поверхности тела или внутри него, но только не в самом мозге.

Вслед за Рише (и нашим Я.Жуком) современные французские парапсихологи придерживаются такой же периферической, иначе рефлекторной, теории телепатической перцепции. Один из них, Херумьян, подчёркивая принципиальное значение ошибок и искажений в телепатической перцепции зрительных образов, высказывает весьма здравую мысль:

“Спиритуалистам объяснить эти ошибки труднее, чем материалистам. В самом деле, почему дух, освобождённый при явлениях телепатии от уз времени и пространства (как полагают спиритуалисты. — Л. В.), забавляется тем, что делает ошибки? Это непостижимо. Но если видеть в телепатических способностях не более чем особое органическое чувство, сравнимое с другими нашими чувствами, то ошибки и неудачи телепатических опытов перестанут нас удивлять. Ведь и всем известным нам органам чувств свойственны разные недочёты в их воспринимающей деятельности”[62].

Другого воззрения придерживаются преимущественно американские и английские парапсихологи. Они считают, что мысленное внушение передаётся непосредственно от мозга индуктора к мозгу перципиента без участия каких-либо органов чувств. Такой именно смысл имеют употребляемые ими термины — “внечувственное восприятие” (Extrasensory Perception), “умственное или мозговое радио” (Mental radio) и т.п. Они ищут клеточные структуры, могущие воспринимать телепатическое воздействие, внутри самого головного мозга, в составляющих его нейронах.

Эти два направления тесно связаны с энергетическими теориями внушения на расстоянии, с которыми читатель познакомится в Х и XI главах брошюры.

 

VI. ТЕЛЕПАТИЧЕСКАЯ СВЯЗЬ.

Переходим к следующему вопросу — вопросу о телепатической связи между индуктором и перципиентом или о “телепатическом раппорте”. В гипнологии под раппортом понимается связь погружённого в гипноз испытуемого с окружающей его обстановкой и в частности с гипнотизёром. Чем глубже засыпает гипнотик, тем более суживается его связь с окружающим. В глубоком гипнозе он не сознает того, где находится, кто и что его окружает, не отвечает на вопросы присутствующих, но зато с особой чуткостью воспринимает всё то, что относится к гипнотизёру, хорошо слышит его голос, отвечает на каждый вопрос, подчиняется каждому словесному внушению. Это и называется “изолированным раппортом” (в отличие от первоначальной неизолированной, обобщенной связи со всем окружающим).

То же самое можно сказать и о телепатической связи между индуктором и перципиентом: она также почти всегда бывает более или менее изолированной, необобщённой. Как бы хорош ни был индуктор, как бы ни был сенситивен перципиент, этого ещё недостаточно, чтобы опыты мысленного внушения были успешны. Необходимо ещё, чтобы индуктор находился в какой-то связи, в каком-то ещё недостаточно изученном личном соотношении с перципиентом, нужна, как выражаются некоторые авторы, “сонастроенность” психики агента с психикой перципиента. В самом деле, если бы этого не было, какой хаос царил бы в нашем сознании при наличии ничем не ограниченных телепатических влияний. Каждую минуту на земле умирают десятки тысяч людей, каждый момент с кем-нибудь происходит то или иное потрясающее событие. Если бы всё это телепатически передавалось всем и каждому, то вся наша психика была бы переполнена приходящими со всех сторон телепатемами. Наш собственный поток сознания был бы до крайности ими засорён.

Но этого нет; нет потому, что требуется какое-то особое избирательное соотношение между мозгом и психикой индуктора и мозгом и психикой перципиента для того, чтобы телепатическая связь могла бы осуществиться. Об этом говорят нам приведённые во второй главе случаи спонтанной телепатии, например рассказ Л.Е.Миллер. При постановке опытов мысленного внушения большое значение имеет выбор так называемой “телепатической пары”: кому быть индуктором, кому — перципиентом. От удачи этого выбора во многом зависит успех опытов.

Наличие телепатической сонастроенности отчётливо выявилось в многолетних исследованиях французского парапсихолога Варколлье. Бывает так, что индуктор мысленно внушает сразу двум-трём перципиентам какую-нибудь фигуру, скажем, две параллельные линии, но из этого ничего не выходит: первый перципиент начинает рисовать фигуру совсем другого рода, например ¾ круг с вписанным в него треугольником, а за ним то же самое зарисовывает и второй перципиент. Если сговор между этими двумя перципиентами исключён (за это ручается Варколлье), то как же понять это явление? Ясно, что телепатического раппорта между агентом и первым перципиентом в данном случае нет, между агентом и вторым перципиентом тоже нет, и что неожиданно проявился раппорт между двумя перципиентами, из которых первый оказался хорошим индуктором для второго. Это подтвердилось и последующими опытами с двумя данными испытуемыми.

Установлено, что есть лица, более других способные оказывать мысленное внушение (телепатические агенты или индукторы), и лица, более других способные воспринимать мысленное внушение (телепатические перципиенты). Нельзя отрицать и существования более или менее удачных сочетаний хороших агентов с хорошими перципиентами (телепатических пар). Укажу на серию опытов проф. Соула, убедительно подтвердившую это положение. В проведении этой серии участвовали несколько агентов и только один перципиент. Каждый агент получал пакет, содержавший 25 предварительно перемешанных карт с пятью уже известными нам фигурами, повторявшимися 5 раз. Агенты одновременно вынимали карту за картой и одновременно мысленно внушали перципиенту — каждый свою, фигуру, изображённую на вынутой карте. В этой долго длившейся серии опытов только один агент получил выдающийся результат, намного превосходивший тот результат, какой следовало ожидать по теории вероятностей. Другие агенты не превысили этого ожидаемого результата, хотя с другими перципиентами им удавалось получать хорошие результаты.

Что обусловливает наличие “телепатической сонастроенности” в одних случаях и её отсутствие в других? На этот вопрос бросают некоторый свет опыты того же Соула, о которых уже упоминалось в предыдущей главе. Способность к телепатической перцепции по своей природе чрезвычайно изменчива; даже в течение одного опыта она периодически то повышается, то убывает. В опытах Соула внушаемые объекты (карты с теми или иными изображениями) сменялись ритмично, через короткие интервалы времени. Оказалось, что лучший перципиент проф. Соула, некий Шеклтон, удачно отгадывал карты, когда агент вынимал их из колоды с интервалами в 2,6 секунды. Когда агенту предлагалось производить мысленное внушение тех же карт в замедленном ритме — через каждые 5 секунд, получалась полная неудача. Кроме того, медлительность нового ритма так раздражала перципиента, что он в конце концов отказался продолжать опыты в таких условиях.

Эти наблюдения позволили Соулу заключить, что успех опытов с восприятием ритмически посылаемых мысленных внушений зависит от соответствия двух ритмов: ритма посылов внушений агентом и ритма благоприятных для восприятия моментов у перципиента. Когда эти ритмы совпадают — опыты хорошо удаются, когда же не совпадают — опыты не удаются.

С этим указанием солидарны и современные французские парапсихологи Варколлье и Херумьян. Они полагают, что “телепатическое созвучие” (1'accord telepathique) представляет собой особый род резонанса ритмически протекающих физиологических процессов в организме агента и перципиента, в частности биотоков коры мозговых полушарий. По их мнению, наличие такого резонанса могло бы быть установлено сравнительным изучением электроэнцефалограмм агента и перципиента. Предполагается, что у хорошей телепатической пары ритмичные колебания биотоков коры мозговых полушарий протекают более синхронно, чем у плохой телепатической пары. Однако установить это ещё не удалось.

В некоторых случаях сочетание данного агента с данным перципиентом оказывается исключительно неудачным. В лаборатории Райна было показано, что некоторые телепатические пары при проведении с ними количественных телепатических опытов систематически давали такой процент неудач, который значительно выше, чем дала бы простая случайность. Такое “отклонение результатов в отрицательную сторону”, если бы оно оказалось статистически достоверным, можно было бы назвать “телепатией с отрицательным знаком”[63]. В психиатрии аналогичное явление называется “негативизмом”. Некоторые душевнобольные проявляют как бы извращённую внушаемость: они не только не подчиняются велениям лечащего врача, но всё делают наоборот — упорно молчат, когда их расспрашивают, без умолку болтают, когда их просят помолчать, и т.п.

Читатель уже знает, что в некоторых случаях, мысленного внушения индуктор чувствовал, что опыт удался (“экстаз торжества удачи” д-ра Коткова), а в других случаях “чувство удачи” переживал перципиент (Ван Дам). Эти наблюдения указывают на то, что телепатическая связь иногда имеет подотчетный и двусторонний характер: индуктор направляет своё мысленное внушение на данного перципиента и иногда чувствует, возымело ли оно своё действие или нет; перципиент иногда чувствует это воздействие и даже узнаёт, кто именно в данном случае был индуктором. В подтверждение этих важных положений можно привести ряд наблюдений и опытов.

Индуктор должен знать то лицо, на которое он направляет своё мысленное внушение. Телепатема без определённого адресата, как правило, не доходит[64]. В зарубежных странах неоднократно делались попытки произвести массовое мысленное внушение всем и каждому, но такие попытки не дали положительного результата. С этой целью в Англии физиком Лоджем была использовала широковещательная радиостанция. К слушателям радио, была обращена просьба, в определенный час и минуту записать то, что им придёт в голову. В трёх сериях таких опытов из пяти доводился до сведения слушателей общий характер внушаемого задания, в двух остальных этого не делалось. Было получено около 25 000 ответов, из которых только очень немногие отдалённо напоминали внушавшиеся задания. Результат не превысил то, чего можно было ожидать по теории вероятностей. Такой же опыт был затем повторён в Чикаго (США) парапсихологом Мерфи (Murphy) и с тем же отрицательным результатом.

По собственным опытам мысленного внушения засыпания и пробуждения мне известно, что индуктор может не знать, где и в какой обстановке находится во время опыта перципиент, но индуктор должен настолько знать перципиента, чтобы иметь возможность ярко представить себе его внешний образ.Более того, нам неоднократно удавалось по жребию мысленно усыплять из дальней комнаты одну из двух перципиенток, причём другая, находившаяся рядом с первой, продолжала бодрствовать. Это явление было названо нами “избирательной направленностью телепатемы индуктора”.

Много интересного дал нам опрос перципиентов, приведённых мысленным внушением в состояние гипнотического сна. Он позволил нам сделать следующие заключения.

Получается впечатление, будто мысленное внушение сна или бодрствования воспринимается испытуемой тотчас же, но реализация уже воспринятого внушения более или менее отсрочивается благодаря наличию своеобразного противодействия, сознательного или подсознательного характера. Заметим, что такое же сопротивление приказу гипнотизера иногда наблюдается и при обычном (словесном) внушении.

2. Опрос показывает, что испытуемая субъективно воспринимает какую-то связь с индуктором, символически обозначая её то “нитью”, то “разматывающимся клубочком” и т.п.; нередко она воспринимает мысленное внушение как приказ, передаваемый ей по телефону. Эти детали, разумеется, не могут нам дать представления о характере энергетического влияния индуктора на перципиента, но с психологической стороны они заслуживают внимания.






Опора деревянной одностоечной и способы укрепление угловых опор: Опоры ВЛ - конструкции, предназначен­ные для поддерживания проводов на необходимой высоте над землей, водой...

Механическое удерживание земляных масс: Механическое удерживание земляных масс на склоне обеспечивают контрфорсными сооружениями различных конструкций...

Кормораздатчик мобильный электрифицированный: схема и процесс работы устройства...

Поперечные профили набережных и береговой полосы: На городских территориях берегоукрепление проектируют с учетом технических и экономических требований, но особое значение придают эстетическим...



© cyberpedia.su 2017 - Не является автором материалов. Исключительное право сохранено за автором текста.
Если вы не хотите, чтобы данный материал был у нас на сайте, перейдите по ссылке: Нарушение авторских прав

0.011 с.